Спартак
Шрифт:
Между тем Спартак прорывается через Эпир и Македонию во Фракию, по дороге громя римские гарнизоны и уничтожая коллаборационистов. Его войско несет потери, но на смену приходят тысячи и тысячи новобранцев. Эпироты и македонцы тоже очень любят Рим. А во Фракии весть о подходе Спартака вселяет надежду в души тех, кто еще не погиб и не сдался. Даже одриссы, покорившиеся Волчице, вновь готовы взяться за свои кривые мечи. Спартак пробивается к крепости Ускудама, последнему оплоту вольных фракийцев, отбрасывая от ее стен армию Марка Лукулла.
Римляне не сдаются. Лукулл — опытный полководец, в его армии — сплошь ветераны, воюющие не первый год.
Ободрится и Митридат. Сейчас его дела не так и плохи. Война в понтийских горах затянулась, у Луция Лукулла уже начались конфликты с его офицерами, да и солдаты не очень довольны. А тут такие вести из Италии и Фракии! Среди римлян царит растерянность, командующего теребят со всех сторон, требуя вернуться домой, Митридат тем временем рассылает сотни писем друзьям и союзникам, призывая не упустить момент и вместе ударить по врагу. И вот уже спешат ему на помощь армянские войска, плывут через Черное море корабли из Боспора и Херсонеса… Римляне, уверен, устоят, но о наступлении Луцию Лукуллу придется надолго забыть. Скорее всего, он отойдет на запад, чтобы удержать провинции Вифиния и Азия. Митридат Евпатор с торжеством возвращается в Понт. Война на Востоке еще не проиграна, но положение и здесь становится угрожающим. Число врагов Рима растет, они смелеют, наглеют…
Однако самое интересное может случиться в Галлии. Напомню, Галлия состоит из трех частей. Цизальпинская благодаря Спартаку уже очищена от римлян,
Косматая свободна, и врагов Рима там больше, чем друзей. Спартаковцы же спешат в Галлию Нарбонскую, в нынешний французский Прованс. Наместник ее, Марк Фонтей, — опытный полководец и хороший администратор, но уж больно не повезло ему с подданными. Лишь в городе Нарбоне существует римская колония, вокруг же — Галльское море. А из-за близкой границы — что ни год — на провинцию нападают племена Галлии Косматой, приходится воевать, приходится напрягать все силы. И тут — спартаковцы!
Возможно, Фонтею удастся удержать Нарбон и еще несколько крепостей, но все остальное точно — захлестнет. И вот провозглашена еще одна Свободная Галлия — Нарбонская, римлян ловят по лесам и приколачивают к крестам, предателей режут и приносят в жертву галльским богам. Но самое страшное не это — в войну неизбежно втягивается Косматая Галлия. Эдуев, римских союзников, осаждают со всех сторон, их дела совсем плохи, ведь свою лучшую конницу они уже отправили в Италию.
Итак, римляне получают Великую Галльскую войну, но не ту, которую начнет Цезарь через четырнадцать лет. Сейчас нападают галлы, они сильны, они окрылены первыми успехами.
Но Галлия — не конец света, не край римской Ойкумены. За Галлией — Испания, а в Испании — Квинт Серторий. Этот мятежный генерал-марианец прямо-таки пара Спартаку. Уже несколько лет он сражается с соотечественниками-римлянами, призвав под знамена испанские племена. Но
…А ведь похоже на Спартака. Ой, похоже!
Серторий сражается с Гнеем Помпеем, с тем самым, о котором Маркс так скверно отозвался. Помпей неплохой полководец и дипломат. Именно сейчас он умело ссорит Сертория с союзниками-испанцами, вносит смуту в узкий кружок римских эмигрантов. У Помпея хорошая армия, он твердо надеется на победу… И тут — гром среди ясного неба. Враги в Нарбонской Галлии, значит, римская армия в Испании вот-вот будет ОТРЕЗАНА!
Вы скажете, что есть еще море, что можно и на кораблях подмогу присылать. Но на море пираты, обнаглевшие от римской слабости. Как раз в это время они бьют незадачливого претора Марка Антония, берут в плен его квестора и с торжеством приковывают к мачте. Много ли римских кораблей доплывет до Испании?
Плутарх:
"Серторий вытеснил римских полководцев из подвластной ему Испании: он перерезал пути подвоза продовольствия, опустошил страну и господствовал на море…"
А в самой Испании все римские враги поднимают головы. Войско Сертория растет, недовольные его властью прикусили языки… Не завидую я Гнею Помпею Великому!
Нет, римляне не сдадутся и в Испании. Помпей будет продолжать войну, может, даже сумеет серьезно навредить Серторию, но ведь сражаться придется, все время оглядываясь назад. В Галлии враги, в Галлии война, а из Рима помощи не дождешься.
Вот вам и последствия Главного Приказа Спартака. Предварительные пока еще. Все враги Рима получили мощную "подпитку", к ним примкнули новые союзники. В результате Римская республика не только не сможет быстро победить в Испании и Фракии, как это случилось в "нашей" истории, но и получит два новых фронта — Галльский и Дунайский, а возможно, еще и третий — Армянский. Впечатляет? Меня, признаться, да. Неужели Спартак не видел подобной перспективы? Думаю, видел, более того, ему все это представлялось куда яснее и конкретнее. Так почему же его войско не ушло из Италии?
Ответ первый: Спартак понимал, что риск слишком велик. Тот вариант, что я представил, оптимальный.
Римские полководцы, повторюсь, могли отреагировать быстрее и удачнее, разбив разделенное на части спартаковское войско в первых же боях. Но ведь Спартак рисковал и раньше, причем едва ли с большими шансами.
Ответ второй: Спартак считал, что сумеет нанести римской Волчице еще более страшный удар. То, что начнется во всем Средиземноморье, сильно ослабит Рим. Ослабит — но не погубит всеконечно. Волчица все равно победит. Большой кровью — но победит. Пусть не сразу, пусть не за один год…
…Луций и Марк Лукуллы не пустили врагов к Эгейскому морю. Римская дипломатия поссорила Митридата с его сыновьями, уговорила армян прекратить помощь Понту. Корабли римлян проникают в Черное море и крушат пиратские эскадры, составлявшие ядро понтийского флота. А во Фракии не без помощи Рима племена никак не могут договориться — одриссы враждуют с бессами, дарданы не желают посылать солдат в союзное войско. В Испании же агентура Помпея провоцирует мятеж части испанцев против Сертория, в ответ генерал-марианец начинает казнить заложников. Результат ясен — испанские общины переходят на сторону римлян. Фронт стабилизируется, Помпей получает помощь от новых союзников и готовится к наступлению.