Сотня

Морган Касс

— Я не ненавижу тебя.
– он схватил ее за руки и сжал.
– Я просто не понимаю. Зачем ты это сделала? Не лги в этот раз, пожалуйста.

Октавия молчала, и он мог чувствовать, что ее кожа становится липкой, когда она начала дрожать.

— Оу?
– он отпустил ее руку.

— Они были мне нужны.
– сказала она, ее голос был тихим.
– Я не могу спать без них.
– она сделала паузу и закрыла глаза.
– Сначала это было только по ночам. Мне все еще снились эти страшные сны, поэтому медсестра в поликлинике дала мне лекарства, чтобы я могла уснуть, но со временем становилось все хуже. Были такие

моменты, когда я не могла дышать, как будто вся вселенная давила на меня, раздавливала. Медсестра не давала мне больше лекарств, даже когда я просила, так что я начала воровать их. Лекарства были единственной вещью, от которых я чувствовала себя лучше.

Беллами уставился на нее.

— Так вот за чем тебя поймали?
– спросил он медленно, осознание пришло к нему.
– Не за кражей еды у младших детей в детском саду. За кражей таблеток.

Октавия ничего не сказала, просто кивнула, в ее глазах стояли слезы.

— Оу.
– вздохнул Беллами.
– Почему ты не сказала мне?

— Я знаю, как сильно ты за меня волнуешься.
– она сделала глубокий вздох.
– Я знаю, что ты постоянно хочешь защитить меня. Я не хотела, чтобы ты чувствовал, что не справился.

Беллами чувствовал боль из раны за сердцем. Он не знал, что было больнее: то, что его сестра была наркоманкой или то, что она не рассказала ему правду, потому что он был ослеплен заботой о ней. Когда он, наконец, заговорил, его голос был хриплым.

— Так что же нам теперь делать?
– спросил он. В первый раз в своей жизни он не знал, как помочь своей сестре.
– Что будет, если мы отдадим лекарства обратно?

— Со мной все будет хорошо. Мне просто нужно понять, как жить без них. Мне тут уже легче.
– она потянулась к нему и взяла за руку, посылая ему странный, почти умоляющий взгляд.
– Ты не хочешь приходить ко мне сюда?

— Нет.
– сказал Беллами, качая головой.
– Мне просто нужно немного времени, чтобы переварить все.
– он поднялся на ноги, затем посмотрел на свою сестру.
– Но ты должна удостовериться, что Кларк получит лекарства. Ты должна сказать ей. Я серьезно, Оу.

— Я знаю.
– кивнула она, а потом обернулась на Талию, как будто немного колебалась.
– Я сделаю это сегодня.

— Хорошо.
– вздохнув, Беллами вышел из палатки на поляну. Дойдя до линии леса, он глубоко вдохнул, позволяя влажному воздуху просочиться сквозь его ноющую грудь. Он запрокинул голову назад, чтобы ветер смог омыть его покрасневшую кожу. Теперь, когда небо не было заслонено деревьями, оно выглядело еще более темным, почти черным. Вдруг линия неровного света блеснула в небе, сопровождаясь сильным, звучным треском, заставляющим землю содрогнуться. Беллами прыгнул, и крики заполнили поляну. Но они были быстро заглушены другим оглушительным звуком, намного более громким, чем первый, как будто небо собиралось упасть на Землю.

С неба начало что-то падать. Капли сбегали вниз по его коже, волосам, и быстро просачивались через одежду. Дождь, догадался Беллами, настоящий дождь. Он поднял лицо к небу, и, всего на мгновение, все исчезло: его ненависть к Грэму, Уэллсу, Кларк, беспокойство о сестре, крики глупых детей, которые не знали, что дождь безвреден. Он закрыл глаза, позволяя воде смывать грязь и пот с лица. На секунду он представил, что дождь сможет смыть абсолютно все: кровь, слезы, тот факт, что он

и Октавия подвели других. Они смогли бы начать все с чистого листа, попробовать жить заново.

Беллами открыл глаза. Он был смешон и знал это. Дождь лишь вода, тем более, не было такой вещи, чтобы можно было начать жить заново. В этом и есть суть секретов... ты должен хранить их постоянно, неважно какой ценой.

ГЛАВА 24: ГЛЭСС

Пока она шла по СкайБридж, страшное осознание того, что ее мать была права, грузом висело на сердце Глэсс. Она не могла рисковать: один неверный шаг...не ради себя, а ради Люка. Что если канцлер передумает и отзовет приказ о помиловании, и потом Люк сделает что-нибудь дурацкое и скажет правду об ее беременности? Было похоже, что история повторялась, и все же она знала, что всегда будет делать один и тот же выбор. Она всегда будет делать такой выбор, чтобы защитить парня, которого любит.

Она избегала Люка в течение нескольких дней, хотя он был на стольких чрезвычайных сменах в последнее время, что она не была уверена, что он даже заметил это. Она, наконец-то, согласилась встретиться у него в комнате этим вечером, и мысль о его приветственной улыбке отозвалась болью в груди. По крайней мере, в этот раз не будет никаких уловок или лжи. Она просто расскажет ему всю правду, не важно, насколько тяжело это будет. Возможно, он будет искать утешение в Камилле, тогда круговорот действительно дополнится. Боль от этой мысли была равна боли от ножевого ранения, но Глэсс проигнорировала ее.

Когда она пришла в дальний конец СкайБридж, ее глаза остановились на небольшой группе собравшихся возле контрольно-пропускного пункта. Несколько охранников разговаривали в узком кругу, в то время как гражданские шептали и указывали на что-то в длинном, усыпанном звездами, окне, которое ограничивало проход. Глэсс вдруг узнала некоторых охранников, они были из команды Люка, члены элитной охраны инженерного корпуса. Женщина с седыми волосами, которая, шевеля пальцами в воздухе, управляла гало-схемой, оказалась Бекка. Рядом с ней был Али, парень с темной кожей и ярко-зелеными глазами, сосредоточенный на изображении, которое создала Бекка.

— Глэсс!
– сердечно воскликнул Али, наблюдая за тем, как она подошла. Он пробежал несколько шагов вперед и хлопнул в ладоши.
– Приятно видеть тебя. Ты как?

— Я... хорошо, - она запнулась, запутавшись. Как много они знали? Они приветствовали ее как бывшую Люка, сопливую девчонку с Феникса, которая разбила его сердце, или как сбежавшую из заключения девушку Люка? В любом случае, Али был гораздо добрее, чем она этого заслуживала.

Бекка послала Глэсс быструю улыбку и затем вновь вернулась к своим диаграммам, хмурясь, пока вращала сложный на вид трехмерный план.

— Где Люк?
– спросила Глэсс, оглядываясь из стороны в сторону. Если они все еще были на дежурстве, он не мог быть дома или еще где-либо.

Али указал на окно с ухмылкой.

— Посмотри снаружи.

Глэсс медленно повернулась, каждая клеточка ее тела превращалась в лед. Она уже знала, что именно увидит. Две фигуры в скафандрах плавали снаружи, каждый был привязан к кораблю тонким шнуром. У них за спиной были привязанные наборы инструментов, они использовали руки в перчатках, чтобы двигаться вдоль СкайБридж.