Сова Аскира
Шрифт:
Таркан огляделся, экономно попивая вино. Его глаза внимательно изучали толпу, в поисках девушки-барда Тариды или маэстры и её высокого адъютанта, но их нигде не было видно.
— Кого вы ищите? — спросил дружелюбный голос рядом, и Таркан повернулся к старику, который был одет в роскошную одежду мастера гильдии.
— Я мастер Олдин, — с улыбкой представился мужчина. — Старый мастер гильдии кузнецов здесь, в Аскире. Мы с послом знаем друг друга уже много лет, он жёсткий партнёр по переговорам, когда дело касается цен на алданскую руду.
— Баронет Таркан фон Фарйзе, — вежливо представился Таркан. Старик всё ещё казался крепким, хоть его рука со старческими пятнами
— Специальный посланник принца Тамина, — заметил мастер Олдин. — Значит это ваш первый фестиваль?
— Да, — вежливо и возможно немного лаконично ответил Таркан.
Мастер Олдин тихо засмеялся.
— Сам фестиваль пройдёт снаружи, мой мальчик! Здесь сегодня лишь будут заключаться сделки. Если выйдите через северный вход, увидите справа большую палатку, которую поставила гильдия бардов. Если вы ищите музыку и танцы, то найдёте их там! — Зелёные глаза мужчины искрились весельем. — Но по правде говоря, баронет, вы не выглядите так, будто ищите удовольствий, скорее, будто на ваших плечах покоится всё бремя мира. Если вы в ближайшее время не прекратите играть с рукояткой меча, как будто ожидаете, что он в любой момент вам понадобится, то ваша тревога перейдёт и на меня!
Таркан посмотрел на свою руку, которая крепко сжимала рукоятку меча.
— Простите. — Он окинул взглядом старика. — Скажите, существует ли возможность, что мы уже где-то встречались? Вы кажетесь мне знакомым.
Мастер медленно покачал головой.
— Хоть я и стар, но меня редко подводит память.
— Это глаза, — заметил Таркан. — Я только что вспомнил, у кого такие же глаза.
— И у кого, позвольте спросить?
— У маэстры из башни.
Гильдейский мастер посмотрел на него и засмеялся.
— Я тоже уже часто об этом думал… должно быть, вы хорошо её знаете, раз видели её глаза. Она держится в стороне от людей, а с недавних пор носит капюшон… это её вы ищите?
— Да. Мы работаем вместе над раскрытием убийства.
— Убийства камердинера посла?
— Именно его.
— Это как-то связано с тем, что сегодня у нас здесь больше Быков, чем на учебном плаце?
— Этого я не могу вам сказать, сэр, — вежливо ответил Таркан.
— Значит, да.
Таркан весело покачал головой, и гильдейский мастер тоже улыбнулся, проведя рукой по виску. Этот жест Таркан тоже уже часто видел у кого-то другого. Он нахмурился.
— Простите, — наконец тихо промолвил он. — Скажите… Нет, лучше забудьте, — добавил он, когда старик вопросительно посмотрел на него.
— Говорите, не стесняйтесь! Раз начали, выкладывайте. Когда становишься старым, то хороший разговор часто ценишь больше, чем многое другое… И я уже больше не кусаюсь!
— Речь идёт о маэстре… Может она всё-таки является вашей родственницей?
Старик удивлённо посмотрел на Таркана и улыбнулся.
— Я часто мечтал об этом. Ей примерно столько же лет, сколько должно было быть моей внучке, и она очень похожа на мою дочь. Но это не она.
— Должно было быть?
Одной из причин, почему принц Тамин послал его в это путешествие, была способность Таркана запоминать лица, он никогда не забывал ни одного. На самом деле, он редко вообще что-то забывал. Глаза у людей были уникальными, не только внешняя форма, но также цвет и строение радужиной оболочки… и глаза Дезины были удивительно похожи на глаза старого мастера. А ещё движения, то, как мужчина держал голову, длинные,
Он всё ещё очень хорошо помнил королеву Алдана и видел её в каждом жесте, улыбке и моргании своего друга, принца Тамина, так что он вполне имел представление о том, как различие пола может повлиять на лицо. Чем дольше он смотрел на старика, тем явнее видел сходства между ними.
— Моя дочь и внучка погибли при пожаре в моём особняке, — сообщил ему старик. — С тех пор прошло уже добрых двадцать лет.
— Дом на Медной улице?
Старый мастер удивлённо посмотрел на Таркана.
— Да. Я не стал его восстанавливать, не мог вынести необходимости заботиться о том доме. — В его взгляде появилась боль. — Знаете, это был поджог и убийство. Преступление долго оставалось нераскрытым, пока маэстра не нашла вчера убийцу в той таверне в порту, незадолго до того, как там произошло несчастье.
— Это был хозяин той таверны?
Старик кивнул.
— Хотел бы я, чтобы его допросили, но он покончил с собой, видимо, чтобы избежать допроса. Вероятно, он на кого-то работал… но даже так я чувствую облегчение, зная, что убийцу теперь будет судить Борон. Видите, я и сам высматриваю маэстру, хочу поблагодарить её за это.
— Есть ли вероятность, что вашей внучкой может быть… — начал Таркан, но старик покачал головой.
— Мой зять осматривал останки моих любимых. Я не мог сделать это сам, из-за этой новости у меня случился сердечный приступ, и я почти последовал за ними к вратам Сольтара. Потребовались месяцы, прежде чем я выздоровел. Ролкар говорит, что нет никаких сомнений. — Мастер на мгновение рассеянно замолчал. — Но я с вами согласен, сходство поразительно, и я не раз придавался иллюзии, что она моя внучка. Когда я увидел её впервые, у меня возникла такая же мысль, как и у вас, баронет. Я даже спросил Ролкара, но он настаивает на своём, в конец концов, на ребёнке был браслет, который принадлежал её бабушке. Семейная реликвия, которая настолько отличительна, что её не спутаешь ни с какой другой.
— Как звали вашу жену? — спросил Таркан.
— Безанае, — ответил старик.
— Доброе алданское имя, — заметил Таркан.
— Да, — меланхолично ответил старик. — Она была родом из вашей страны. Я познакомился с ней там, когда осматривал шахты от имени моего мастера. Отец лишил её наследства, потому что она отдалась подмастерью кузница, — добавил он с улыбкой. — Знаете, я был ниже её по статусу. — Улыбка старика стала шире. — Маэстра даже рассказала мне, что в детстве у неё был серебряный браслет, и, вопреки здравому смыслу, это снова придало мне надежды, поэтому я решил расспросить её, но в конечном итоге, именно её слова заставили мою надежду угаснуть. Потому что она упомянула о том, что на браслете было выгравировано её имя. Дезина. Так что это не она, но я всё отдал бы за то, чтобы это была она.
Мысли Таркана пустились вскачь.
— Подождите, пожалуйста, — промолвил он и поспешил к послу, на столе которого лежали бумага и перо. Он написал на листе имя жены гильдейского мастера и вернулся к старику, который с любопытством смотрел на него.
— Как было выгравировано имя на браслете? — спросил Таркан. — На алданском или имперском?
Брови старика сошлись на переносице.
— Я думал на имперском, но вы правы, этого не может быть, вероятно, оно было выгравировано на алданском, потому что моя жена получила браслет от своей матери к Дню имени.