Соседнее окно

Артемьева Рада

– Так варят кофе в сифоне, – объяснила Инна.

– И он вкуснее при такой варке?

– Кто его знает. Но выглядит этот процесс очень эффектно.

На несколько секунд все забыли зачем пришли и стали смотреть, как фыркает пар. В нижней колбе разразился кофейный ураган. Густой аромат поднялся над стойкой.

– Так мы будем заказывать десерты? – вдруг спросила Инна и, послюнявив палец, перелистнула страницы меню. – Десерт из бисквита с бурбоном… Звучит аппетитно.

Ее глаза блестели, отражаясь от ламинированных страниц.

– А

как вам клафути из клубники? Или бланманже?

Когда, наконец, бариста увидел Полину, он подошел к их столу и протянул им тарелку с печеньем.

– Нашим постоянным посетителям, – мягко проговорил он и озарил всех лучезарной улыбкой. После чего поторопился на место и вернулся к кофейным приготовлениям.

– Ну я же говорю, что он премилый, – проблеяла воодушевленная Полина и проводила парня взглядом.

– Это очень мило с его стороны, – согласилась Инна и схватила пожелание. – Это те самые печенья с предсказаниями?

Она покрутила шуршащую упаковку в руке. Марта зачем-то тоже взяла пакетик, хотя ненавидела печенье. Каждый раскрыл свое предсказание и прочитал его молча. Женя посмотрела на записку с бесстрастным выражением лица и небрежно кинула ее на стол. Полина мечтательно улыбалась.

Марта аккуратно разорвала упаковку, вынимая записку: «Нет таких трав, чтобы узнать чужой нрав. Кто-то может быть не тем, кем кажется».

Несколько секунд прострации. Пока девушки зачитывали друг другу послания и приправляли цитаты веселыми комментариями, Марта замкнулась в молчании. Она невольно вспомнила Игоря.

Увидев, как Полина тщательно укладывает записку в кошелек, она тоже машинально сунула ее в свой карман. Оглядела коллег: никто этого не заметил. Удивившись собственному порыву, она попыталась как можно скорей отбросить дурные мысли.

Да, Игорь любит шпионить за людьми, он странноват и «тайна его нрава» была пока не раскрыта. Но разве стоит верить этим глупым предсказаниям из кофейни? Как это предсказание может касаться ее саму?

После обеда девушки разошлись по своим делам, кто-то продолжил беседы в курительной комнате. Марта в одиночестве поднялась на этаж.

Лифт поднимался быстро и останавливался на каждом этаже. Кнопки на боковой панели не прекращали мигать синим цветом. Люди спешили к своим рабочим местам, поправляли пиджаки и приглаживали волосы.

Марта открыла дверь офиса ключом. Помещение было пустым и немного холодным. Пройдя к своему столу, она опустилась в кресло. Кресло при раскачивании издало тихий свист.

Она облокотилась на спинку кресла и стала крутиться по сторонам в сопровождении одинокого скрипа, который звучал в пустом помещении, словно рыдающая шарманка. Колесики хаотично следовали ее амплитуде движения.

Окно покрылось водяными бусинами. Небо, лишившись оттенков, прятало птиц в пустой бесконечности.

Закругленная проекция здания позволяла видеть некоторые соседние окна офисов. Их освещение привлекало взгляд.

В окнах четвертого этажа горел

яркий свет. Марта заметила, что люди на самом деле часто мелькают в обозрении. Раньше ей не приходилось их видеть. Неужели она никогда не замечала, как они крутятся на виду?

Слова Игоря о бинокле не выходили из головы.

Как же эти люди сейчас напоминали заведенных кукол в ярких витринах! Каждый занят работой или пустой болтовней.

Марта ухмыльнулась.

Только бы трепались, подумала она.

Наблюдая за движениями фигур в оконном проеме, Марта раскачивалась в кресле, словно маятник. Люди то приближались к окнам, то снова уходили в тень. Кто-то из них бурно жестикулировал. Фигуры в окнах спорили, смеялись или выходили из обозрения надолго.

В окне напротив девушка с длинными рыжими волосами уселась на подоконник и перегородила спиною свет. В руке она держала бумаги и, заглядывая в них, говорила с кем-то. Девушка постоянно поправляла свои огненно-рыжие волосы, закалывала их на макушку или снова распускала. Копна волос развивались от движения, спадая густыми прядками на плечи.

Солнечный свет проникал с улицы и переливал золото ее волос. Движениями рук девушка изображала какие-то фигуры. Она вертела в воздухе руками, ворочала спину и корчилась в припадке смеха.

В ближнем от нее окне горел яркий свет. Людей в нем не было. Мелькали лишь их тени, прыгающие от люстр.

Самое дальнее окно было закрыто жалюзи. Там погас свет, а в коридоре послышались голоса – кажется, все пошли на обеденный перерыв. Раму окутала темнота.

Мужчины из окна неподалеку курили в открытые створки. Пепел со своих сигарет они стряхивали вниз и о чем-то беседовали. Их диалог был недолгим, после чего они скрылись из виду. Створки остались открытыми, раскачиваясь на ветру.

Марта встала с кресла и направилась к подоконнику. Кресло проскрипело, словно испуская последний дух. Выпустив ее из своих объятий, оно облегченно замолчало и слилось со звенящей тишиной помещения.

Она положила локти на подоконник. Снова начался дождь. Капли ускользали вниз по стеклу. Веяло прохладой. В ватной толще тумана было нелегко разобрать фигуры людей, стоящих у входа в здание.

Машины освобождали места для парковки, которые становились вновь занятыми уже очень скоро. Строгие черно-серые оттенки одежды сливались в единое мокрое пятно. Злой ветер рвал шарфы.

Грузчики внизу носили воду по зданию и расходились в разных направлениях, тяжело перетаскивая бутыли по этажам. Девушки болтали у входа. Двигатели автомобилей гудели. Кто-то ругался, а кто-то беседовал – обрывки чужих разговоров долетали на этаж.

Под дождем стоял Человек в черном пальто. Стоял неподвижно, запрокинув голову назад.

Марта опешила: именно его они с Игорем видели накануне в «Мажестике».

Шпион выглядел точно так же, как и в предыдущий раз: растрепанные волосы он приглаживал рукой, краешек пальто загибался от ветра.