Совершенство

Лорен Кристина

– Ты это чувствуешь?

– Чувствую что? Люси, что происходит?

– Это как будто меня засасывает? Словно я – металл, а там, на той, стороне – гигантский магнит? Ты этого не чувствуешь?

Колин мотает головой, переводя удивленно распахнутые глаза с Люси на ворота и обратно.

– Думаешь, ты сможешь выйти наружу?

– Не знаю. – Внезапно у нее пересыхает во рту, сильнее, чем когда-либо. В первый раз с тех пор, как она очнулась на тропинке, ей хочется пить; она почти может представить себе, как прохладная вода бежит вниз по горлу.

– Прикоснись

к ним, – слышит она шепот Колина. – Люси, прикоснись к воротам.

Дрожа, она облизывает губы, поднимает руку и трясущимися пальцами прикасается к холодному металлу. Ни малейшего сопротивления. Затаив дыхание, она смотрит, как ее рука проходит между двумя фигурными балясинами – на ту сторону.

– О, Боже, – выдыхает она. – О, Боже!

Ее руку покрывает легкий загар; голубые вены, как карта рек, разбегаются по ладони, вверх по запястью. Вот шрамик. Веснушки. Маленькие несовершенства. Она сжимает пальцы в кулак, чувствуя тепло собственной кожи.

– Колин!

Но ответа нет. Колин исчез.

Глава 32

Он

В какой-то момент ночью он чувствует, как к нему в кровать скользнула Люси. Матрас прогибается под ее весом; она зарывается под груду одеял и электрогрелок и обвивает его руками. Похоже, Люси и Джей каким-то образом умудрились протащить его в общагу и наверх, в его комнату, так, что никто не заметил. На нем – его старая фланелевая пижама плюс куча одеял. Джея нет; наверно, его вахта была первой. Колин не помнит ничего с тех пор, как покинул подводный мир Люси.

– Привет, – бормочет она не очень разборчиво ему в спину.

– Привет, – отзывается он. Голос у него скорее похож на карканье, и глаза жжет. Он опять зажмуривается. Горло тоже жжет, будто он огонь ел. —Ты давно здесь лежишь?

– Нет. Я здесь всего пару минут. Пришлось подождать, пока Дот уйдет спать. Она сидела внизу, в общей комнате, больше часа, мешала в кофе в одной и той же чашке и смотрела в пустой экран телевизора.

Ему совсем не хочется, чтобы Дот увидела его таким, и чувство вины, которое он до сих пор успешно подавлял, подступает к горлу.

– Она ведь тебя не видела, нет?

– Нет, – успокаивает его Люси. – Она бы никогда не пропустила меня на лестницу.

Значит, Дот пришла к нему в общагу, чтобы быть поближе? Он трет руками лицо, издает стон.

– Она так беспокоится. Чувствует за меня ответственность.

– Да.

– Думаю, она догадывается, что я делаю что-то безумное. Про тебя она знает. – Его пробирает дрожь, и он покрепче прижимает грелку к груди.

– Я так и подумала – Люси игнорирует волну тревоги, поднимающуюся в груди, и подтыкает одеяла вокруг него. – Тебе тепло?

– Угу-м. Но если ты собираешься меня соблазнить, имей в виду, носки придется оставить на мне, – говорит он, пытаясь разрядить атмосферу.

Ему совсем не хочется думать о неприятной стороне того, что они делают. Нет, ему хочется только чувствовать, как она прижимается

к его спине, свернувшись калачиком, и вспоминать мир под водой. Какой-то долей рассудка он понимает, насколько это безумно, что стороннему наблюдателю может показаться, что он стремится к самоубийству. С болезненным уколом в груди он понимает, что, вероятно, именно так чувствовала себя его мать. Она, наверное, делала все возможное, чтобы провести еще хотя бы день со своей дочерью. Никогда еще Колин не чувствовал большей уверенности, что его мать вовсе не была сумасшедшей. Она просто хотела, чтобы семья опять была вместе.

Еще совсем рано – до восхода солнца и до того времени, как школу затопят толпы старшеклассников, осталось еще несколько часов – и Колину слышно, как снаружи маневрирует один из школьных грузовиков, доставивший в кухню продукты. Слышно, как он сдает назад: прерывистые гудки, отражаясь от высоких каменных стен, эхом заполняют пустой школьный двор.

– Эй, а как вообще-то вы двое умудрились затащить меня сюда?

– Это все Джей. Оказалось, он просто спец по отвлекающим маневрам и гораздо сильнее, чем кажется.

– Как он?

– В порядке, – отвечает она, и он чувствует, как она легонько пожимает плечами. – То есть, понимаешь, ему страшно нравятся подобные вещи. Мне это непонятно, но я рада, что он так к этому относится. То, что он делает для нас – просто потрясающе.

– Я знаю.

– Интересно, смогли бы мы делать это без него. Смогла бы я как-нибудь сама вытащить тебя из воды. – Она замолкает, изучая его реакцию. – Интересно, может поэтому у меня теперь столько сил.

Колин молчит. Он уж не раз об этом думал. Если до того, как найти его, Люси жила в озере, и если именно туда она возвращается, когда исчезает, то почему бы ему просто не отправиться туда, чтобы ее найти. Он не совсем уверен, как именно они добрались на другую сторону, но ему нравится думать, что, если понадобится, он сможет найти дорогу один.

– Расскажи мне, что произошло, – просит он. – Мне ведь не показалось, правда? Тебе удалось пройти за ворота.

– Ты это помнишь?

Он кивает.

Он чувствует, как она вздрагивает рядом с ним.

– Никогда не чувствовала такой тяги к чему-нибудь, кроме как когда нашла тебя. Я посмотрела на свою руку, и она выглядела живой, Колин. У меня было такое чувство, будто мне необходимо на ту сторону, за ворота.

– Ты думаешь, дело именно в этом? Нам нужно вытащить тебя за ворота? Это и есть ключ к разгадке?

– Не знаю. Мне почему-то кажется, что это не может быть так просто.

– Может, ты просто чересчур об этом задумываешься.

Она не отвечает, просто прижимается щекой к его спине, вновь напоминая себе, что он теплый, и живой, и правда здесь.

– Так это там ты была до того, как вернулась? – спрашивает он.

– Думаю, да. Такое чувство, что я хожу туда-сюда, будто в клетке, гляжу наружу из озера и жду, когда смогу выйти и быть с тобой.

– И ты думаешь, это туда ты возвращаешься, когда исчезаешь? – Ее руки сжимаются теснее вокруг него, когда он это говорит.