Спасти СССР. Часть 4

Афанасьев Александр

Намекнула на то, что ей нужен сопровождающий, ну что-то вроде адъютанта для поручений. Миша опять не понял — у тебя охраны нету?

Раиса Максимовна была типичным представителем даже не второго — а наверное третьего советского поколения, обогнавшая свое время. Нельзя сказать, что она была уникальна — таких было полно среди торгашек, жен министров, жен сотрудников дипломатического корпуса. Как там одна супруга посла выразилась — в нашем посольстве есть два с половиной дипломата — за половину она считала себя, еще один — ее муж. Она даже не задумалась, как оскорбляет людей.

Типичная биография —

родом из низов, но низов уже достаточно приличных, не откровенно нищих и опустившихся. По крайней мере, квартира с горячей водой, газом и ванной, школа — десятилетка и обязательно — ВУЗ. Они уже не знали тех бед, лишений и отчаяния, через которые прошли их родители, они — уже пожинали плоды советского проекта. И им там часто говорили, что они будущее страны, хозяева страны — что они в это поверили. И начали соответственно действовать. Всех их отличало от сверстниц и сверстников одно — желание пробиться любой ценой.

Поступила — что характерно бесплатно, в СССР все образование бесплатное. Правильно, по расчету вышла замуж. И начала пробиваться — если не сама, то двигая мужа.

И обязательно — воровать.

Нина Хрущева при всей ее непритязательной внешности знала несколько иностранных языков — но ни на что не претендовала, кроме роли скромной домохозяйки. Виктория Брежнева штопала рубашки Леонида Ильича даже когда тот стал генсеком, варила ему борщ и макароны по-флотски — а больше не надо было ни ему, ни ей. Награды — ну и что с тех наград, много ли убытка? Стоит помнить — при Брежневе было построено более пяти тысяч только крупных предприятий, построена практически вся инфраструктура, какой мы пользуемся и поныне, жилищный фонд увеличился на треть, автомобиль превратился в обычное дело на улицах, именно при нем был достигнут пик советского проекта. До него типичный областной город — деревяшки и непролазная грязь немощеных улиц, после — асфальт, электрический свет и многоэтажки. И много ли Брежнев взял себе? Ну а дочь... дочь и есть то — новое поколение.

А вот Горбачевы — это уже новое советское поколение, третье. Для них любое дело это вопрос, а что с этого имеют они. Они лично. Не обязательно деньги — карьеру, продвижение. Но работать ради страны как Хрущев или Брежнев они не хотели.

На своем Ставрополье — Михаил Сергеевич приобрел кличку «Миша-конвертик». Когда его переводили в Москву, он забирал с собой чемодан, который не доверил нести даже самым близким. Думали, что там компромат. Но там был не компромат, а деньги. Доллары, золото, ювелирные изделия...

Когда он обосновался в Москве — со Ставрополья прислали дорогую мебель и мастеров — отделывать деревом квартиру и дачу...

Как она выпустила его из рук? Что теперь делать?

Второй вопрос, которым она задавалась — откуда у него планы реформ?

Все планы какие у него когда-либо были — либо разрабатывала она, либо — по крайней мере, знала и обсуждала. План перестройки — тоже был готов, они разрабатывали его с восемьдесят первого года, пользуясь тем, что Миша имел доступ к аналитикам Андропова и, по сути, воровал идеи^[13]. Но теперь — Миша ведет какую-то другую политику, причем не советуясь с ней. Откуда взялся Валовой? Он же типичный коммунист, бывший член Народного контроля. А откуда взялся Гайдар? Миша никогда о нем не говорил. Почему получил отставку Рыжков — они же столько

с Мишей работали. А тот ужас, что случился с Эдиком — Миша же его должен был в Москву переводить...

Что же теперь делать?

05 сентября 1985 года.

Москва, Кремль

Утром проснулся с тяжелой головой. Кое-как позавтракал — понятно, что готовила в нашей семье не Раиса, и мне приготовили то же что и вчера — но в доме как будто мертвец лежал. Подавальщицы, охрана — все прятали глаза. Генеральный секретарь — и от него жена ушла. Они то думали что мы что-то вроде богов, да и не принято в СССР 1985 года вот так вот уходить из семьи. В партии тем более — но и в жизни. Ушел — а что с квартирой будет? Плюс — вызовут, будут прорабатывать, если ты выездной закроют выезд, назначение новое может сорваться. Ну и бабы... ушла, а жить где? Квартира то одна. Ушла жить к любовнику — это вообще такой скандал, тем кто будет жить лет через десять и представить сложно, что это такое.

Меня то вряд ли снимут — но уважение среди товарищей я потеряю. Начнут шушукаться, а это для власти — смерти подобно. Здесь работает правило: не бойся грешным быть, а бойся грешным слыть! Тот же Брежнев — думаете, он бабником не был? Про ту рыжую медсестру — все знали. И жена знала — но не уходила же...

А я ведь даже не изменял Раисе Максимовне, у меня любовницы нет. За что?

С утра сразу Егор пришел, начали рассматривать данные по выполнению НПП — Новой продовольственной программы.

Как я и предполагал — дело пошло, в каком-то смысле быстрее даже чем я думал. Значительно улучшилось снабжение Москвы овощами и фруктами, тем более что сейчас осень — те кто посадил побольше сейчас снимают сливки. Начали формироваться кооперативы на базе сбора продукции в районах, коллективной доставки в Москву и торговли на новых колхозных рынках. В последние две — три недели резко пошли вверх показатели по мясу птицы и свинине — все правильно, сейчас как раз первое поголовье бройлеров и свиней подошло. Улучшение наблюдается и в других городах, особенно хорошие показатели дал Минск, Киев, Днепропетровск. В Днепропетровске после погрома мафии продуктов стало не меньше, а больше — то, что вывозили на севера, осталось тут и пошло в Киев и другие крупные города. Хорошие показатели по Ростову, Кубани, моему родному Ставрополью.

Социологические опросы показывали рост одобрения действий партии и правительства на селе, а торговля на селе — показывала рост оборотов. Это следующая проблема — надо дать селу товары в обмен на те деньги, которые у него сейчас появятся.

А вот в городе — чего я и подозревал — мнения разделились. Часть горожан встретила инициативы с одобрением, часть же — с неодобрением, называя это узаконенной спекуляцией и пеняя на полупустые полки магазинов государственной торговли. То есть пошел тот же процесс что и в 1992 году — резкого размежевания.

Тут еще надо сказать — я никогда не сомневался, но это еще одно доказательство того, что по крайней мере часть советского общества до конца сохраняла не показную, а искреннюю веру в советские идеалы. И эти меры, необходимые — справедливо восприняла как отступление.

Проблема в том, что как иначе людей накормить — я не знаю.

— Ну, что думаешь, Егор

Лигачев поморщился

— Не знаю, что и сказать. Проблема вроде решается, но...

— Осадок остается?

...

— Ты помнишь спор Ленина и Плеханова?