Советский эльф

Елисеенко Сергей Александрович

Некоторые овощи были мне знакомы, другие я видел в первый раз. Что это за странные клубни? А вот молоко и масло. Обычно эльфы не употребляют то, что собирают орки и гномы у коров. Но я, часто путешествуя, оценил вкус и питательные качества этих яств. Так что сегодня они определённо разнообразят наше меню.

Последними на столе оказались яйца и несколько стальных цилиндров.

Если с первыми мне было понятно, что делать, то вторые взывали моё удивление.

— Чего замер? Консервов никогда не видел? Давай-ка сюда баночку, сейчас килечки в томатном соусе отведаем.

Знаешь, какая из неё закусь? Закачаешься! — потирая руки, сообщил мне Сашка.

И, не теряя времени, взял эту «консерву», вытащил откуда-то миниатюрный крюк с деревянной ручкой и стал сноровисто её вскрывать.

Через несколько секунд он уже вытаскивал из красноватой жижи крохотные тела рыбок и укладывал их ровными слоями на кусок чёрного хлеба.

— Я так понял, ты пропускаешь, — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал он, — ну тогда за нас двоих.

Резко выдохнув, он опрокинул себе в рот полстакана водки и, занюхнув рукавом, разом откусил половину своего «блюда».

— Ух, хорошо! Едрить-колотить! — счастливая улыбка расплылась на его лице.

Похоже, один из этих ингредиентов доставил ему огромное удовольствие. А, так как пить эту прозрачную брагу я всё ещё опасался, то решил попробовать «кильку в томате».

Повторив действия Сашки, я вначале осторожно понюхал хлеб с положенной на него рыбой, а потом откусил небольшой кусок.

Хм, а не так уж и плохо. Похожая рыбёшка водилась во внутренних морях Альказара и вместе с этой овощной подливкой оказалась довольно приятной на вкус. Солоноватая, с лёгкой кислинкой и почти без костей. Оттенял её грубый вкус чёрного хлеба, и всё вместе это давало непередаваемое интересное ощущение.

Пожалуй, это кушанье я запомню. Лёгкое в приготовлении и приятное в употреблении.

Неожиданно раздалось противное жужжание пополам с писком подыхающей куницы. Вскочив, я заозирался в поисках звука.

— Ты чего дёргаешься? Это Антоха пришёл, наверное. Я ему твой адрес дал. Сейчас открою, — Хорь поднялся из-за стола и направился к двери.

Через мгновение на кухню вошёл крепкий парень с ёжиком волос цвета выгоревшей соломы.

— Здравы будьте, меня Антоном зовут, — обратился он ко мне, протягивая руку.

Пожав её, я обратил внимание на ладонь, покрытую трудовыми мозолями. Похоже, он действительно настоящий трудяга. А значит, должен быть прост в общении и искренен.

Если, конечно, меня не подводит чутьё.

— Ну, что мужики, за знакомство? — вставил слегка захмелевший Сашка.

Я поморщился.

Но, к моему удивлению, Антон предложил сначала обсудить мой заказ.

— Так что за штуку вы сделать хотите? Штырь, кажется?

Я вдруг понял, что так и не узнал, как по-настоящему зовут того, чей облик мне пришлось забрать. Не в паспорт же сейчас смотреть?

— Можно и так. И тут, вроде бы, все на ты общаются. Так что присаживайся. Есть на чём схему нарисовать? Мне нужна простая, но очень полезная штука, — начал я.

Кивнув, он достал из рюкзака несколько листов бумаги и угольную палочку. Сразу виден серьёзный подход.

Отодвинув еду, я начал

чертить.

Глава 8

Вчерашняя попойка оказалась очень продуктивной. Не в том смысле, что всё скатилось в вакханалию, а совсем наоборот.

Пока Хорь накатывал одну за другой, мы с Антоном тоже накатали два полноценных чертежа по моим описаниям. Конечно, человеческое понимание структуры материала и законов механики существенно отличается от эльфийского. Но общие точки всё же нашлись. И там, где я не мог объяснить словами или формулой, парень сам схватывал на лету. Особенно это касалось всевозможных хитрых блоков и центров натяжения.

В итоге, уже глубоко за полночь, мы закончили работу и смогли присоединиться к Сашке. Который дошёл до совершенно невменяемого состояния, но всё же, помня моё отношение к его пьяному поведению, к нам не лез и не мешал.

Правда, изредка он выдавал какой-нибудь душещипательный тост, который был понятен только ему. Мы благодушно кивали, но от схем голов не отрывали. Настолько захватило меня его искреннее желание учиться и познавать новое.

— Ну, и идейка у тебя. Я, конечно, такие штуки видел. Но только в музее, и там они попроще, послабее. А тут уже на первый взгляд кирпичную стену пробить может. Завтра же уговорю мастера, чтобы остаться факультативно и твою фиговину собрать, — восхищался Антон.

Я не стал ему говорить, что со стрелковым оружием эльфы работают уже многие тысячи лет и достигли в нём совершенства. Да, безусловно, гномы изо всех сил наступают нам на пятки. Но, несмотря на их изобретательский талант, у них не хватает утончённости, изящества. А красота в военном деле не менее важна, чем практичность.

Эстетика и смерть всегда ходят рука об руку.

Утром, кое-как растолкав Хорька, я выделил ему денег и отправил вместе с Антоном за необходимыми материалами.

Теперь у меня есть целый день, чтобы разобраться с местными антимагическими особенностями.

И пусть в этом слое реальности нет эфириума, кроме того, что я принёс с собой, но тончайшие вибрации Вселенной можно услышать и здесь.

Заварив себе крепкого чаю, который раньше считал обычным травяным настоем, я присел за стол. Удивительно, но первое моё знакомство с ним оставило неприятное ощущение. Какая-то водичка с коричневым оттенком и легким ароматом прелости. В пирожковой стало чуть лучше, и там я почти почувствовал его настоящий вкус. Но только вчера, когда этот напиток был приготовлен в нормальном виде, я понял, насколько он хорош.

А всего-то и нужно было кипятка из чистой воды, да хорошую жмень чёрного цейлонского листа. Учуяв необычный и притягательный запах из кубка, то есть кружки Антона, я поинтересовался, что это такое. И когда он мне объяснил и показал, как его правильно заваривать, моему счастью не было предела.

Терпкий, бодрящий, с особенным послевкусием, он безусловно стал моим фаворитом среди человеческих напитков.

Позавтракав, я начал приготовления к ритуалу Тратака-Ос-Нима, который чаще называли «внутри-и-снаружи».