Специалист
Шрифт:
Телега дёрнулась, во что-то упёршись левым боком, трактирщик негромко выругался и спрыгнул. Селина вздрогнула и повернула голову посмотреть, что ж его так расстроило. Неужели не терпится избавиться от рыжей пассажирки? В нос ударил лёгкий запах гнили. Совсем рядом, у скальной стены притаилась ещё одна телега, на столбе висели какие-то лохмотья. Она не сразу поняла что это, неудобная поза и растрепавшиеся волосы не давали возможности рассмотреть. Селина насколько могла, вывернула шею. Взгляд маниакально цеплялся за тряпьё, мозг отказывался
Но вот восходящее солнце немилосердно осветило скалу, и на Селину пустыми глазницами уставился оскаленный череп с остатками длинных рыжих волос. Внутри что-то лопнуло, и она закричала, остервенело дёргаясь на столбе.
— Правильно! — одобрительно кивнул Милош, пытаясь оттолкнуть телегу с предыдущей счастливицей. — Чего тянуть? Скорее начнёте, скорее кхм....
Селина захлопнула рот, громко лязгнув зубами. Действительно, что это она? Приближать свой конец она не намерена.
Трактирщик, кряхтя, обошёл телегу и пропал с поля зрения. Селина услышала какую-то возню и сдавленные ругательства. Видимо, он хотел подтащить свежую жертву поближе, но предыдущая никак не желала уступать место. Вынырнув сбоку, Милош смачно плюнул и пробурчал:
— Нужно будет вечерком с мужиками прийти. А то лишних телег не осталось, — подняв глаза на неё, он неприятно усмехнулся и подмигнул. — Сразу две освободим, да?
Селина нашла ниже своего достоинства отвечать.
Ещё раз хмыкнув, но уже как-то растеряно, трактирщик взял с телеги котомку, внутри отчётливо булькнуло.
— Подождите, — гордость обиженно дёрнулась, но практичность, отвесив ей смачную оплеуху, перехватила инициативу. — Дайте попить. Напоследок.
— Не надо, будет только хуже, — проявил заботу он, но всё же полез за флягой.
— Куда уж хуже, — проворчала Селина, противосонное зелье горчило так, как будто она его только что выпила.
Милош забрался на телегу и поднёс горлышко к её губам. Несколько торопливых глотков, казалось, смыли тупую жалость к себе, заставляя трезво мыслить.
— Спасибо, — кивнула она, на мгновенье залюбовавшись замешательством, возникшим в глазах её убийцы. — А где брат Йован, что вы с ним сделали?
Трактирщик отвернулся и проворчал:
— А нечего лезть в не свои дела! Ему ж честно деньги предлагали!
В его голосе мелькнуло сожаление. Селина грустно усмехнулась:
— Что? Его смерть так легко не оправдать, да?
— Да, жив он. Пока. На склоне его бросили. Может, к вечеру очнётся…
Милош спрыгнул и принялся распрягать пегую лошадёнку. Селина со всё нарастающим ужасом наблюдала за приготовлениями. В тишине мерное позвякивание упряжи отсчитывало последние мгновенья её жизни. Захотелось вдруг услышать человеческий голос, пусть даже этот голос будет рыжего трактирщика.
— Может, у меня получится договориться с драконом? — слова прозвучали жалко и неуверенно.
— Попробуй, — лениво кивнул Милош, не поднимая
— Тогда ответьте ещё на вопрос…
Он вздохнул и, удивительно ловко для своей комплекции, запрыгнул в седло.
— Ну?
Селина лихорадочно соображала.
— Как вы смогли опознать жертв, ведь… мы… мы ему на один… кусь?
Трактирщик замер, рыжие веснушки тёмными пятнами выступили, на разом побелевшей, коже лица. Селине показалось, что он сейчас просто уедет, но «последнее желание» жертвы его остановило.
— Что ж, я своего ребёнка не узнаю? Да и не ел он, кхе-кхм… — Милош шумно прочистил горло. — Поломал, гадина, девок, наигрался и видно сбросил с высоты… — Селина поймала его взгляд усталый, немного виноватый и вместе с тем решительный. — Прости меня, но по-другому не могу…
Милосердия на то, чтобы даровать ему прощение, Селине не хватило:
— А вы по-другому и не пробовали.
Слёзы катились под удаляющийся стук копыт. Жаль, она не верит в призраков, иначе бы точно выбрала рыжего трактирщика своей излюбленной целью, для ночных визитов.
***
Солнечные лучи всё ближе подбирались к ней, воздух уже нагрелся, и снова хотелось пить. Что её ожидает, в полдень Селина боялась даже думать. Пусть будет дракон, решила она. Это быстрее, чем сходить с ума от жажды.
Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перёд внутреннем взором. Селина прикрыла опухшие веки и увидела синие глаза брата Йована. Может, если бы он не набился в попутчики к одному рыжему специалисту, сейчас был бы жив и невредим. Селина всхлипнула. Боже, помоги своему верному сыну выбраться из этих гор.
С монаха, мысли перескочили на родных. Сейчас трудно назвать их дружной семьёй, но когда-то было иначе. Воспоминания перенесли её в детство. Вот они с сестрой дурачатся в саду, играя с отцом в принцесс и дракона. Он с шутливым рычанием бегает за ними, а они с Яной, визжа и хохоча, носятся вокруг. Мать, расположившись с книгой на ближайшей лавочке, с улыбкой следит за ними…
Да, после смерти папы всё изменилось: горе, внезапная холодность соседей и друзей, одиночество и непонимание. Но страшнее всего было не детям, а матери. Те страшные, тягучие месяцы навсегда въелись в память Селины. Тогда мама пыталась сойти в могилу вслед за отцом. Все её последующие чудачества и увлечения, лишь попытки почувствовать себя живой. Теперь Селина поняла это. Жаль, что так поздно…
А бабушка всё это видела и старалась собрать осколки прежней семьи, но каждый из них пытался выжить сам по себе. Бабушка… любящая и строгая, всё понимающая и требовательная. Сколько сил она положила, чтобы вырастить обеих внучек. Именно она, гордо держала все удары судьбы, свалившиеся на их семью. Жёстко управляла поместьем, стараясь выкроить крохи, чтобы дать девочкам достойное образование.
…бояться нужно людей! Словно наяву услышала Селина, такой родной и любимый голос. Ах, бабушка, как же ты была права!