Специалист

Nova

— Боже, что ж вы такое пили? — хмыкнула она в ночь, и ожидаемо ничего не получила в ответ.

Селина ворочалась на непривычной постели. Сна не было. Хотя ещё вечером она еле передвигала ноги, только и мечтая, упасть на ровную поверхность и уснуть. В комнатушку доносились звуки со двора, наполняя собой спёртый воздух. Тревожные мысли метались в голове. Ей все не давали покоя попутчики. Во-первых, монах этот странный, зачем едет в деревню? Селина кожей чувствовала какую-то тайну связывающую брата Йована с делом о драконе, и эта тайна манила её до мурашек. Во-вторых, Лойзо этот озабоченный, зачем заказчик направил ещё и его, если уже договорился с монахом о сопровождении? Хотел сэкономить?

Тут была тоже какая-то загадка, но не такая притягательная как в случае с монахом. Селина вспомнила обстоятельства знакомства с сыном старосты и порадовалась, что брат Йован не взял деньги. Перед глазами появилась картинка с исчезающем в рукаве кошелём. Чувство благодарности слегка померкло, но не оставило: пусть деньги монах взял, но и её не бросил! Хотя, что ему мешает завтра с утра исчезнуть? Зачем ждать, может уже сейчас его нет? Селина прислушалась и кроме приглушённого шума с улицы ничего не услышала. В какой-то момент она испугалась, что осталась одна.

— Спасибо, — голос неуверенно дрогнул.

Молчание. Ей очень нужно было услышать его, чтобы успокоиться. Селина попыталась ещё раз:

— Я не о воде и ужине, — на всякий случай уточнила она. — То есть и за это спасибо тоже. Но сегодня вечером вы обращались ко мне уважительно. Это приятно.

— Целесообразно, — прошелестело в темноте. — Здесь на ты обращаются только к шлюхами.

От злости сразу же бросило в жар:

— Да, что вы себе поз…

— Одно то, что ты проводишь ночь с мужчиной в одной комнате, уже наводит на некоторые размышления. Пока от неприятностей нас спасает только моя ряса.

— Да, я…

От былой благодарности не осталось и следа. Хотелось сказать ему что-нибудь резкое и обидное, но монах не дал ей даже подумать:

— Но если ты опять будешь демонстрировать себя, как сегодня на лестнице…

— Спокойной ночи! — рыкнула Селина, думая лишь о том, чтобы он замолчал.

— И тебе, дочь моя

День второй

Утро началось внезапно. Селина привыкла рано вставать и даже собираться в полумраке, дома вечно был дефицит свечей. Но вот к чему она была не готова так это к ночёвке на старом, жёстком матрасе.

После вчерашнего ей не удавалось долго заснуть, мысли не давали покоя. Сначала она очень злилась на монаха. Да как он посмел сказать такое! Если бы они остановились более приличном заведении тогда не пришлось прикрываться его рясой, так кажется он выразился. Нет, он зачем-то остановился в этой дыре! Сколько денег ему выделил заказчик, Селина не знала, она не привыкла совать свой нос в чужой кошелёк. Но ради личного спокойствия могла доплатить из своих! Потом, немного успокоившись, она признала, что с удобствами путешествовать придётся не всегда. И этот опыт для неё, пожалуй, даже полезен. К тому же монах вряд ли привык к комфорту, поэтому он выбрал что подешевле, а тут она со своими претензиями… Стало даже немного стыдно. Селина решила, что в следующий раз, во избежание конфликтов, сама выберет место для ночлега и, если потребуется, заплатит из своего кошелька. Конечно, заказчик расщедрился только на путешествие в одну сторону, и деньги ей понадобятся на обратную дорогу, но по расчётам должно хватить, ведь в деревне она получит свой гонорар.

Приняв решение, Селина попыталась заснуть, тем более ровное дыхание Брата Йована, странным образом убаюкивало. Но тут взбунтовалось тело. Оно устало лежать в одежде на комковатом старом матрасе и просилось в свою родную постельку. Вторая половина ночи прошла в поиске более удобного положения, и только ей удалось нормально разместиться, как Брат Йован её разбудил.

Пока она собиралась и умывалась, монах ушёл вниз договариваться

насчёт завтрака. Обеденный зал был полон народу, как будто они вчера отсюда и не уходили. В этот раз Селина не задерживаясь прошла к нужному столику. Брат Йован допил из своей кружки и, буркнув что-то про лошадей, сбежал. Завтракала она в полном одиночестве, под пристальным взглядом постояльцев.

— Доброе утро, госпожа Ерош, — знакомый басок заставил её вздрогнуть.

Напротив с пыхтением устраивался Лойзо. Она наблюдала, как он протискивал за стол своё большое неуклюжее тело. Пожалуй, она ошиблась, ему больше шестнадцати. Вчера в полумраке её обманули пухлые щёки и редкая растительность на лице, принятая ею за подростковый пушок. Сейчас она дала бы ему все двадцать-двадцать пять, по меркам деревни уже достаточно зрелый возраст.

— Доброе утро, Лойзо, — вежливо кивнула она и, не удержавшись, добавила, — присаживайся.

— Так я уже.

Сарказм прошёл мимо цели.

— Хорошо ли вам спалось?

Селина прищурилась, подозревая теперь его в издевательстве, но он так честно облапывал её взглядом!

Лойзо что-то залепетал, но Селина отвлеклась. За окном поднялась какая-то суматоха и также быстро сошла на нет, видно кто-то из гостей спешно собирался в дорогу.

— ..ая! — восторженно закончил свою речь парень.

Слушать, а тем более принимать участие в беседе не хотелось. Селина быстро оглядела парня, отчего тот пошел пятнами. Взгляд задержался на интересной вышивке на вороте. Она уже собралась задать вопрос о мастерице, которая это вышила, как заметила золотой отблеск в отвороте. На шее у Лойзо красовалась тонкая цепочка. Интересно, как такая вещь могла оказаться у деревенского?

— Какая красота, — искренне поразилась Селина. — Можно взглянуть?

Слащавая улыбка медленно сползла. Мелькнув маленьким круглым медальоном, по виду женским, Лойзо упрятал его глубже под рубашку:

— Это подарок… очень дорог мне, — смутился он и тут же сменил тему. — А где брат Йован, уже оставил нас?

— Нет! — поспешно взвизгнула Селина и, прокашлявшись, нормальным голосом добавила. — Ушёл решать проблему с лошадьми.

— Какую проблему? — переполошился Лойзо.

Селина пожала плечами, от необходимости отвечать отвлёк местный мальчишка. Он плюхнул перед Лойзо кружкой чего-то хмельного судя по запаху, и тарелкой с огромным бутербродом. Селина представила, как сын старосты будет засовывать это себе в рот, как куски овощей и зелени будут вываливаться и зависать на редкой поросли бороды. Её передёрнуло.

Пока Лойзо рассчитывался, Селина вспомнила, что неплохо было бы купить провизии в дорогу.

— Михай, — остановила она готового сорваться с места мальчишку, — ты не мог бы собрать нам в дорогу продуктов.

— Каких, госпожа? — услужливо поинтересовался он.

Селина открыла рот и так и застыла. А, правда, каких? И сколько? Ведь теперь их трое, вряд ли одним яблочком и бутербродом удастся накормить всех, а ещё вода и лошади, опять же…

— Иди Михай, я уже договорился с твоим отцом, — раздавшийся рядом знакомый голос заставил её облегчённо выдохнуть.

Брат Йован стоял прямо за её плечом. Селина поспешил сдвинуть приборы, уступая место монаху. Он застыл. Селина демонстративно покосилась на Лойзо, тот ел и не думал двигаться. Монах вздохнул, но всё же сел на лавку, на самый краешек, стараясь не коснуться даже юбки «дочери греха». Интересно, какая муха его сегодня покусала? Вчера за руку хватал, кланялся, ночевали вместе и вот опять! Как будто вернулись во вчерашний день. Наверно, брат Йован всегда такой с утра, значит, к вечеру станет снова нормальным человеком. Селина вспомнила ночной разговор и сама себя мысленно поправила — чуть-чуть нормальным.