Сосед
Шрифт:
– Да, бля... иди ты в жопу, Кострик! – спорить с ним желания не было. – Не интересовалась я его кошельком. Это тебя на деньгах вечно клинит. Может, у тебя пунктик такой, как следствие несостоятельности? А мне тупо ёбарь был нужен. Попросила Ленку познакомить, – брякнула Березина, сама поражаясь, с чего потянуло на откровенности. Видимо, присутствие Туманова сорвало сдерживающий тормоз, – Мне без разницы было с кем, подвернулся он... Отвязаться не могу.
За стенкой минуты три молчали – видимо, переваривали услышанное.
– Тёть... – жалобно протянул несостоявшийся малыш – А как же я?
Вот же сука!
– Костриков! – прошипела Маринка, понимая, что над ней опять издеваются, – Можно я тебя убью, и скажу, что так и было?
– Ты сначала с хахалем своим разберись. Пока он дом на уши не поднял.
– Может в полицию позвонить?
– Березина, я с тебя хуею. У тебя сердце есть? Вызови такси, скажи, что любишь... Не знаешь, чем успокоить? Твой любовник, мать его.
– Да не любовник он мне! – провыла Березина, окончательно взрываясь от чужой тупости и непонимания.
– Давно расстались? – поинтересовался Кир.
Березина зарычала:
– Слушай, Кострик, если тебя интересуют подробности личной жизни, мы не встречались.
– Не понял?..
– Чистосердечное признание заставит заткнуться?
– Если только честное...
– Из-за тебя... всё.
Кир поперхнулся дымом и закашлялся, просипев:
– Чё?
– Неожиданно, да? – злобно усмехнулась Маринка. – Я с ним познакомилась из-за тебя.
Березина нервно искала халат, борясь с желанием, что-то сломать. Придётся идти на улицу.
– Бля-я-я-я-я... – простонал упырь – Теперь вообще нихуя не понял.
– Да чего тут непонятного? – взвилась Березина, чьё терпение рвало надрывное: Мари-и-и-ина. Мари-и-и-ина, выходи-и-и!
– Запала я на тебя, Костриков. Влюбилась, как дура последняя. В тебя... пацана, блядь! – Березиной самой было смешно, но она не рассмеялась, ища одежду. – Пыталась бороться с этим... не смогла... я ведь тогда на кухне тебя чуть не изнасиловала... Ну вот и попросила Ленку свести с кем угодно. Секс был по графику: поебались - разошлись. Только нихера мне с тобой не помогло, мы всё равно переспали, и этот теперь привязался. У него семья своя, дети есть... куда лезет? Замучил, блядь, сука... – Березина отрыла одежду из груды вещей на гладильной доске.
– Пиздец...
– Пиздец? Ты не представляешь... – Маринку несло. – Знаешь. Мне ведь в какой-то момент похуй стало, что тебе шестнадцати нет. Плевать. Всё равно скоро съеду. Нахуй всё. Достало! – она, нервно скомкав и выбросив халат, принялась натягивать кофту.
За стенкой грохнуло.
– Что ты сказала? – спросил Кир, с шипением выпустив воздух. Похоже, ударился.
– Что? – не поняла Березина, просовывая голову в вырез.
– Повтори, ЧТО! ТЫ! СЕЙЧАС! СКАЗАЛА!
– Съеду.
– Хуй ты съедешь. До этого...
– Мне стало похуй, что
Кир молчал минуту. Березина даже забеспокоилась.
– Пиздец... – наконец, выдала стенка. Кир тоскливо выругался замысловатым матом, – Я в шоке.
– А мне похуй, – Маринка не слушала - искала джинсы.
– Березина... я настолько хуёво выгляжу?
– Не поняла?
– Кто сказал, что мне пятнадцать? – осторожно спросил Кир.
– Твои родители... они про днюху разговаривали, у тебя днюха в ноябре, а я услышала. – Маринке удалось вбиться в джинсы.
– Зашибись... – тоскливо протянул Кострик, а потом начал ржать, – Бред... Уф-ф-ф. Березина, я догадывался, что ты дура. Масштабов не представлял! Пиздец, маразм!
Подтверждая оду маразму, за окном раздавалось непрерывное:
– Марина, я люблю тебя, Марина... – но смолкло. Через пару минут, сообразив перспективы, Игорь принялся ломиться и названивать в дверь, пытаться выбить.
– Просто ахуенно, ну чё... я люблю тебя, Марина, – передразнил Кострик, поднимаясь с кровати. – Бля, достало. Березина, с тобой как на минном поле. У сапёра нет права на ошибку.
Маринка, зажавшись в комочек, сидела на кровати, думая: вызывать ментовку или не вызывать? Дверь была крепкая, но любовник будил соседей, названивая на телефон... ныл: Марина открой...
Затем раздался мат, звук ударов. Маринка, перепугавшись, подбежала к дверному глазку, встала на цыпочки, но в темноте было практически ничего не видно. Девушка приоткрыла дверь, выглянула на площадку как раз, чтобы застать эпическую картину.
Кир деловито и как-то даже спокойно спускал Игоря с лестницы неторопливыми чёткими ударами. В солнечное сплетение, по почкам, с колена, сам при этом ловко уклонялся от ответных попыток. Бил коротко, без замахов, очень точными экономными движениям и очень больно - в этом Маринка не секунды не сомневалась, не раз насмотревшись на драки. Она всегда презирала глупых баб, которые сначала дверь не открывают, а потом бегут следом...
Она бы не побежала - просто Кострик, выбросив Игоря из подъезда, спокойно поднялся назад и шагнул прямо к охреневшей Маринке:
– Шмот давай.
– К-какой шмот?! – не поняла Маринка.
– Цацки его, звезда! – рыкнул Кир коротко, злясь на её непонятливость. – Или что он там тебе дарил? Собираем и вручаем дяде. У тебя минута.
Минута не понадобилась. Маринка просто кивнула на коробку, которая стояла в коридоре. Цепочки, кулончики, серьги, кольца, айфон... По мнению Маринки, перебор за три месяца. Кир кивнул, молча сгрёб коробку и спустился вниз. Не выдержав, Березина рванула следом, желая предупредить убийство.