Спаси меня

Соболева Лариса Павловна

Пол… Конечно, женский…

И вдруг: не замужем. Значит, Вероника поступила в институт до замужества. Но Севастьян уже был на горизонте, потому что в то же время она продала квартиру.

«Стоп, стоп, – сказал себе Макар. – Севастьяном занималась другая девушка, а наша Вероника вгрызалась в экономическую науку. Не запутаться бы». Он скользнул по сторонам глазами, но второго Дергунова не было. Так всегда: когда надо – его нет.

Окончила школу с серебряной медалью. Молодец.

Макар вернулся на предыдущую строку: что тут написано? Адрес… Деревня Бубново, Микеевского района…

Почему деревня?

Макар поднял глаза на декана:

– Тут место жительства написано: деревня Бубново. Это прописка?

– Конечно, – ответила та. – Данные вносятся те, которые существуют в официальных документах.

Внезапно Макар подхватился, ринулся к выходу, вернулся, вспомнив, что уходить надо вежливо:

– Еще раз спасибо. Извините за беспокойство. Мы вам очень признательны.

– Рада была помочь.

В машине Макар занял место Алины рядом с водителем, кинул анкету на колени Денису, открыл бутылку минеральной воды и пил из горлышка. Добровольный водитель углубился в чтение, Алина скромно заняла место сзади.

– Тут что-то не так? – повернулся к Макару Денис.

Он адвокат, а не заметил. Ну да! У него же мысли далеки от скупых бумажек, в голове лишь Алина, надо полагать. Макар подсказал:

– Посмотри место жительства.

Денис прочел, но не понял.

– Это адрес из выписки из деревенской домовой книги Севастьяна. Ну и что?

– Вот именно. А теперь посмотри графу «семейное положение».

– «Не замужем». То есть Вероника еще не вышла замуж, тем не менее уже была прописана в деревне.

– Погоди, – резко оборвал его Макар, тряхнув вихрами. – За Севастьяна вышла замуж другая Вероника. Наша просто училась. Скажи, зачем она дала адрес жены Севастьяна?

Тот опустил уголки губ вниз, вдобавок развел руками:

– Лично я вижу в этом лишь подтверждение нашей версии, – сказал Денис. – Девочки в одной упряжке. А что тебя смущает. Адрес?

– То есть мы получили еще одно подтверждение, – рассуждал Макар, – что девочки изначально четко следовали своему плану. Одного не понимаю. Вероника училась в институте под своим именем, тогда как ее подруга жила с Севастьяном тоже под ее именем. Ну, дела… Поехали к Севастьяну.

Да, в отличие от Дениса он оказался в тупике, сказать об этом – значит, расписаться в собственном бессилии. Макар действительно не догонял, что преследовали Вероники, нагло живя под одним и тем же именем в одном городе. Абсурд. По идее, поменявшись документами, девочки не должны были подставлять друг друга. А подстава как раз и состоит в том, что обе жили… Нет, это за гранью его понимания. Как раньше он не додумался до этого? Ну, хорошо, сейчас додумался, и что из того? Кто ответит: зачем они это сделали? И, как назло, нет Дергунова-два. Как раз тогда, когда он позарез необходим Макару.

– Сева, мы бы хотели посмотреть ваш дом в деревне, – заявил он, ворвавшись в кабинет.

– А что случилось? – Эта фраза стала коронной в устах Севастьяна при встрече с Макаром.

– Ничего, – Макар поднял ладони, да и тоном дал понять, что просьба пустяковая. – Помните, я хотел посмотреть дом?

– Ах да, помню. Прямо сейчас? Вы

не могли бы часок подождать? У меня завоз автомобилей.

– Подождем, подождем. – Макар собрался уйти, но вдруг повернулся к Севастьяну: – Напомните, Сева, когда вы поженились?

– В ноябре. В конце.

– Но жить стали вместе раньше?

– Да. Вероника переехала ко мне до поступления в институт.

– А почему поженились только в ноябре?

– Не до того было. Я достраивал дом и еще бизнес. Вероника присматривала за рабочими.

– Понятно. Ну, училась в институте наша Вероника, а ваша успешно обманывала вас. А вы к ней в институт приходили?

– Когда мне было? – хохотнул Севастьян. – Но я заезжал за ней, если она там задерживалась. Ждал в машине. У меня тогда была пятерка. Потом жена перешла на заочное обучение, потому что не любила суеты… хм, так она говорила. Знаете, она много рассказывала о курсе, преподавателях… Потрясающе убедительно! Мне не приходило в голову, что это ложь. Но только сейчас я вспоминаю… она не хотела, чтоб я появлялся в институте. А мне это – так и слава богу.

– Да, да, да, она все продумала, – кивал Макар, поражаясь хитрости обеих Вероник. Короче, сестра Алины подробно рассказывала об учебе подруге, а та на голубом глазу Севастьяну. – И что, ваша жена прямо так и выходила из дверей института?

– Наверное, – Севастьян пожал плечами, не понимая смысла вопроса. – Не помню… Да нет, обычно она ждала у дороги. А что?

– Я так, для уточнения. Еще вопрос: когда вы прописали Веронику в деревне?

– Ммм… – свел брови Севастьян, припоминая. – В конце августа, кажется… Да, в конце августа. Она продала квартиру, деньги мы пустили на дом. Их как раз хватило, чтобы уже осенью жить нормально. Но, видите ли, Вероника немного нервничала, боялась, что я брошу ее, и тогда она останется без крыши. Я и решил прописать ее в деревне, чтоб она успокоилась, там же не развалюха, а вполне приличная усадьба. Стоил тогда мой дом на порядок дороже ее квартиры. Так что в любом случае Вероника не проиграла бы. А почему вы спрашиваете?

– Потом, потом… – отмахнулся Макар и вышел. В машине Денису и Алине он сообщил: – Ждем час, он занят.

– Разреши поинтересоваться, Макар… – сказал Денис.

– Разрешаю.

– Зачем ты хочешь ехать в деревню?

– А тебе не приходила в голову мысль, что Вероника Севастьяна, а то и обе девушки прячутся там? И оттуда делают свои подлые вылазки.

– Теперь пришла. Слушайте, сейчас три, ждать долго, давайте пообедаем?

– Я – за! – поднял обе руки Макар. Что-то он ими размахался, видимо, на нервной почве.

Алина промолчала. И вообще она напоминала потухший вулкан.

13

Выехали через два часа. Деревня находилась в пятнадцати километрах от города, путь пролегал извилистый, между полей, мимо заросших камышом глубоких оврагов, узких речушек и лугов. Встречались рощи в салатную крапинку – это на ветках лопнули почки, и первые листики выглянули на свет. Не успело тепло как следует обосноваться на земле, а рыбаки уже торчали на бережках с удочками. Да, здесь неплохо отдыхать.