Спартанец

Манфреди Валерио Массимо

Два эпизода самоубийства, описанные в романе, основаны на ряде драматических страниц из «Истории» Геродота. Позорная эпитафия, придуманная оставшимся в живых в сражении при

Фермопилах, оtresas («тот, кто струсил»), также подлинная (Геродот, «История», VII, 231).

Также подлинным является и жуткий ритуал самоубийства царя Клеомена I (Геродот, «История», VI, 75), который отражает таинственную церемонию, смысл которой нам не ясен, подобную в некотором отношении японскому харакири (хотя, безусловно, между ними нет никакой связи). Остается только догадываться, что самоубийство, возможно, было единственным выходом для спартиата, лишившегося чести.

Обычай оставлять физически неполноценных детей на горе Тайгет основан на исторических источниках, хотя и не выяснено, в течение какого периода времени он существовал. Родители, вынужденные подчиняться этому закону, безусловно, страдали. В любом

случае, близкородственные браки с течением времени могли привести к увеличению количества детей, рождающихся с физическими недостатками.

Проект Павсания о предоставлении илотам свободы и всех прав, как гражданам, документирован в исторических трудах (Фукидид, «История», I, 132-4), и мог бы стать возможным решением фундаментальных проблем, которые привели к падению Спарты, — а именно, строгое деление по кастам и невозможность вливания свежей крови.

И в заключительном анализе отметим, что извращения спартанского общества обусловлены тем, что основной принцип, отклоняющийся от современной точки зрения, там был доведен до крайности: а именно, что государство значительно важнее любого из его граждан. Хотя, возможно, что его первоначальное толкование сводилось просто к тому, чтобы жертвовать жизнью отдельного человека ради выживания всего сообщества.

Такое поведение и сегодня называется героизмом.

В.М.М.