Сожжённые цветы
Шрифт:
– Ну, ты крут!
Разговор происходил за ужином в тот день, когда Геля узнала об избиении. Лис возразил: к произошедшему он не имеет отношения.
– Не ты, так кто-то из твоих друзей!
– Они о такой мелочи мараться не будут. Это совсем другие люди тебе помогли.
– Какие люди?
– Неважно. У тебя ещё пожелания есть?
– Есть…
Она подумала, что хорошо бы и Корытникову насолить, но ей не хотелось, чтобы его били. Корытников уже немолод и тучен, подобная наука могла бы его
– Только… можно по-другому?
– Без проблем! – отозвался Лис, закуривая.
– Мой заведующий кафедрой со студентов взятки берет. В эту летнюю сессию, говорят, тысяч двадцать долларов скосил! Пусть его квартиру ограбят! Они могут такое?
– Мы с тобой можем.
– Я?! Я не могу! Нет!
– Можешь. Нельзя же всегда перекладывать свои заботы на других. И потом, это станет не только местью, но и проверкой. Если пройдёшь её, значит, тебе можно доверять, и тогда, возможно, я познакомлю тебя со своими друзьями.
Геля поняла: он прав. Так даже лучше.
Лис объяснил, что самое важное в деле домушника – подготовка, то есть сбор полезной информации. Заставил Гелю разузнать как можно больше о привычках и быте своего шефа, а также о его чадах и домочадцах. Кроме того, от Гели требовалось найти предлог и зайти к Михаилу Терентьевичу домой. Посмотреть – где, что и как.
Геля внаглую пришла в дом Корытникова и попросила занять ей десять тысяч рублей.
Несмотря на всю свою жадность, заведующий решил помочь бедной глупышке. Присутствовал и воспитательный момент: пусть теперь покусает локти, бросив стабильную работу!
– Простите меня, Михаил Терентьевич, мне и вправду не к кому больше обратиться! – тараторила Геля, следуя за шефом в комнату, куда Корытников пригласил бывшую коллегу, согласно своим старомодным представлениям о правилах приёма гостей. – С тех пор, как уволилась – совсем без денег. Но скоро я найду новую работу и отдам…
Квартира Корытникова располагалась в доме, пятьдесят лет назад построенном для партийных деятелей Гродина. «Элитная хрущёба» – так это называлось теперь. Узкие двери скучились в тесной прихожей, кухонька притаилась за куцым коридорчиком.
За деньгами заведующий кафедрой полез в свой бумажник, и Геля уже было расстроилась, что не попросила тысячу долларов. За такой суммой ему пришлось бы заглянуть в закрома, и стало бы ясно, где эти закрома находятся. К счастью, в кошельке десяти тысяч не нашлось и заведующий, не стесняясь Гели, открыл резную створку старинного буфета. Геля возбуждённо следила за тем, как он достал из жестяной коробочки толстую пачку денег.
Получив займ и рассыпавшись в благодарностях, она удалилась. Через день вернула десять тысяч, снова заявившись к заведующему домой. Объяснила, что отец дал ей денег. Уходя, небрежно спросила:
– А семья ваша где?
– Так сын у жены живёт, а моя половина в санаторий укатила.
– Наслаждаетесь тишиной? У вас тут, наверное, соседи все интеллигентные
Польщённый дёшево слепленным комплиментом, Михаил Терентьевич распушил перья и разболтался. Геля всегда знала, что он сплетник, но в этот раз заведующий даже удивил: о своих соседях он знал всё. Надо было только направлять разговор в нужное русло и запоминать. Так выяснилось, что опасность на лестничной клетке представляла только молодая и любопытная девка из сороковой квартиры. Остальных – глуховатую одинокую бабушку и молодую семью, почти не бывавшую дома – в расчёт можно не брать.
– А вы к жене на курорте присоединиться не хотите?
– Вряд ли, – вздохнул Корытников. – Мне ремонт надо делать. В среду бригада придёт, всё ломать и крушить будут. А я приглядывать за ними стану.
– Ну, что же, удачи вам в этом нелёгком деле! – заторопилась Геля.
– Спасибо, Ангелина Николаевна.
Новости и нетерпеливые предложения Гели Лис встретил без особого энтузиазма. Съел обед и ушёл. Вернулся поздно ночью, разбудив уснувшую в кресле Гелю.
– Что? – спросила она, сразу придя в себя. – Мы идём завтра?
– Да, идём… Соседка твоего шефа обезврежена.
Лис пошёл на кухню и полез в холодильник. Геля побежала за ним.
– На плите отбивные и картошка, я подам!.. Слушай, а как одеваться? Меня же в доме видели!
– Одевайся как хочешь, это не имеет никакого значения.
– А что ты сделал с соседкой?
– Трахнул.
– Ты переспал с ней?
Геля замерла посереди кухни с тарелкой в руках.
– А что ещё мне с бабой делать? Вы все дуры – до старости принцев ждёте, а пока он не появился, раздвигаете ноги направо и налево. Я познакомился с ней, привёл её на хату к одному парню, и трахнул. И назначил свидание на завтра. Возле того дома, где сегодня встречались, а это за тридевять земель от дома твоего шефа.
– Но как же так? Как это? Я же с тобой, а ты…
– Ладно, заткнись! Дело есть дело! И ты то же самое сделаешь, если надо будет. Парням бабки нужны, это важнее всего, а ты бред несёшь: ты со мной, я с тобой!
Лис и раньше позволял себе срываться, что доставляло Геле безотчётное удовольствие. Ей казалось, что так и должен вести себя по-настоящему крутой мужик. Но лицо она старалась сохранить. Вот и сейчас Геля приняла обиженный вид (для себя не меньше, чем для Лиса) и ушла спать.
Всю ночь ей мерещились кошмары: их застигает в своей квартире неожиданно вернувшийся хозяин, их ловит милиция, они попадаются на сбыте краденого… Засыпая под утро, решила, что попросит Лиса отменить испытание. Ну, не воровка она!
Утром она так и сделала.
– Глупая, – усмехнулся Лис, ловко снимавший опасной бритвой отросшую щетину с головы. – Совсем глупая! Я же уже пообещал двадцать тысяч зелени своим парням! Не хочешь грабить – зарабатывай. Это всё равно, что тебя на счётчик поставили. Ты знаешь, что такое счётчик?