Спасти СССР. Часть 4
Шрифт:
— Вы что, охренели?
...
— Он же номенклатура. Вы это согласовали хотя бы на уровне горкома?
Тут все было не так то просто. Формально — все советские граждане равны, но некоторые из них равнее, и на их задержание или производство следственных действий в отношении их надо получать разрешение. Конечно, если депутат даже самого малого совета — это понятно, но не только. Например, если задержать даже простого сотрудника райкома партии и не позвонить, не согласовать с его начальством — жди беды.
Хотя с другой стороны — при Черненко только выдохнули, теперь опять
— Насчет него сверху указание было.
— А потом не открестятся?
— Нет, вряд ли. Кроме того, там фактический материал. Валюта, чеки. Да и клиент говорю же, в сознанке. Он дает показания на двух директоров торгов по валюте. Плюс злоупотребления, но это по мелочи.
— Судебно-бухгалтерскую надо будет?
— Это уже без меня, Николаевна. Твоя епархия
— Ладно, веди.
— У тебя, чего, соседка?
— В область поехала, не беспокойся.
Опера подняли снизу и завели мужика, сами вышли за дверь. Наталья Николаевна посмотрела на него — и сердце екнуло. Понятно, что ей такого не светит, раньше надо было думать. Когда по дури выскочила замуж, хотя знала что попивает. Когда рожала от этого козла — сейчас от него помощи понятно, не дождешься. Когда пошла на юридический и осталась после практики в прокуратуре. В сутках двадцать четыре часа, как говорит ее шеф. А у этого... понятно, в Госбанке одни бабы работают, цветник...
— Что со мной будет?
Наталья Николаевна не без неприязни посмотрела на видного, красивого мужика, развалившегося еще до допроса. Вот ведь...
С виду матерый, а внутри — гниль.
Как и ее муж оказался. Объелся груш который.
Полюбишь козла, потом расти семерых козлят одна.
— Если подпишете чистосердечное, обойдется сто семидесятой. Там максимальная санкция восемь лет, а вы года три получите. Первый раз?
— Что?
— Судимостей нет?
— А... нет.
— Тогда на поселение через полгода выйдете. А если по-другому — там валюта. Вплоть до расстрела...
Мужик вздрогнул
— Я подпишу
Наталья Николаевна достала стопку писчей бумаги, ручку
— Пишите. Только аккуратно.
...
— Прокурору Горьковской области, Щербакову Юрию Николаевичу
— Товарища надо писать?
Она задумалась
— Можете не писать. А хотя пишите, лишним не будет.
Он написал
— От... — подсказала она
— Ющенко Виктора Андреевича
— Ющенко Виктора Андреевича — повторила она — дальше свой год рождения и где проживаете по прописке...
09 сентября 1985 года.
Вашингтон, округ Колумбия
Скажите, эта дорога приведет к храму?
Нет, это улица Варлама. Не эта улица ведет к храму...
Тенгиз Абуладзе
Покаяние
В глобальном противостоянии — есть люди, которым не везет,
Мэлор Стуруа, брат секретаря ЦК грузинской компартии Давида Стуруа, сын главы Верховного совета Грузинской ССР Георгия Стуруа, тот хотел назвать сына «Фаэтон», но назвал Мэлор — акроним от Маркс-Энгельс-Ленин-Октябрьская Революция. Мэлор закончил Тбилисскую школу N 1, из которой вышло немало записных антисоветчиков, после чего по грузинской квоте окончил и МИМО. Молодым корреспондентом, он был назначен в Вашингтон, округ Колумбия собкором и взял интервью у самого Дуайта Эйзенхауэра.
Потом его отозвали, и он привез в Москву Додж Чарджер, красного цвета, единственный в Москве и говорили, что его хотел выменять у него сам Брежнев. Потом — через какие-то малопонятные назначения он снова попал в Вашингтон. У него был брат в Грузии, уважаемый человек при власти и связи с грузинскими элитами, с которыми он — кому ручку целовал, кому посылки отправлял.
Агентом американских спецслужб Стуруа никогда не был. Просто он с самого начала дал понять — интересы США для него выше интересов СССР, и он чувствует себя дома здесь, а не там. Кому надо — это поняли, и потому подкидывали ему выгодные интервью лекции и аккредитации. А он время от времени консультировал заинтересованных людей по советской проблематике. И таким образом — две стороны множили счет оказанных друг другу мелких услуг и крепили взаимопонимание.
И думаете, такие как Мэлор были исключением? Отнюдь — правилом. И не стоит искать в архивах ЦРУ списки завербованных советских бонз — их не было. А были вот такие вот интеллектуалы второго порядка, помощники, замы, информаторы — да мало ли кто еще. Те кто шепчет на ухо, готовит справки, определяет какие бумаги на стол начальнику попадут, а какие — нет. И даже и они в платежных ведомостях не фигурировали. Просто они понимали, как живут они и как живут их коллеги. И они выбор свой — сделали.
Вот, мистер Стуруа, закончив на сегодня с работой и сдав материалы (в советском корпункте было с этим строго) вышел на улицу, подошел к машине, и тут услышал
— Мистер Стуруа
Он обернулся и увидел неприметного человека в плаще. Тот кивнул и сел в новенький Шевроле Каприс с лишней антенной. Стуруа сел в свою машину — и покатил за ними.
Путешествие — закончилось в дорогом мясном ресторане, что собкора слегка удивило. Те с кем он обычно имел дело — были ограничены в тратах и потому выбирали места попроще и подешевле. Тут же — было приличное место с музыкой и приличными людьми. Его провели в отдельный кабинет — там сидел невысокий, задиристого вида пожилой человек. Стуруа у которого была фотографическая память опознал его — тот не раз фигурировал на слушаниях в Конгрессе.