Спасти дроу
Шрифт:
Что ж, в Тхаэле всё было примерно так же. Тёмные эльфы. Это для них типично.
— Мужчины нужны только, чтобы… — Иоран нервно повёл плечом, — Чтобы бросать семена. Годятся, для тяжёлой работы в шахтах или для сомнительных военных предприятий.
Положа руку на сердце, в Тхаэле тоже главенствовали женщины. Я это принимала как часть культуры, присущей дроу. Попросту закрывала глаза.
— Теперь узаконено многомужество, — продолжал перечислять дроу, — Мужчинам запретили обучение грамоте. Я уже не говорю о колдовстве. Это вообще немыслимо — учить эльфа управлять магией. Неугодный муж
Вы, люди, глупые создания. Вы дали мужчинам власть и они превратили своих женщин в племенных кобыл. Теперь ваша участь — рожать детей и мужьям не перечить. Неужели нравится?
Так однажды сказала мне Вейдайри. Но дроу сделали всё с точностью, да наоборот — они превратили мужчин в точно таких же племенных жеребцов. Неужели может быть только крайность?
— Понятно теперь, откуда ты взялся такой наглый, — фыркнула Триссна.
И ясно, почему он так самоуверен в общении со мной — человеческой женщиной. Ему хотелось чувствовать себя мужчиной. Знал, что такая как я не прикажет ему ползать на коленях, не будет чуть что оголтело верещать, не даст унизительных поручений.
— Нам не повезло, — добавил мой эльф, — Среди нас оказались предатели. Устроили облаву, самых бойких выволокли обнаженными на солнце, лидеров казнили. Таких как я украсили кандалами и под надзором отправили в шахты, — Иоран ядовито усмехнулся, — Мне оказали честь — доверили задабривать вашего Бога.
— Допустим, — подытожила Вейдайри, — Предположим, я прониклась твоей слезливой историей, но твои знания никуда не денутся. Неужели не понесёшь дальше? Даже если сам делиться не захочешь — выбьет палач. Не обязательно в Вольмонде — везде. Куда бы ты не пошёл. Едва узнают о побеге из Тхаэля, разом заинтересуются твоей скромной персоной.
Светлый принц за спиной супруги вежливо кашлянул в кулак, обратив на себя внимание.
— Мой народ, — заговорил Фабиан, — Не приемлет насилия и обладает древним знанием. Мы можем наложить забвение. Свою жизнь в Тхаэле чужеземец, увы, будет помнить, но сотрётся память обо всей этой истории.
— И я могу быть полезен, — Иоран лихорадочно зацепился за эту идею, как утопающий за руку спасителя, — Таинственное воскрешение принцессы могут воспринять двояко. Достаточно ли у вас верных мечей, чтобы усмирить всю столицу? — дроу прямо воодушевился и начал тараторить, пока не прервали, — Но, если ко мне вернётся контроль над силой иллюзий, народ узреет вашего Бога. Прямо в этот ваш праздник. Он спустится с небес и провозгласит вас единственным достойным монархом. Разумеется, это будет просто фокус, но зато эффектный! Тхаэльцы с ещё большим благоговением будут смотреть на вас.
Вейдайри молчала.
Постукивала ногтями по столу и молчала.
— Встань, — коротко скомандовала она.
Иоран поднялся. Слегка пошатнулся — затёкшие ноги выражали протест, — Но равновесие удержал.
— Куда ты пойдёшь? — спросила она, — Предположим тебе удалось. Так куда ты отправишься?
Если бы я могла заткнуть уши, спрятать
— В Лахос, — ответил эльф, — За Лазурное море.
Сердце сорвалось с огромной высоты и устремилось вниз. На острые голые камни.
—… покинуть большую землю кажется самым верным, — эльф продолжил шпиговать меня невидимыми иглами, — Туда отправились мои собратья, которым посчастливилось сбежать.
Ну, чтож, мой возлюбленный отправится либо к праотцам, либо за море. А я останусь не у дел. Похоже, бездарно терять любимых — моё проклятье.
— Хорошо, — Вейдайри задумчиво потёрла подбородок, — Но, вот незадача, — эльфийка виновато развела руками, — Я не знаю, как снять магическую печать.
— Я знаю, — хрипло возразила я. Ком в груди мешал говорить.
Четыре пары внимательных глаз уставились на меня. Сделав глубокий вдох, я начала рассказ. Поведала о книге, о четырёх эпохах, рассказала о слуге Солнца и ритуале снятия печати.
Мой голос слегка дрожал, но я изо всех сил старалась сохранять самообладание.
— Слишком опасно, Агнес. Слишком сомнителен успех, — принцесса покачала головой, — Оставаться с нами, в Тхаэле, станет небезопасно. Придётся затаиться на какое-то время. Залечь на дно, — тёмная эльфийка повернулась к Иорану, — Я даже рассматривать не буду твою просьбу, вольмондец, если Агнес откажется в этом участвовать.
Но я приняла решение. Неразумное и опрометчивое. Глупое. И всё равно хотела помочь. Хотя бы попытаться.
А затем отпустить любимого. Отдать всё, что у меня есть, и ничего не ждать взамен.
Да будет так.
— Я согласна, — тихо ответила я, упрямо глядя принцессе в глаза, — Выходит, решение только за тобой.
На Иорана я не смотрела. Не хотела. В моём ответе он услышал признание. Прямо сейчас я обнажила перед ним свою душу.
— Как пожелаешь, — кивнула Вейдайри и, кажется, в её глазах мелькнуло понимание, — Я принимаю твой выбор, Агнес. Время — ценный ресурс. Мой ответ вы получите завтра. А до той поры ты, вольмондец, не смей покидать покоев.
До поместья мы шли молча. Хвала Всевышнему, целитель всю дорогу сопровождала нас. Но едва дверь отсекла от остального мира, как воздух густо напитался повисшим напряжением.
Сердце гулко билось в груди. Я всё ещё боялась смотреть Иорану в глаза, мне было не выдержать правды.
И я трусливо сбежала. Буркнула что-то невнятное и, подобно мелкому зверьку, юркнула в норку — за дверь ванной комнаты.
Так и стояла там. Молча гипнотизировала стену и бесконечно думала.
Я не влюбилась в Иорана. Я его любила. Всего целиком, такого, какой он есть. И готовилась отпустить. Самоотверженно и безусловно.
За спиной скрипнула дверь.
Я не задвинула засов?
— Агнес, — любимый шершавый голос звал меня, — Я разочаровал тебя?
Иоран подошёл ко мне сзади и мягко приобнял за плечи.
— Луна моя, — дыхание эльфа коснулось моего уха, — Я всё ещё под действием зелья. Спроси меня о чём угодно. Что тебя беспокоит? Ты знаешь — солгать не смогу.