Спаситель
Шрифт:
– Кто–то еще из фирмы представляет для тебя опасность? – спросил король.
– Я не знаю. – Сара покачала головой. – Уверенным быть нельзя. Скажу лишь одно – я там больше не работаю.
Они и не пустят ее на порог...
– Там никто больше не работает. – Вампир с татуировками пожал плечами и убрал телефон. – Контора закрывается. Этот парень с дырявым животом инициировал все еще вчера. Закрыл оба корпуса. Отправил всех по домам.
Саре оставалось лишь моргать, пока в голове проносились последствия озвученных новостей.
– Значит, мне
Закрыть целую корпорацию? Логично, и очевидно, Крайтен в будущем будет делать лишь одно – кормить червей. Но если по стране были другие лаборатории, под чужим руководством, занимавшиеся тем же?
Когда она замолчала, Мёрдер начал оспаривать ее безопасность, голоса, звучащие в комнате, обрели агрессивные нотки, мужские тела угрожающе подались вперед. Аргументы не менялись: людям разрешали оставаться в их мире; она помогала Джону; никто не хочет привлекать внимание Хомо Сапиенсов, но исключения же возможны; они это все уже проходили.
– Это – чушь собачья, – выплюнул Мёрдер. – И ведь дело во мне, не в ней.
Мужчина с татуировками повысил голос:
– Ну наконец–то дошло. Здоровяк, ты здесь не останешься. Как и она. Просто, как два плюс два.
– Я могу позаботиться о ней...
– Ты о себе не можешь позаботиться...
– Да пошел ты!
– Перестаньте. – Закричала Сара. – Просто остановитесь.
Голова раскалывалась, эмоции были на грани, и она сделала пару глубоких вдохов в повисшем молчании. Все мужчины... вампиры... сосредоточились на ней. Она смотрела на короля.
Это никуда нас не приведет. Даже зная, что она ничего не замышляет, они, очевидно, не доверяли Мёрдеру, и поэтому не разрешат ей остаться.
С тяжестью на сердце она подумала о том, что он сказал возле машины. Что он не хочет, чтобы она знала, каков он на самом деле.
Проблема в том, что эти мужчины тоже не знали его. Но переубедить их – дохлый номер.
– Я не хочу создавать проблем, – сказала она Королю. – И не нам оспаривать ваше решение. Я вернусь на свое место. Просто... я обещала Нэйту, что попрощаюсь с ним перед уходом, и я хочу передать все свои идеи касательно лечения Джона. Вы разрешите сделать это перед уходом?
Король склонил голову.
– Да. Что до мальчика, мы убедимся, что он найдет свое место в расе.
– Ему нужна семья, – услышала она себя. Потом подумала о том, что он никогда не покидал лаборатории. – И прошу, помните, он не знаете ничего об этом мире или свободе, которую мы считаем чем–то естественным. Его держали в плену всю жизнь. Вам придется предложить ему нечто большее, чем просто комнату и место за столом, если хотите, чтобы он справился с тем, что ему пришлось пережить. Это только в вашей власти. На него столько всего свалилось.
Король улыбнулся, сверкая огромными белыми клыками.
– А ты мне нравишься.
– Спасибо, – сказала она со смирением. – Я это ценю.
– Возвращайся в учебный центр. Попрощайся с кем надо. А потом тебе придется уйти.
– Хорошо, –
Джон обрел телесную форму на подъездной дорожке Дома для Аудиенций в тот момент, когда Мёрдер и человеческая женщина выходили на улицу. Они шли в сторону «Вольво» Мэри, молча, но держась за руки и не сводя глаз с расчищенной дорожки.
Они не выглядели счастливыми, и он догадывался, почему. Жаль, что он не в силах им помочь.
Войдя через кухню в задней части дома, Джон поприветствовал додженов, готовивших капкейки для посетителей, а потом вышел в главный холл. В эту ночь в гостиной справа не было гражданских, и это удивительно. Ночь только началась, и Роф мог бы принять многих.
Но раз Мёрдер здесь? С человеческой женщиной? Очевидно, помещение расчистили для перестраховки.
Арочный проем в столовую был открыт, двери широко распахнуты, и он почувствовал прилив зависти, когда заглянул внутрь. Тор, Ви, Рейдж и Бутч собрались вокруг Рофа, пятерка, очевидно, обсуждала «дела Братства».
Тор поднял взгляд. Улыбнулся. Махнул ему.
– Джон, заходи.
Часть его хотела отказаться от приглашения. Но кому и что он этим докажет?
Он вошел в столовую и поднял взгляд на подмигивающую люстру, потом посмотрел на восточный ковер, затем – на подсвечники и массивные задернутые шторы.
Длинный путь он прошел от той дерьмовой конуры, которую мог себе позволить, когда работал посудомойщиком.
– Как ты? – спросил Тор в своем привычном стиле. Но его взгляд был слишком внимательным для «ничего серьезного». – Хорошо выглядишь.
Ну, он принял душ перед встречей с Бэт, Мэри и Беллой.
Роф поднял голову, хотя он ничего и не видел. Когда его ноздри расширились, Джон на мгновение испытал тревогу... и этого хватило, чтобы брови Короля скрылись за солнечными очками.
Он мог чувствовать смерть? – задумался Джон.
– Слышал, вчера ты был на поле боя, – сказал Роф. – Не самая умная мысль, но как вижу, ты вполне справился.
Джон вскинул руки и показал жестами: – «Мёрдер – феноменальный боец. Из нас вышла неплохая команда».
Тор резко отвел взгляд, а Ви перевел его фразу Рофу на ухо, и Джон продолжил: – «Почему вы так его ненавидите?».
– Давай не будем фокусироваться на прошлом, – сказал Тор, стирая все эмоции с лица. – Скажи, как ты себя чувствуешь?
«На самом деле, я пришел к тебе».
– О, да, конечно. Хочешь поговорить? – когда Джон кивнул, Тор, покинув Короля и Братьев, подошел к нему. – Что–то случилось?
Когда Тор положил тяжелую руку на его плечо, Джон скрыл укол боли и позволил увести себя... и вскоре они оказались в закрытом кабинете, который, казалось, сошел со страниц Агаты Кристи. Комната, обитая дубовыми панелями, с потрескивающим камином – именно в таком месте собираются подозреваемые, чтобы услышать вердикт детектива.