Спасение Ронана
Шрифт:
От яркости этой магии у Тарла перехватило дыхание. Ибо двигаясь по площади и без малейших усилий рождая свои иллюзии, незнакомцы грабили завороженную толпу. Тарл с невольным восхищением наблюдал, как они движутся от зрителя к зрителю, стремительно обыскивая каждого, тут изымая драгоценность, там перерезая лямки сумочки, а заколдованные зрители ничего не замечают.
Ближайшая к Тарлу фигура проецировала пламенные заклинания, вышивая в воздухе фантастические узоры из ослепительных огней. Несколько купцов застыло с разинутыми от изумления ртами,
С того самого момента, как иллюзии появились, Тарл сознавал, что Сила внутри него плещется, точно вода в ведре. У него возникло почти неодолимое желание присоединиться, выпустить эту Силу на свободу. Тогда он нащупал у себя в кармане кольцо – то самое, которое он не решался использовать с тех пор, как Антракс предупредил его о потенциале этого кольца. «Не будь идиотом, – подумал он. – А то поджаришься». Но затем хрупкая фигура двинулась к нему, наклонив голову и изучая содержимое бумажника, который она только что изъяла у предыдущей жертвы, в то же самое время рассеянно контролируя образы огненных птиц, что колыхались над головами толпы.
Позднее Тарл так и не смог понять, двигала им глупость, тщеславие или что-то извне, но внезапно кольцо скользнуло ему на палец, и он безмолвно выпалил Слова команды. Огненные птицы мигом переплавились в пульсирующее кольцо, которое в столбе огня ракетой взлетело в небо, светясь красным и оранжевым, затем мерцая желто-зеленым, самый его верх бурлил в неистовом вихре энергии, пока оно переходило от голубого к синему и фиолетовому, после чего кольцо громоподобно взорвалось огромным шаром белого света. Вся площадь разом охнула, а закутанная в черное фигура вдруг изумленно воззрилась на иллюзию, которую так резко и мощно выдернули из ее хватки. Затем она повернулась и взглянула на Тарла.
Он с удивлением обнаружил, что смотрит прямо в пару огромных карих глаз на лице худенькой, беспризорного вида девушки лет не старше двадцати. Что-то в этих глазах словно бы ухватило его сердце и принялось заталкивать его в горло, пока сердце не принялось бешено колотиться где-то между ушей. В голове стучало, и Тарл чувствовал себя так, точно его желудок вычерпали лопатой, а в образовавшейся в результате пустоте взялись медленно и настойчиво шарить меховой перчаткой.
На лице у девушки вдруг вспыхнула озорная улыбка, она сунула ему в руки бумажник, а затем поглубже натянула на голову капюшон и стала пробираться дальше сквозь все еще околдованную толпу. Тарл наблюдал, как она присоединяется к другим фигурам в черных плащах, как они ускользают в боковой проулок и исчезают из вида.
Постепенно иллюзии пропали, а люди на площади испустили дружный вздох сожаления и начали смущенно озираться, будто только что проснулись. Осел мотал головой из стороны в сторону, словно стараясь ее прояснить, и Тарл внезапно понял, что оказался единственным на площади, кто имел хотя бы смутное представление о том, что произошло.
– У меня кошелек сперли! – заорал кто-то.
– А у меня – кольца! И цепочку! – послышался второй
– Эй! Ты что с моим бумажником делаешь? – завопил третий голос. Обернувшись, Тарл увидел, что какой-то купец устремил на него обвиняющий перст. Затем он опустил взгляд и с ужасом понял, что все еще сжимает в руках неопровержимую улику, которую сунула ему девушка.
– Вор! Держи вора! – Прозвеневший совсем рядом крик был тут же подхвачен чуть ли не всей площадью. Ближайшие к Тарлу купцы словно по команде выхватили мечи и устремились вперед, и он вдруг обнаружил, что оказался примерно так же популярен, как ленкат в детских яслях. Надо было выкручиваться.
– Погодите минутку! – заорал он. – Вы те фантастические иллюзии видели?
Толпа с сомнением приостановилась. Несколько человек кивнуло.
– Тогда вы должны понимать, что вы тут не просто какому-то обормоту вызов бросаете. Штука была очень мощная.
На несколько секунд повисла задумчивая тишина.
– Должно быть, он колдун, – сказал один из купцов.
– Маг, – педантично поправил его другой.
– Ненавижу колдунов, – продолжил первый купец.
– Магов!
– Все равно ненавижу. Я так прикидываю, его надо сжечь!
– Верно, – поддакнул парень, чей бумажник Тарл все еще сжимал в дрожащей руке. – Сожгите его, только сперва пусть он мой бумажник отдаст.
– Сжечь его! – принялись голосить остальные. – Сжечь его! Сжечь его! – И они снова устремились вперед.
Тогда Тарл стал делать то, что в его положении стал бы делать любой могущественный колдун или маг. Он стал делать ноги.
Пленник сел прямо, мгновенно вынырнув из глубокого сна. Лучик солнечного света пробивался сквозь трещину в заложенном кирпичами окне, но он не требовался пленнику, чтобы понять, что уже почти вечер. Он наверняка это знал – так же, как знал, что он воин и что зовут его Ронан Победитель Зла.
Память вернулась! Он вспомнил все и про Шикару, и про Тарла, и про Тусону. Особенно про Тусону. И не только память, но и все его чувства восстановили прежнюю остроту. Он прекрасно ориентировался в окружающем и, что самое важное, мог использовать каждый клочок информации, ухваченный во время его притуплённого наркотиками пребывания в розовых женских апартаментах. Внезапно он четко понял, как из этой адской дыры спастись.
«Наконец-то, – возликовал Ронан, сбрасывая ноги с тюфяка и вставая. – Никаких больше гнусных наркотических снов! Никаких больше галлюцинаций!»
Тут маленькая мышка, сидящая рядом с полным подносом еды, подняла на него глаза.
– Итак, тебе уже лучше, – пропищала она.
Вздохнув, Ронан опять сел и стал наблюдать, как вторая мышка, теперь еще более пухлая, с трудом вылезает из дырки в полу и ковыляет к подносу.
– Было лучше, – отозвался Ронан.
– Почему было? Тебе заметно лучше, – продолжила мышь по имени Чип, пока мышь по имени Дейл начала обнюхивать и пробовать разные блюда. – Но тебе надо сохранять силы, так что Дейл должен продолжать дегустацию. Ты ведь не хочешь снова на наркоту?