Сорок истин
Шрифт:
Они быстро вошли в соседнюю дверь от центрального входа. Кирилл сразу свернул налево и провел Исаеву по коридору в женскую комнату. Без церемоний распахнув дверь и взяв пакет у водителя, он завел женщину внутрь. Влад остался за дверью.
Здесь Ульяна уже возмущенно вырвала локоть из крепких пальцев мужчины и потерла ладонью занывшую кожу.
– Вам не кажется, что вы слишком много себе позволяете?– раздраженно упрекнула она.
– У вас пять минут на переодевание. И я жду вас в зале!– непререкаемым тоном выдал Кирилл, всучил ей пакет
– Зачем вам вообще это нужно?– возмутилась Ульяна.
– Мне нужно сопровождение без выноса мозга! Я начал сомневаться, что такая провинциальная особа, как вы, на это способна…
Одна его бровь вопросительно приподнялась. От него исходила такая животная мощь, что Ульяна решила не спорить, прикрыла рот и с недовольством отвела взгляд на стену.
– Так-то лучше!– бросил он и вышел за дверь.
– Раньше сказать нельзя было, тиран?– беззлобно проворчала она и, прижимая пакет с коробками к груди, придирчиво осмотрела туалетную комнату.
Место оказалось довольно чистым и, несмотря на предназначение, приятным: длинная мягкая банкетка, вазы с искусственными цветами в углах, широкое зеркало над блестящими раковинами и запах совсем не характерный.
«Это явно какое-то престижное место»,– смирилась Ульяна с мыслью, что придется переодеться.
Взгляд упал на часы над зеркалом и, чтобы не сердить тирана, она торопливо шагнула к банкетке.
Вынув платье, Ульяна поняла, что из-за его низкого вертикального декольте и голой спины ей придется снять бюстгальтер. А облачившись в нежнейший синий шелк, с досадой заключила, что и трусики оставить нельзя: их кружева слишком выделялись через тонкую ткань. Пришлось снять и колготки, потому как изящные босоножки со стразами на тонких ремешках были открытыми.
«Какое счастье, что я вовремя сделала педикюр!»– любуясь аккуратными ноготками с красным лаком и вспоминая, как спорила с Машей о выборе цвета, подумала Ульяна.
Она быстро сложила свою одежду и обувь в пакет и взглянула в зеркало. Платье смотрелось на ней потрясающе, но даже обнаженной Ульяна никогда не чувствовала себя настолько голой. Удачно, что платье было в пол.
– Ты только не упади с меня,– приглаживая тонкие бретельки на плечах, выдохнула она.
Вспушив волосы у корней и сунув удлиненный клатч подмышку, а в другую руку взяв пакет с вещами, Ульяна вышла из комнаты. У двери ее ждал Влад. Он окинул ее смущенным взглядом и протянул руку.
– Я возьму ваши вещи.
– Спасибо,– нервно улыбнулась Ульяна, чувствуя, как от легкого сквозняка по коже бегут ледяные мурашки.– Куда мне идти?
– Налево, следующий поворот направо,– проинструктировал Влад и предусмотрительно отошел в сторону.
Ульяна благодарно кивнула и, не переставая улыбаться из-за дрожащих губ, аккуратно ступая на высоких шпильках по мягкому напольному покрытию, прошла вперед.
За балдахином арки перед ней сразу открылся большой светлый зал, наполненный гостями. В глазах зарябило от пестроты красок в одежде присутствующих
Звучала стандартная для таких мероприятий мелодия: тихая, ненавязчивая. На стендах повсюду стояли странные зеркальные инсталляции, форму которых и не сразу можно было определить из-за множественных отражений и преломлений света.
– На вас что, нет белья?– услышала Ульяна рядом напряженный полушепот Барховского.
С внутренним возмущением она тут же посмотрела вниз и увидела, как через тонкий шелк четко выделились соски. Напряженно поведя плечами, Ульяна невольно огляделась: не смотрел ли кто еще в ее сторону, а потом закатила глаза, терпеливо вздохнула и перевела на Барховского уничижительный взгляд.
– Коль уж вы задаете такие бестактные вопросы, то отвечу взаимностью: я не собиралась надевать настолько пошлое платье. Вас это смущает?– перешла в наступление она.
Кирилл недовольно задержал взгляд на ее груди и отвернулся.
– Инструкции будут?– как можно непринужденнее перебрасывая пряди волос со спины вперед, чтобы прикрыть неприлично глубокое декольте, спросила Ульяна.
Тот молча сдвинул брови.
– Ну типа того, что мне нужно ходить и улыбаться всем, как идиотка, или молчать в тряпочку,– начала раздражаться она.
– Молчать и улыбаться,– отрезал он.– Особенно когда я на вас смотрю.
– То есть мне не сводить с вас глаз?– поражаясь его самодурству, язвительно усмехнулась Ульяна.– Мне взять вас под руку?
Его взгляд был словно выстрел в лоб. Ульяна даже сглотнула и пошатнулась на тонких шпильках.
Кирилл взял бокал вина у проходящего официанта, протянул Исаевой, будто погремушку ребенку, чтобы было чем рот занять, и пренебрежительно произнес:
– Не напивайтесь, и без того на ногах не держитесь.
– Вы решили, что я пьянчужка?– процедила она.
– Очень вероятно,– хмыкнул Кирилл и отвернулся, так как к нему уже направлялся некто с улыбкой до ушей.
– Если я захочу, чтобы мне нахамили, я прокачусь в маршрутке,– тихо бросила ему в спину Ульяна и пригубила вино.
– О-о, Кирилл, свет моих очей!– промурлыкала неизвестная девушка и легко коснулась накрахмаленной рубашки на груди Барховского тонкими пальчиками с ярким маникюром.
Ульяна чуть не поперхнулась вином от смеха, но вовремя отвернулась и сделала вид, что заинтересовалась необычной фигурой на одном из стендов.
«Свет моих очей? Я вас умоляю…»– фыркало внутри нее.
Она невольно оглянулась, чтобы еще раз взглянуть на девушку, но с удивлением обнаружила, что это была женщина гораздо старше нее, только умело «отшлифованная» технологиями современной косметологии. Однако руки и шея выдавали возраст.
Ульяна порадовалась, что выглядит гораздо моложе, хоть и неумолимо приближается к такой печальной дате. Стало совсем грустно и противно, что вспомнила об этом и испортила себе настроение. Оставалось поправить его вином, которое оказалось довольно неплохим на вкус.