Спецкор

Амбарцумова Ольга

Немного раскосые глаза Виктории, прищурились, когда Риана представила меня.

– Вы, в самом деле, дочь Эммы?
– спросила она высокомерно.

– Да. А вы еще красивее в жизни, Виктория!
– попробовала я завязать разговор.

– Неужели?
– хмыкнула она. Типа, 'да кто ты такая!'. Ну-ну. Плевала бы я на нее, но предполагалось, что эта красотка с кошачьими манерами станет центральной фигурой в репортаже. Мы были с ней одного роста. Но она все равно умудрялась смотреть свысока.

И

хотя поговорить с ней так и не удалось толком, вечер вскоре перестал быть спокойным. Алкоголь, а вероятнее всего - не только он, делал свое дело. Мужчины стали смелее. Или нахальнее? А девицы - развязнее, вот тут – без вариантов.

Пикантных сценок хватило бы на десять репортажей. Но когда Виктория Райт, перепив 'russian vodka', запрыгнула на стол и принялась танцевать, все вообще с ума посходили. Я даже не выдержала, спросила Андрея:

– Ты это видишь?

– Запечатлел в своем сердце, - буркнул Савицкий, - не дергайся!

Танцевать она умела, пришлось признать. Только это оказался не просто танец, а самый, что ни на есть эротический. Мужчины окружили стол плотным кольцом, тяжело дыша и буквально пуская слюни. Девицы смотрели с завистью, а мне вдруг стало тоскливо и неуютно среди этого праздника жизни.

Отыскав Риану, предупредила, что ухожу. И так материала достаточно по моим прикидкам, а оставаться здесь дольше не видела смысла.

– Я с тобой, - кивнула мисс Купер, - подожди, я только возьму сумочку.

Андрей тоже куда-то запропастился, и я стояла совсем одна, ожидая их у мраморных колонн широкой лестницы, ведущей к выходу.

Виктория Райт появилась неожиданно, заставив меня вздрогнуть.

– О чем задумалась?
– спросила она, словно мы были близкими подругами.

– Так, о своем, - я вежливо улыбнулась.

Раскосые глаза пристально рассматривали мое лицо и не только его. Блуждающий, шальной взгляд опускался всё ниже и ниже. Я почти физически ощущала, как он раздевает меня… Совсем не было заметно, что знаменитая модель пьяна, или только что танцевала на столе. Прическа идеальна, платье сидит, как вторая кожа. Какой контраст с бесстыдным взглядом!

– А ты очень необычная, - произнесла она, нарушая молчание.
– Совсем на мать непохожа. И кожа у тебя такая нежная... Кто твой отец?

Я снова улыбнулась, не собираясь отвечать.

– Не хочешь пройтись со мной, - она многозначительно качнула головой куда-то в сторону.

– Зачем?

– Ты прелесть, - усмехнулась модель, - сколько тебе? Восемнадцать? Я тебе трахнуться предлагаю, глупышка. Ну, или любовью заняться. Как хочешь назови. Пойдем! Тут есть уютная комнатка.

Вся краска бросилась мне в лицо. Я, конечно, слышала о таком, но вот так прямо, чтоб предложили...

– Нет - так нет, - прошептала Виктория, и вдруг

качнулась и… коснулась языком моих губ… а потом и мочки уха. Это было так мимолетно, что я даже испугаться не успела. Только горячая волна прошла по всему телу - от пяток до затылка.
– Может быть, в другой раз...
– обернувшись к спешащей к нам высокой брюнетке, она произнесла совсем другим тоном: - Сколько можно? Мне почти пришлось ждать!

– Викки, но я...

Они удалились, а я все не могла сдвинуться с места.

Голос Андрея заставил подпрыгнуть.

– Ну как, моя прелесть, я ничего не пропустил? Или она сказала - глупышка?

– Дурак!
– вырвалось у меня. Внутри всё кипело. Да как так можно!

– Расслабься, Диана, ничего ведь не произошло.
– По его ухмыляющейся роже так и хотелось врезать.
– И не забудь забрать свои визоры и вернуть мне микрофон. Мы уходим.

Так вот почему он все слышал!!! Микрофон! Глубоко вздохнув, я решительно сорвала с шеи кулон и, швырнув его в протянутую ладонь Андрея, направилась вниз по лестнице.

С гордо поднятой головой…

Только под утро я добралась до своего дома, усталая и раздосадованная. Всё удовольствие испортила эта наглая мисс Райт. Вот расскажу все Стешке!

Поспать удалось всего четыре часа. Понедельник не самый любимый мой день, однако, встреча с редактором, хоть и вымотала, но прошла успешно.

А вечером в течение пяти часов мы с Андреем и его помощником монтировали отснятый материал. Негодяй заснял даже наш разговор с Викторией. Оставила только потому, что смотрелось это... круто - и было отличным завершением, как ни противно в этом сознаться.

Но сил моих хватило на мстительное замечание:

– Надо же было так напиться, чтобы влезть на стол и танцевать эротический танец!

Ответный взгляд Андрея был исполнен жалости:

– Не искушенная ты леди, Диана, как я посмотрю. Открою тебе страшную тайну. Так станцевать, будучи пьяной, просто невозможно! Приглядись - каждый мужчина уверен, что она танцует именно для него. Это искусство и еще больше таланта.

– И все равно она - самовлюбленная дрянь, - не сдавалась я.

– Отнюдь нет, - задумчиво качнул головой Савицкий.

– Тебе что, она так понравилась?

– Не кипятись, малышка. Я просто ценитель прекрасного. И она видно тоже - смотри, как оценила тебя.
– Он увернулся от моих кулаков и радостно рассмеялся.

А потом сразу стал серьёзен:

– Будем драться, или доделаем, наконец, репортаж? Меня, между прочим, Риана ждет.

Пришлось сжать зубы и взять себя в руки. Кроме того, я чувствовала, что Андрей всё-таки немножко прав.

Ближе к полуночи репортаж отправился в Гугл.

Когда Савицкий узнал, для кого предназначались наши съемки, он покрутил пальцем у виска.