Совсем не герой
Шрифт:
— Значит, лежу я себе. Сплю, — начал кот. — Вдруг слышу, внизу пинают кого-то. Я думаю — пинают и пусть себе пинают, не мое сие дело. А тут вижу — тебя нет. Сразу стало ясно, что внизу именно твоя персона.
— Почему? — оскорбился я.
— Да ладно, я ж тебя как облупленного знаю. Ты на неприятности как магнит действуешь. Как осознал я это, так сразу вниз помчался — помогать. Смотрю, а помогать и некому. Никто уже никого не бьет, стоят себе счастливые, а двое оболтусов сверток какой-то тащат.
— Сверток?
— Ага, они тебя в ковер завернули. Пыльный.
— И ты бросаешься мне на шею, полный искренней радости созерцать такого целого меня, — закончил я.
Кот хотел ответить какой-нибудь колкостью, но, кротко вздохнув, смолчал. Я тоже не утруждал себя лишним сотрясанием воздуха, лежал на траве, глядя в сторону замка. Интересно, что голем поломает на этот раз? Думал, что стену, — не угадал. С противным шуршанием с глаз скрылась смотровая вышка — вандализм продолжается. Делать не хотелось совершенно ничего! Я устал, замотался, испсиховался и зарос щетиной всего за три дня пребывания в параллельном мире. Боже, как же чувствовали себя люди, остающиеся здесь на месяцы, а то и на годы? В книгах герои на редкость быстро адаптируются к окружающей среде, им нравится в милом Средневековье. Почему тогда я попал в такое немилое? Не знаю, как вас, а меня не устраивает перспектива сложить голову на каждом шагу.
Топор судьбы, нависший над шеей, не для меня. Я предпочитаю тихую и размеренную жизнь, пусть скучную, зато безопасную. Если бы не невероятная удача, я бы мог погибнуть в битве с конным отрядом трех феодалов, меня бы нашинковали орки, я бы был проткнут сразу пятью стрелами и разодран грифоном, меня бы пришибли в трактирной драке, я бы умер от болевого шока в пыточной камере, меня бы сожгли на костре… А ведь в следующий раз фортуна может повернуться ко мне более неприглядной стороной! Нет, надо срочно возвращаться в такой родной двадцать первый век…
Бухающие шаги, от которых земля форменным образом подрагивала, раздались, когда я уже поведал Ричарду историю Отца Инквизиции с его нездоровым интересом к нашему знакомому маркизу.
— Какие будут дальнейшие указания, повелитель? — знакомо послышалось над самым ухом.
— Это и есть твой подарочек? — уточнил Ричард. — Бедные, бедные инквизиторы. По-человечески мне остается их только пожалеть…
— Завянь, кошачий король, — вяло огрызнулся я. — А что тебе нужно, красавец с острова Пасхи?
— Работа, — ответил гигант.
— Слушай, — прервал наш с големом диалог кот. — А как ты собираешься теперь в столицу идти? После такого пинка инквизиция озвереет и шагу не даст спокойно ступить. Об этом
— М-да-а… Четно говоря, нет, — признался я. — Но маркиз де Фрост говорил, что в стольный град можно попасть через Мертвый Лес…
— Мертвый Лес, Мертвая Пустыня, Мертвая Долина, — перечислил Ричард. — Бр-р, не нравятся мне названия, начинающиеся со слова «мертвый». Обычно места с такими именами не предназначены для туристических прогулок.
— А что делать? Еще какой-нибудь путь ты знаешь? Вот и я не знаю. Значит, пойдем через лес. Что мы, лесов не видели?! И потом, мертвый — не обязательно плохой. Может, там просто вся живность вымерла.
— Тогда мне очень не хочется встретиться с тем, по чьей вине она вымерла.
— Угу, у меня аж мурашки по коже. Слушай, Ричард, кончай нагнетать обстановку! Да и етуна этого гранитного мы с собой прихватим, так что не пропадем. Ты, Колосс, как, с нами?
— Да, о мой повелитель, — привычно прозвучало в ответ.
— Вот видишь! Да с таким лбом нам никакие опасности не страшны.
Синий кот оценивающе глянул на голема и согласился…
ГЛАВА ВТОРАЯ
Забегая вперед, скажу, что Мертвый Лес не зря получил такое название и вполне его оправдывал. Правда, живность (вопреки моим скромным надеждам) там не вымерла и присутствовала в ассортименте. Но начну сначала…
Мертвый Лес встретил нас елочками, соснами и прочими хвойными, которых я в этом мире раньше нигде не видел. Птички все так же пели, встречались белочки — благолепие! И ни единого признака страшного зубастого существа, которое должно непременно нас покусать. Как мне это не нравится!
Мы с Ричардом шли впереди, беседуя на тысячи разных тем, а послушный Колосс шествовал в арьергарде и молчал, как партизан на допросе. Булыжник, что с него возьмешь.
Погодка была ясная, однако стоило нам поглубже забраться в чащу, как солнце скрылось, небо затянулось черными свинцовыми тучами и начал моросить мелкий, но противный дождь, очень быстро перешедший в ливень. Кольчугу я снял сразу и отдал ее на попечение истукану, так как тащиться под дождем одетым в мокрый кусок металла — удовольствие ниже среднего. Тем более что небо пару раз разрезала молния, а мне не очень хочется поработать громоотводом — одни тапочки останутся.
Сперва мы еще пытались продвигаться вперед, перемешивая конечностями вязкую грязь, в которую мигом превратилась земля, но быстро плюнули на это занятие и решили переждать ливень под высокой разлапистой елью. Первые ветки ее располагались метрах в двух от земли, поэтому мы спокойно расположились под своим недолговременным укрытием.
— Боже мой! — заныл Ричард. — Ты посмотри, в кого я превратился?
Я глянул на кота и невольно вздрогнул. И куда подевался его прежний лоск? Пушистая синяя шерсть намокла и свисала сосульками, лапы все в грязи, усы от повисших на них капель поблекли и отсырели. Про хвост вообще молчу. Пережив получасовую прогулку по лесу, он превратился в подобие гигантского туалетного ершика.