СПАС II
Шрифт:
— Он выслушает внука, — выложил я на стол козырную карту.
— Данил. Данил Гвоздев, — задумчиво пробормотал Габриэль, потом его брови взлетели. — Гвоздев?!
— Ты первый, кто акцентировал на этом внимание. Габриэль, комета ждать не будет. Когда мы вернемся, проблем и так будет выше крыши. И чем дольше мы тянем с отлетом, тем выше эта крыша будет.
— Хорошо, — тряхнул головой Габриэль, — но ты обязательно расскажешь свою историю. В полете.
— Договорились, Гэб. Отдавай приказ о вылете.
Вылет не мог состояться немедленно по той простой причине, что единственным
— Капитан на мостике, — поприветствовал меня Габриэль, когда после всех приготовлений к вылету я поднялся в рубку управления «Прометея». По команде Гэба все офицеры повскакивали со своих мест и отдали мне честь.
— А капитан у нас кто? — До меня не сразу дошел смысл всего этого действа.
— Парень, — Габриэль подошел и положил руку мне на плечо, — я надеюсь, что ты не придумал эту историю…
— Гэб, я жил там до двадцати шести лет!
— Подробности потом, расскажешь, когда мы будем в тоннеле. Я хочу, чтобы ты понял — сейчас все зависит от тебя. — Лидер повстанцев умел взваливать ответственность на чужие плечи. И надо сказать, что я этот груз сразу ощутил в полной мере. Причем от меня зависели не только стоящие на мостике мятежники, а ни много ни мало все население Солнечной. А может быть, и человеческая цивилизация в целом.
Глава 4
Мое назначение на должность командира «Прометея» было чисто номинальным. Навигатор запросил у меня координаты секретной восьмой колонии. Я скомандовал: «Вперед!» — и… на этом мои капитанские функции закончились. Группа офицеров на мостике сама знала, что им делать. «Прометей» они дальше повели без меня, а мне оставалось только сидеть в капитанском кресле и раздувать щеки от важности.
Прорубать тоннель сквозь время и пространство необходимо было, удалившись от гравитационных полей, и чем дальше от звездной системы, тем точнее будет выход из тоннеля. Мы направлялись на границу Солнечной. Старый крейсер оказался в идеальном состоянии и держался на длинной дистанции бодрячком, исправно пожирая миллионы километров. Пока это
— Насчет того, что Звездный Маршал — твой дед… ты не слишком загнул?
— Гэб, моя мать — его родная дочь. Я вырос на тайной военной базе. С двенадцати лет нес боевые дежурства наравне со всеми. В двадцать шесть попросился на Землю. — Я выдал как можно более краткую биографию.
— На Землю? Господи, Данил, что ты забыл в этой дыре?
Пусть я и решил ограничиться краткой автобиографией, но Габриэля это не устраивало. Ему требовалось больше деталей. Я его не осуждал: ведь он ставил все, что имел, на мои россказни.
— Слушай, мне хотелось увидеть Большой Мир!
— Увидел? И как?
— Не понравилось, — сознался я, — то дело с «Рейнбоу Ресерч» должно было стать последним. Я хотел вернуться.
— Бойся своих желаний, они имеют свойство сбываться! — хохотнул Габриэль. — Ты летишь домой, своих скоро увидишь.
После слов Габриэля на душе стало как-то теплее. А ведь и правда — я лечу домой и скоро увижу своих близких, по которым жутко скучал. Обстоятельства для встречи были не самые лучшие, я вынужден принести деду неприятные новости. Хотя… может, его гвардия застоялась и чуть ли не с радостью ринется на спасение человечества?
Радарная станция исправно выводила на экран метки, в зоне действия сканеров появлялись суда, но к «Прометею» они не проявляли никакого интереса. Все внимание в Солнечной было поглощено творящимся на Марсе ужасом, и даже выбравшийся из пояса мятежный адмирал не собирал за собой толп преследователей. Нам это было на руку.
— Обозначаю точку перехода. До тоннельного прыжка десять минут, — доложила навигатор.
— Что может быть лучше, чем время, проведенное с семьей? — задал философский вопрос Габриэль.
Я не стал намекать на тот факт, что сына Гэб оставил на станции. Полет у нас был рисковый, и понятное дело, что после всех семейных трагедий адмирал решил не рисковать последним членом семьи. Однако, по моему мнению, все неприятности должны были закончиться в тот момент, когда в Солнечную систему вернется доблестный Звездный Маршал. Мой дед обоснованно считался героем, способным решить проблему любой сложности.
Загудели генераторы, забурлил энергетический поток, направленный в тоннельный двигатель. Перед носом корабля появилась и начала разрастаться черная сфера, полностью поглощающая свет.
— Идет формирование тоннеля. Тридцать процентов. Сорок. — Навигатор следила за процессом и уведомляла остальных офицеров.
Прелесть межзвездных тоннелей была в том, что путешествие занимало считаные минуты. Совсем скоро я…
— Тоннель нестабилен! — не дала мне помечтать навигатор. — Происходит схлопывание!
Пусть я и был назначен на должность капитана, но что делать в данном уникальном случае, не знал. Потому что за всю свою жизнь я только один раз совершал прыжок, который прошел полностью в штатном порядке. Про возможное «схлопывание» тоннелей я слышал впервые. Оглянувшись по сторонам, я понял, что в недоумении пребываю не только я. В замешательстве был весь мостик! Один Габриэль излучал уверенность и спокойствие.