Сов Семь

Фомальгаут Мария

Кабинка останавливается.

Распахивается дверца.

Выходит – нет, вываливается человек, оторопело оглядывается, неловко прыгает, падает, шарообразный полицейский подхватывает упавшего:

– Велл?

– Э-э-э…

– Ват из ю нейм?

– Эйкин… Эйкин… Драм…

– Ар ю окей?

– Й-й-ес-с…

Человек трясет головой, потирает ушибленную руку, надкусывает блинчиковый сюртук, снова пытается идти, снова не может, падает на скамейку, придавленный земным притяжением…

– Что же,

Эйкин… я так понимаю, вы хотите вернуться домой?

– Совершенно верно.

– Я могу вам помочь….

– Огромное спасибо.

– Попробуйте проехать на метро.

– Простите?

– Попробуйте. Проехать. На метро.

– Но…

– Просто. Попробуйте.

– Уважаемые пассажиры, просим прощения за задержку, мы готовились к старту. Осторожно, двери закрываются, следующая станция Пикадилли…

– Дамы и господа, просьба сохранять спокойствие, просто от вагона отделятся вторая ступень…

– Уважаемый господин в сиреневом, убедительная просьба, снимите шлем своего скафандра, уверяю вас, внутри с воздухом все в порядке. А вот снаружи в туннеле могут быть отдельные области безвоздушного пространства. Будьте внимательны, на участке пути от Олгейт до Бейкер-Стрит возможны перебои с гравитацией.

– Дамы и господа, вынуждены сообщить вам, что на станции «Юстон-Сквер» остановка проводится не будет по причине того, что станцию засосало в черную дыру…

– Уважаемые пассажиры, просьба соблюдать внимательность при выборе станции: в последнее время участились случаи попадания составов в район Альдебарана и Денеба…

…поезд несется в неведомую тьму…

…несмотря на доходы более ста фунтов водители лондонского метрополитена продолжают требовать повышения зарплаты…

– С-спасибо… огромное спасибо за совет… – Эйкин отрывает еще одну пуговку-булочку, нервно теребит в руках, – сколько… сколько я вам должен?

– Хорошо, что спросили… – дама в кресле многозначительно улыбается, – вы слышали про птицу феникс?

– Эйкин от волнения надкусывает свой блинчиковый сюртук.

– Э-э-э… редкая птица.

– Очень редкая. Будьте так любезны найти её мне…

Эйкина передергивает.

– Ну… я…

– …только не говорите, что вы попытаетесь. Вы просто сделаете это, и все.

– Да… непременно.

Эйкин Драм выходит на заснеженную улицу, рановато в этом году стал сыпать снежок. Найти птицу феникса, говорит себе Эйкин, найти любой ценой…

– Я нашел её.

– Простите?

Эйкин кивает:

– Я нашел вашу птицу феникс.

– Вы…

– …я нашел вашу птицу.

– Где… где же она?

– Я покажу вам координаты…

…ажиотаж рождественских распродаж достиг своего апогея: в рождественском

супермаркете две дамы подрались из-за замороженной индейки, одна другую избила зонтиком. Впоследствии оказалось, что индейка была просроченная…

– Вы… вы это нарочно подстроили… – тетя Тротт хмурится, думает, а не поколотить ли тростью самого Эйкина.

Эйкин Драм пожимает плечами, всем своим видом показывает, что от него это никак не зависит.

– Видите ли… за птицу феникса, конечно, надо сражаться… но не такими же методами… Птица счастья такого не любит…

Тетя Тротт не отвечает, в гневе выходит из комнаты, хлопает дверью. Эйкин успевает наскоро прочитать её мысли, ипподром, ипподром, что такое, почему ипподром…

– …ваши ставки, господа, ваши ставки…

Эйкин пугается, Эйкину не по себе в суете ипподрома, Эйкин не знает, куда идти, на кого ставить, что, зачем…

Вкрадчивый шепоток за спиной:

– Хотите мудрый совет?

Эйкин хочет мудрый совет, Эйкин поворачивается к сухонькому человечку.

– Вот, посмотрите… – сухонький человечек ведет Эйкина между рядами Лондонов, – вот этот фаворит прошлого года, н уже свое отскакал, на него не надейтесь. А этот вот шустренький, но молоденький еще, на него тоже не надейтесь. А вот этот, он покрепче будет, в него никто не верит, правда, а вы на него ставочку сделайте, не прогадаете…

Эйкин сомневается. Смотрит Лондоны, Лондоны, Лондоны. Наконец, останавливается перед неприметным Лондоном, даже не Лондоном – Лондонушечкой, протягивает кусочек блинчика от сюртука, Лондон фыр, фыр, – не берет.

– Ну, дело-то ваше, молодой человек, вы же проиграете, не я же…

Жокеи готовят Лондоны к скачкам, проверяют, у кого-то из Лондонов оказывается два глаза, второй глаз тут же выбивают, непорядок, глаз один должен быть, порода все-таки…

Эйкин хочет поставить деньги на Лондон, люди смеются, ведут Эйкина в кассу, потом на трибуны ведут, женщины рассаживаются, своими шляпками похваляются, у этой шляпка в золотой клетке, у этой на цепочке, эту даму не пускают, почему шляпка без поводка, вы хоть намордник на неё наденьте, дама возмущается, на вас бы намордники на всех… Шляпки лают друг на друга, ругаются, кого-то выводят за нарушение порядка…

На старт…

Внимание…

…скачут лондоны. Кто-то вырывается вперед, кого-то тут же штрафуют, еще не хватало, куда вы вперед сорок третьего года, год-то еще не наступил. Кто-то с пеной у рта доказывает, что еще до сорок третьего года были какие-то поселения на месте Лондона, кого-то не слушают, кто-то обещает судиться…

Кого-то уводят.

Скачут лондоны. Почти все ловко становятся столицей Британии, потом падают, сожженные Боудиккой, почти все встают из пепла, несколько скакунов, впрочем, уже не приходят в себя.