Сорочиный куст
Шрифт:
– А быстрее нельзя?
– Нет! Бошки растрясем!
– Какие бошки? Здесь ночью опасно, будет лучше, если лошадь пустить в галоп!
– Ты не бухти, Вася, нет мазы Сороку мою запылять, не ссы, всё в ажуре!
– Быстрее бы… Светает уж почти…
– Да… А мне еще
– А ты чё такой шухерной? А? Давай лучше споем:
«Гоп-стоп, Зоя,
Кому давала стоя?
Начальнику конвоя,
Не выходя из строя!»
Но Житин, сею развеселую, с позволения сказать, песню не поддержал, петь ему не хотелось совсем, ему хотелось пустить Сороку во всю прыть, и надо сказать, что лошадь желала того же, но упёртый мужик никак не желал хоть чуть ослабить вожжи.
Сейф спросил раздраженно: «Который час?» Урка намека не понял и в ответ произнес: «Ночка хороша, бля, Вальпургиева ночка нынче…» Он явно хотел продолжить фразу, но тут вдруг лошадь фыркнула, раздался грохот, бричка сильно наклонилась на левый бок, все трое ездоков начали громко материться, после чего хозяин лошади пояснил: «Ё! Стопор вылетел, колесо укатилось, бля!»
И добавил, обращаясь к Кульку, который выглядел очень испуганным и клянчил у Житина ружье:
– Слышь, метнись! Притарань… А хотя ты вошкаться до синьки будешь, хиляк! Давай, фраерок, ты.
Под «фраерком», как вы понимаете, незнакомец подразумевал Марата, и тот, спрыгнув с телеги, побежал в ту сторону, куда покатилось колесо, предварительно всучив оружие в перебинтованные руки друга.
Вооруженный Кулек осмелел и, как только сейф скрылся во тьме, приставил двустволку к спине мужика, приказал: «Гони, гони, сука!!!»
Тот повернулся лицом к участковому и услужливо, но насмешливо произнес, снимая кепку: «Как скажешь, мент!»
Участковый выстрелил! Но что толку? Ведь под кепкой у ездового была дырявая голова, ну не в том смысле, что память плохая, а в самом прямом значении этих
Ужас погнал старшего лейтенанта в сторону Житина, наверное, он по привычке, выработавшейся с годами, искал у сейфа защиты.
Но удастся ли Марату защитить друга и самому не сгинуть этой проклятой майской ночью? А быть может, в 11 уже наконец рассветет?
Глава 11 Чёртово колесо!
«Он, убил его!!!! Убил, мужика!!!» Подумал Сейф, услыхав выстрел «Иживки» теперь он оставил намеренье прикатить колЕсо назад к телеге и побежал туда, где, по его мнению, случилась трагедия.
Трагедия действительно имела место быть, о чем и поведал Кулёк, который бежал ему навстречу с криками:
– Чистюля! Чистюля – это был ЧИСТЮЛЯ!!!
– Кто стрелял??? Что случилось???
– Это Чистюля! Бесполезно в него стрелять!!!
– Ты чего наделал??? Ты застрелил его, что ли?
– Его уже убили давно, тут нашли с проломленной башкой!!!
Еще совсем недавно Сейф принял бы Семёна за душевнобольного, но после встречи с ведьмами в кустах, о которых, кстати, Марат так и не поведал другу, хочешь не хочешь, а словам Семена приходилось верить, а говорил он следующее:
– Это Чистюля – рецидивист, муж тёти Юли! Меня тогда только-только участковым назначили 11 лет назад, ему подельники тут башку проломили!!! Ты понимаешь или нет, 11 лет назад!!!
Старший лейтенант схватил Марата за полы куртки и начал трясти в истеричном припадке, Сейф не выдержал и ударил друга с правой руки в скулу своим свинцовым кулачищем, тот рухнул в грязь.
Марат тут же пожалел о том, что натворил, и подал руку сослуживцу с желанием помочь ему подняться, но тот сей жест проигнорировал и сам встал на ноги и вскинул оружие с криком: «Мразь, убью!!!»
На этот раз Кулёк говорил серьезно, но еще куда большая опасность для Сейфа пришла с другой стороны, а именно сзади!
Колесо, которое отвалилось от телеги, вдруг само собой покатилось, набирая бешеные обороты, оно сшибло с ног сначала Марата, а потом, проехав по его телу всей своей тяжестью, подлетело вверх и ударило участкового в лицо.
Конец ознакомительного фрагмента.