Соседи
Шрифт:
Был жаркий летний день. После окончания сессии у четверокурсников начались беззаботные прогулки в местном горсаду.
Савелий с друзьями отдыхали шумной компанией. Молодые парни своими спортивными фигурами, заразительным смехом, озорными улыбками привлекали внимание не только юных девушек, но и дамочек постарше.
Надя пришла в парк с университетскими подружками. Рухнув на скамейке, она чуть приподняла подол сарафана, положила на деревянную спинку руки, откинула голову, подставив под солнечные лучи открывшиеся участки тела и лица, которые
Она, конечно, заметила компанию симпатичных парней и самого симпатичного из них. Он тоже обратил внимание на красавицу-блондинку, которая даже не взглянула в её сторону. Хотя он уже был знаком с подобными женскими фокусами: привлечь к себе внимание своим невниманием.
Блондинка наслаждалась солнцем, её подруги перешептывались и поглядывали на студентов. Двое однокурсников отправились на разведку. Савелий наблюдал, как ожили девчонки, но та блондиночка оставалась равнодушна, продолжая наблюдать за небом через солнцезащитные очки.
Надя приоткрыла глаза и через затемнённые стёкла посмотрела на подошедших. Он оставался на месте, однако наблюдал за ней. Девушка опять закрыла глаза, наслаждаясь солнцем, летом, свободой до последнего студенческого 1 сентября, едва прислушиваясь к попыткам парней завязать знакомство и поддержанием этих попыток подруг.
Расслабившись, она не заметила, как подошел он – самый симпатичный.
– Да вы звезда! – смешливое замечание её застало врасплох, хотя виду она не подала. Потом она сообразила, что ее поза действительно походила на звездную, и смутилась, надеясь, что незнакомец этого не заметил.
– Ну да, по имени «солнце», – с недовольством ответила она и снова откинулась на скамейке, уставившись в небо, тем самым давая понять, что его шуточка не удалась.
– Зря ёрничаете, это имя вам очень идет, – парень добродушно улыбался. – А вообще можно организовать солнышко получше.
Надя приподняла очки и сморщилась, словно услышала непристойное предложение. Подружки с парнями притихли, прислушиваясь к их разговору.
– Мы тоже сессию закрыли, от учебы пока свободны, – пояснил он. – Сегодня отметить собираемся, а завтра поехать на новую турбазу. Слышали, может, на озерах открыли. Вода чистая, песок белый, всё новенькое. Приглашаем составить компанию.
Подружки молчали, ожидая её ответа. Она каждой клеточкой чувствовала их немые мольбы согласиться.
– Интересное предложение, – ехидно ответила она. – Вы уже всем девушкам в горсаде его сделали?
– Нет, – пожал плечами парень. – Только белокурым звездам.
В итоге они провели компанией вечер на дискотеке под открытым небом, а утром действительно отправились на турбазу. Савелий не пытался стянуть с нее купальник, не приставал и не делал двусмысленных намеков. Вообще вёл себя очень по-джентльменски. Хотя в его глазах читалась насмешка: ещё посмотрим, кто на кого первым набросится. И она не устояла.
… Сколько же было тем летом веселья и наслаждения!
Она приложила все силы, чтобы никто не нарушал их парадиз, и Савелию никогда не захотелось его покинуть.
***
Надя очнулась от того, что стало резко темно. Она продолжала стоять, опершись на дверку открытого холодильника. Он какое-то время приветствовал её горящей лампочкой, но, поняв, что хозяйка ничего не собирается брать изнутри, погасил свет.
Ещё раз глянув на аскетичный набор, она взяла упаковку сока, захлопнула дверку и на негнущихся ногах направилась к столу.
Здесь проходили их завтраки, ужины, изредка обеды. Они не утыкались в тарелки и телефоны, а с удовольствием общались обо всём на свете. О планах на день и что из этого получилось, о сокровенных мечтах и интересных затеях, о кино и музыке, о новостях друзей и внешнего мира. Им всегда было о чем поговорить, и никогда не было скучно вдвоем.
Ещё сегодня утром они сидели за этим столом и обсуждали предстоящую неделю. Кажется, с тех пор прошло сто лет.
Надя снова «зависла», уставившись вперед, в чьи-то окна вдалеке. Где-то там близился к концу семейный вечер. Где-то там наступает ночь, чтобы утром уступить место новому дню со всеми своими радостями и неурядицами.
Она попыталась представить себя с Савелием лет через пятнадцать. Разумеется, оба сохранят молодость, дав зрелости придать своего очарования. Они состоятся и как профессионалы, и как родители. У них родятся двое, а лучше – трое детей. Непременно послушные, умные, талантливые, которыми можно только гордиться.
По их плану, дети должны были появиться в первую семейную пятилетку. Перед свадьбой они говорили о том, что каждый год должен быть насыщенным и приносить хорошие события. А после пышного торжества приступили к реализации своего совместного проекта под названием «семейная жизнь».
Первым пунктом стало приобретение квартиры. Вот этой квартиры, где Надя осталась одна со своими воспоминаниями.
Она встала и, тяжело пошаркивая тапками, словно старуха, побрела в коридор к встроенному шкафу, где хранились фото-альбомы. Сдвинув вбок дверь, Надя вгляделась на нужную полку. Перед глазами снова стали проплывать темные круги, из-за которых она не сразу поняла, что именно не так.
Хозяйка включила свет, потерла глаза и вновь уставилась на полку. Нет, не показалось: альбома действительно было всего три. Её детские фотографии за пошарпанной от времени и просмотров обложкой. Её школьные годы в другом альбоме, украшенном постером модной группы, сердечками и комментариями в адрес музыкантов. Третий сборник – студенчество, начало карьеры, начало их необыкновенного романа и семейной жизни.
У Савелия был такой же комплект, плюс их совместный большой белый альбом со свадебными фотографиями. Надя взглянула на другие полки, но недостающих нигде не было.