Спецотдел 2
Шрифт:
Макс завернул за угол и увидел низкое окно. Увы, заложенное кирпичом. Вдоль этой стены кустов почти не росло, так что он быстро прошёлся, приминая траву и стараясь не оступиться до следующего угла.
Сразу за поворотом Макс увидел заваленные мусором ступеньки, ведущие к двери в подвал.
Он крикнул:
— Нашёл!
Вдруг Бьёрн услышит? Схватился за рацию и торопливо отчитался, отпинывая в стороны обломки кирпичей, камни и ветки. Потом оттащил, очищая ступени, прогнившие доски и четыре небольших
Замка на двери, к счастью, не было, но пришлось изрядно повозиться: створку, как назло, заклинило, и она никак не хотела открываться и впускать человека.
Макс бросил на землю сумку, скинул под ноги летний пиджак и снова взялся за створку, помогая себе крепкой веткой.
Наконец-то! Взмокший, взъерошенный, он ринулся в темноту подвала.
— Эд! Руслан!
Увы, темнота молчала. Макс включил фонарик и осмотрелся: неширокий коридор. С обеих сторон по две комнаты. Ближайшая левая совершенно пустая, даже мусора нет.
Он зашёл в комнату напротив и чуть не подпрыгнул, когда из-под ног метнулась прочь пара упитанных крыс.
Так, проход, наверное, в дальних комнатах.
Обе дальние комнаты пустовали: немного досок, обрывки старых газет, несколько разбитых кирпичей. Никаких проходов, проёмов или лазов.
Кошкин ещё раз обследовал сначала одну комнату, потом вторую с тщательным вниманием искателя сокровищ, но дверного проёма не было.
Максим с нарастающим ужасом — не успеем! точно не успеем! — снова и снова осматривал шершавый бетон левой комнаты, но дверь там так и не появилась.
Он обнаружил лишь три прямоугольных отверстия: видимо, для прокладки коммуникаций.
«Сюда залезет кошка, но не Кошкин», — не к месту пришёл в голову каламбур.
Протиснуть туда Эда нечего и думать.
Максим со всей дури пнул ни в чём не повинную стену. Ладно, психовать будем потом. Сейчас надо искать дальше.
Максим вытащил рацию и связался с Егором, признавая, что ошибся. Сейчас, когда ошибаться нельзя!
— Продолжай поиски, — спокойно велел старший.
Кошкин повернул к выходу, напряжённо прислушиваясь сам не зная к чему. То ли надеялся различить голоса или хотя бы стоны Эда и Руслана, то ли жаждал услышать ликующий крик Бьёрна: мол, тут проход!
Где-то вдалеке снова завыли сирены: видимо, дополнительные машины скорой помощи. Уже рядом.
Кошкин выбрался из подвала и чуть не столкнулся с Викой. В паре метров от неё маячил Ежов, с отстранённым выражением лица созерцающий здание.
— Егор всё рассказал, — в глазах Вики Макс разглядел те же чувства, что испытывал сам: тревогу и затаённый страх.
Ежов с лёгкой насмешкой покосился на встрёпанного «спеца» в испачканной невесть чем рубашке. С эдаким «с вами всё понятно» выражением на холёном лице. Впрочем, всё равно.
— Тут не пробраться, — пояснил Макс. — Надо искать дальше.
Из-за западного угла вынырнул Бьёрн и недовольно накинулся на Кошкина, игнорируя новоприбывших:
— Ты где копаешься? Я там проход нашёл. Руслан и ваш парень живы, но медики туда нужны срочно! Давай бегом!
Макс поспешил за «частником», спиной ощущая раздражающее пристальное внимание москвича.
Вика быстро шла рядом, на ходу переговариваясь по рации с Егором.
Одна из машин скорой обогнула здание и остановилась у аварийного выхода. Бьёрн скрылся в обшарпанном проёме. Макс, Вика и медики с носилками последовали за ним.
«Частник» провёл спецотделовцев к грязным бетонным ступеням, ведущим вниз: вот он, вход в подвал! Макс никогда не думал, что будет так счастлив видеть обычную лестницу. Два пролёта, достаточно широких, чтоб прошли носилки, — это всё, что сейчас нужно.
Макс торопливо шагал за Бьёрном по тёмному бесконечному подвалу. В световом пятне фонарика мелькали обрывки пакетов, бутылочное стекло, кирпичное крошево и прочий мусор. Только бы не подвернуть ногу на потеху Ежову.
— Налево! — подал голос Бьёрн.
Макс повернул куда сказано и очутился в чуть более светлом помещении с дырой в потолке.
Кажется, вон у той стены лежат жертвы монстра.
А вон та груда досок и кирпичей — это Эд и Руслан.
У Макса неприятно сжалось сердце: только бы оба не сильно пострадали. В то, что они могли не пострадать, не поверил бы и наивный младенец. Отчасти успокаивало лишь то, что вокруг них хлопотали медики, оставив одного коллегу с жертвами монстра.
— Не мешайтесь. В сторону! — отодвинул их с Викой врач, и «спецы» послушно посторонились.
Макс покосился в сторону Ежова. Глаза уже начали привыкать к полумраку, и казалось, что московский проверяющий водил фонариком туда-сюда с живым интересом и без видимого сожаления. Ещё бы: не его коллеги, не его приятели, не его потерпевшие.
Кошкин встряхнулся и велел себе успокоиться. Понятно, что сейчас его мозг ищет виноватого, но здесь Викин брат совершенно не при чём. Это Макс так реагирует на чужака в стрессовой ситуации: вполне адекватно, но не очень этично. В общем, фу таким быть.
Хватит избегать того, что действительно важно: как там парни?
— Эй, вы, подойдите сюда! — окликнул один из врачей. — Будете таскать носилки.
Максу и Бьёрну вручили одного из парней и погнали наверх, к машине. Следом тащили носилки позвавший «спеца» медик и Ежов.
Как выяснилось, пострадавших обвал не задел, так что новых травм у них не прибавилось. И, насколько понял Макс, восстановление после «тардус мортем» — вопрос времени, хорошего питания и здорового сна. Тому парню, что ударился головой, придётся пройти обследование, а остальные скоро будут в порядке.