Сорванцы
Шрифт:
— Ты уверена? — озадаченно спросила Эмма, разглядывая вычурную пробку.
— Нет, конечно. Знаю точно, что не отравитесь, и никакого ухудшения самочувствия не наступит — проверила на других маглах. А будет ли эффект, как раз и проверите.
— Как долго оно действует?
— Один цикл. Но хранится недолго — две недели, не больше. У вас для принятия решения осталось восемь дней.
— То-то я смотрю, ты всё варишь и варишь.
— Хотела разбогатеть, — улыбнулась Рони. — Но повезло мне всего один раз, а того, чем удаётся приторговывать, хватает на
— Ах ты, волшебница — рыжее солнышко! — рассмеялась Эмма. — Знаешь, эти твои проблемы, они такие детские и милые, что искренне хочется помочь. У нас, медиков, есть кое-какие знакомства в своей среде, так что не всё совсем уж безнадёжно. Но, да, быстро и просто ничего не получится. И было бы замечательно, если бы ты составила список зелий, которые можешь изготавливать, с описанием их действия и противопоказаний.
— Противопоказаний нет — они же волшебные. А тех, которые действуют не только на волшебников, совсем немного, — девочка прошла в комнату, принесла оттуда тетрадку и стала записывать.
— Неужели все помнишь? — удивилась Эмма.
— Помню. Тех, что превосходят обычные медикаменты, всего-то с десяток и наберётся. Имею в виду из школьной программы.
При подходе к пляжу на неширокой пешеходной аллее, девочки увидели справа профессора Дамблдора, одетого в лимонного цвета мантию с мерцающими звёздами. Борода до пояса, очки-половинки, скуфейка на голове — именно в том виде, в каком он бывал в Хогвартсе, директор красовался среди по-летнему одетых нормальных людей. Но никто не обращал на него никакого внимания — маглоотталкивающие чары.
Дэн и Эмма тоже не заметили чудаковато прикинутого старца.
— Пап, мам, вы идите, — прощебетала Гермиона, отдавая отцу сумку с полотенцами. — Нам тут знакомый встретился — переговорим и подтянемся к вам.
Гарри и Рони тоже отдали поклажу, оставив себе лишь скромные сумочки — карманы на девчачьей одежде менее распространены, чем на мальчишеской, а гребешок, зеркальце и помаду…. Словом, стиль «Гаврош» потихоньку начал уходить в прошлое, особенно, когда девочки были одеты в платья.
К профессору приблизились в ногу колонной по одному, слитно повернулись и синхронно исполнили неглубокий реверанс.
— Рады видеть вас, директор, — доложила Рони.
— Здравствуйте, — поддержала беседу Гермиона.
— Как поживаете? — продолжила Гарри.
— Приятно встретиться, — кивнул Дамблдор. — Не откажетесь посидеть рядом со стариком за неспешной беседой? — указал он на лавочки, стоящие полукругом в углублении высокого парапета.
Кивнув, девочки уселись, но не вместе,
— Был вчера у Хагрида, — ласково улыбнулся Дамблдор. — Он угостил меня бесподобными огурчиками и сказал, что их рецепт мисс Грейнджер вычитала в какой-то неанглийской книжке. Вы изучаете какой-то иностранный язык?
— Сейчас — русский, — наклонила голову Миона.
— Почему такой выбор?
— Французским и немецким я владею. Испанский учит Рони. Она как раз освоила Фарси. Гарри окончила курсы арабского и приступила к гобледуку. Всего на свете не выучишь, вот мы и решили скомбинировать, чтобы иметь возможность хотя бы переводить книги и иметь возможность спросить дорогу в незнакомой стране.
— А классическая латынь? — напомнил профессор.
— Её и французский мы учили вместе. А у Гарри в качестве приза, прилагающегося к шраму, парселтанг.
— Приза к шраму? Как это понимать?
— Мне в лоб прилетел кусок души Волдеморта, — ответила Гарри. — И застрял там. Нет, если бы не этот уродский шрам, я бы не возражала, потому, что это ещё и какая-никакая связь с Тёмным Лордом. Заодно и якорь для бесплотного духа, в виде которого этот поганец мотается по лесам Англии. То есть, я думаю, раз он такой гад — пусть мучается, скитаясь неприкаянно, но я бы хотела, когда подрасту, нравиться мальчикам. Этот рубец мне весь внешний вид ужасно портит.
Дамблдор немного посидел в оцепенении, переваривая услышанное и старательно выражая лицом сочувствие и озабоченность.
— А вообще-то, у нас к вам, профессор, имеется вопросик, — вмешалась Гермиона. — Как уничтожить хрокрукс?
— Это очень тёмная магия, думаю, разговор о ней несвоевременен.
— Вам виднее, — согласилась Рони. — Раз не ко времени — пускай полежит, пока не созреет.
— Вы что? Нашли хрокрукс Тома Риддла? Где он?
— Это конфиденциальная информация, — нахмурилась Гарри.
— А вы представляете себе, что произойдёт, если Волдеморт сможет вернуться в своё телесное воплощение?!
Девочки переглянулись и вопросительно уставились на директора.
— Он призовёт своих сторонников, соберёт новую армию и начнёт ужасную войну.
— Я не стала бы так драматизировать, — ухмыльнулась Гарри. — Кто ж ему позволит снова безобразничать? Нет, профессор, вы меня не убедили.
Великий Светлый Маг смотрел на трёх ни капельки не испуганных девочек и думал: — «Какие же они наивные!»
— Он считает нас наивными, — сообщила Рони.
Попытавшись проникнуть в сознание к этой рыжей грубиянке, Дамблдор отчётливо увидел там вскипающий котёл, из которого через края вылезала бурая пена. Секунда — и последовал взрыв, обваривший его с ног до головы. Непроизвольно дёрнувшись назад, директор разорвал визуальный контакт и встретился со взглядом Гермионы, словно приглашающий его заглянуть к ней в сознание.
Заглянул. И оказался среди огромных стеллажей, заполненных тяжеловесными фолиантами.