Спасатель
Шрифт:
«Хорошо, что еще в новостройке электрические плиты, – подумалось ему.
– Иначе была бы утечка газа, тогда было бы все в разы хуже…»
Он приблизился к стальной двери, искореженной, словно смятая фольга. Судя по кодовому замку, дверь была от подъезда. Осторожно ступая по обломкам бетона, Артем начал взбираться наверх. Из-под толстого куска плиты мелькнула окровавленная женская рука. В пыли и каменном крошеве эта изящная рука с безукоризненно выполненным маникюром вызывала когнитивный диссонанс, граничащий
Павлов уже собирался двинуться дальше, как застыл на месте – он услышал сдавленный плач, идущий откуда-то слева, из разлома стены.
– Есть кто живой? – крикнул он, наклонив голову. – Отзовитесь!
Некоторое время он прислушивался, затаив дыхание, потом до его слуха донеслось невнятное:
– Спа… спасите нас! Вытащите отсюда!
Голос явно принадлежал ребенку, и Артем крикнул:
– Я слышу тебя! Не бойся!
Пригнувшись, он включил на телефоне фонарь, протискиваясь в разлом. Пахнуло сыростью, где-то из вырванной трубы журчала вода.
– Где ты? – громко спросил Павлов, чертя тонким лучом по нагромождению обломков бетона.
– Тут, – робко раздалось рядом, и он посветил вниз. Худенькая девочка лет шести, съежившись, выглянула из-под большого обеденного стола, расколотого почти пополам фрагментом межэтажного перекрытия. Ее расширенные от страха глазенки блестели сквозь спутанные волосы.
– Давай, вылезай, – скомандовал Павлов, с усилием отодвигая кусок плиты в сторону.
– Мы здесь с Кубиком спрятались, – сообщила девочка, выкарабкиваясь наружу. Раздался чуть слышный писк, и изумленный адвокат увидел крошечный пушистый комок, который чудом спасенная малышка прижимала к себе. – Это мой котенок.
– Ты сама придумала спрятаться под стол? – поинтересовался Павлов, и девочка кивнула.
– На кухне вдруг все затряслось, стекло разбилось, – пояснила она. – Я схватила Кубика и побежала в комнату. Там стол большой, и мы там спрятались.
– Ты молодец. А теперь давай, ползи за мной. И не выпускай Кубика, чтобы он не убежал.
– А где моя мама?
Артем почувствовал легкую тревогу и осторожно спросил:
– Мама была дома?
– Нет, на работе. Вы ее не видели снаружи?
– Не видел, – отозвался он, ощущая немалое облегчение. – Уверен, с твоей мамой все в порядке. Давай поскорее выбираться отсюда.
– А что случилось с домом?
Судя по всему, ребенок быстро справился с первоначальным шоком, и теперь ее распирало от любопытства.
– Скорее всего, это землетрясение, – объяснил Павлов. Впереди забрезжил свет, и он выключил фонарик. – Слышала про такое?
– Да, – не слишком уверенно ответила она. – А где мы теперь жить будем?
– Не переживай.
Как только девочка вылезла на поверхность, несколько женщин, толпившихся у руин новостройки, ахнули.
– Так это же Мила! – воскликнула одна из них. – Я ее знаю! У них мама на сутках работает, наверное, не знает ничего! Милочка, иди сюда! Ты цела?
Девочка, заметив знакомое лицо, улыбнулась и, придерживая мяукающего котенка, заспешила к сердобольной соседке.
– Как вы? – услышал Артем и обернулся. Рядом стоял тот самый парень, что помогал стаскивать плиту с машины.
– В норме, – кивнул адвокат.
– Тот мужчина увез жену в роддом, – доложил молодой человек. – Ему сосед дал минивэн.
– Отлично.
– Послушайте, я вас где-то видел, – произнес он, с интересом разглядывая Павлова.
– Все может быть.
Артем, щурясь, смотрел на третий дом, единственный уцелевший в жилищном комплексе. От его внимания не ускользнуло, что торцевую стену здания изрыхлили глубокие трещины.
«Плохие признаки».
Казалось, еще мгновенье, и дом развалится, как карточный домик. Павлов глубоко вздохнул.
– Тебя как зовут? – обратился он к парню.
– Виталий.
– Так вот, Виталий, даю тебе важное задание. Беги вон к тому дому и кричи, чтобы все выходили наружу. Иначе он может обрушиться с минуты на минуту. Видишь, какие трещины?
Молодой человек посмотрел на дом, и его лицо накрыла мертвенная бледность.
– Будь убедительным, – продолжал адвокат. – Неизвестно, когда придет помощь. А некоторые жильцы могут испугаться и спрятаться в квартирах.
Понятливо кивнув, парень кинулся к дому.
– И будь сам осторожен! – крикнул ему вслед Артем.
Когда молодой помощник убежал, он посмотрел на свою одежду. Брюки и пиджак покрылись пятнами грязи, на коленке виднелась рваная дырка.
«Вот и съездил посмотреть объект», – пронеслось у него в голове.
– Эй, вы! – услышал он мужской голос и повернул голову. – Я к вам обращаюсь!
Возле покореженной двери от подъезда стоял высокий мужчина лет шестидесяти, настороженно следя за каждым движением адвоката. На нем были тренировочные штаны и наглухо застегнутая серая рубашка, на носу очки в роговой оправе.
– Чем могу быть полезен? – осведомился Павлов.
Незнакомец пнул ботинком кусок штукатурки:
– Я настоятельно рекомендую вам не предпринимать никаких действий! Вы же не спасатель! Из-за ваших необдуманных действий может случиться несчастье!
Выпалив эту тираду, активист поправил сползающие очки, грозно сверкнув из-под стекол выцветшими глазами.
– Под завалами находятся люди, – спокойно ответил Артем. – Им нужна помощь, прямо в эту секунду. Что вы имеете в виду под необдуманными действиями?