Сонька
Шрифт:
– Обожаю запах твоих сигарет, – прошептала она и опомнилась. – Только не говори никому!
– Почему ты здесь? – Этот вопрос застрял у меня в голове, я не мог не спросить.
– Ты мне нравишься, Леш.
– Но я не тот, кто нужен?
– Пойми, я не ищу любовь. Я хочу стать звездой, – проговорила она, серьезно уставившись мне в глаза.
Сонька хотела богатств, денег и славы. Она грезила мечтой встретиться с каким-нибудь знаменитым продюсером, который откроет ей дорогу в шоу-бизнес. В неидеальном случае – она хотела
А что я? Я был всего лишь риелтором. Не самым успешным, но, так сказать, небезнадежным. Жил с родителями, потому что так было удобно и выгодно. Наша квартира находилась за МКАДом, но я не унывал. Потому как знал цены на квартиры в Москве. Старательно показывал их покупателям, иногда продавал. Приносил в родительский дом праздник в виде премий с процентов от продаж. Но не более того. У меня никогда не было много денег. Поэтому моя влюбленность в Соньку изначально была обречена на провал.
Я был примерным мальчиком, бывшим ботаником. А Соня – рыжей бестией. Она призналась, что долгое время работала официанткой в роскошном ресторане в Москве. Иногда встречала достаточно богатых людей. Заводила с ними отношения, выманивала из них дорогущие подарки, но на большее они не были готовы. Пока не были готовы. Полусонная Сонька грозилась вернуться и влюбить их в себя по полной. Избавить от брака некоторых непокорных мужчин.
Я сидел в ужасе, думая, кого я нашел? Кого гладил по рыжим волосам, спускаясь пальцами на шелковые плечи? Соньку. Дремлющую на моей груди Соньку, переспавшую со мной за буек. Достигнутый мною буек. Я стал исключением, покорил ее своим поступком. Рисковал жизнью ради нее. А еще я ей нравился. Но был без денег.
– Расскажи мне что-нибудь, Леш, – сквозь сон попросила Сонька.
Я помолчал, уставился на секунду в потолок, затем повернулся к ней и сказал:
– А ты знаешь, что в среднем человек с 20 до 70 лет тратит около 600 часов или 25 дней, занимаясь сексом?
***
Как я и предполагал, наша ночь не сделала Соньку моей. Я видел ее с другими. Ее белый купальник мелькал далеко в море на яхте незнакомца. Потом рыжая копна волос и острые клыки вертелись у мускулистого красавца на пляже. Сонька страстно намазывала его спину противозагарным кремом.
Она была всюду. В каждом ночном клубе, в каждом ресторане, в каждом магазинчике. И всегда с разными мужчинами. Одни ей щедро дарили цветы; другие составляли компанию во время ночных прогулок – от пляжа до номера; были те, кто носил ее на руках, заодно осыпая украшениями и нарядами. Сонька работала на износ. Спала только утром, иногда уткнувшись носом в мою шею. Потому что я ей нравился и от меня разило дешевыми сигаретами. Это был ее секрет. На завтрак она любила есть огромные бутерброды с колбасой и сыром. Сонька смешно забивала их в рот и медленно жевала. Я смеялся над ее оттопыренной щекой, а она весело
Сонька была в прошлом маленькой девочкой. Росла в обычной, небогатой семье среди младших и старших сестер. Я мечтал влюбиться в другую рыжую Лисицыну, которая не причиняла бы мне такую боль. Повезло влюбиться именно в эту. В эту, которая хохотала, когда я стягивал футболку и демонстрировал свой худой торс. В эту, которая серьезно слушала меня, устроившись рядом, когда я читал ей записи с курсов «блокнотописания». И в эту, которая примеряла мои очки у зеркала и хмурила брови, воображая себя грозной училкой.
– Найди мне съемную квартиру в Москве. Ты же можешь? – однажды спросила она.
– Могу, – пожал плечами я, копаясь вилкой в своем завтраке.
В Москве она жила вместе с подругами. Ей часто приходилось делиться. У каждой была своя доля и свои условия, чтобы Сонька продолжала жить в гостях. Подруги умело выпрашивали самое дорогое: в виде богатых мужчин или их подарков, брендовых шмоток и телефонов. А Сонька, скрипя зубами, нехотя делилась. Уж не для этого ли я попался в ее сети? Чтобы найти подходящую квартиру и платить за нее из своего кармана. Но я был готов и на это. Особенно когда она обнимала мои губы своими губами.
В некоторые дни Сонька оставалась без добычи, и тогда я прогуливался с ней по ночному пляжу. Укладывал ее на шезлонг и откровенно целовал в шею. Прятал свои руки под ее платье, исследуя изгибы ее тела. Ждал, когда же лисичка влюбится в меня и поймет, что деньги – это не так уж и важно. Терзался вопросами, от которых становилось только больнее. Задавал их, заранее зная ответ:
– Почему ты не можешь остаться только со мной?
– Леш, тебе не нужно думать об этом. Мы не сможем быть вместе, – отвечала она.
– А если я… заработаю много денег?
Сонька рассмеялась. Наверное, у меня на лице было написано «неудачник». Все мои привычки и мой внешний вид говорили о том, что я привык жить скромно. Я не тратился лишний раз на одежду, не обедал в ресторанах, экономил на развлечениях и не мог позволить себе дорогие сигареты. Выглядел недостойным, идя рядом с Сонькой.
Рыжая девушка меняла платья каждый день, от нее пахло духами с ароматом роз, а вечером ее спину разминали массажистки. Сонька знала про развлечения. Рассказывала про джакузи и про «голубого тунца» – одно из самых дорогих блюд, что подают в элитных ресторанах. Говорила про бизнес и хорошую жизнь, которая ей обязательно светит в будущем.
Я ничего не знал про «тунца». Продолжал закидывать Соньку дешевыми фактами, которые так прочно держались в моей голове. Что-то вроде: морской конек – самая медленная рыба; пчелы могут распознавать бомбы; или однажды сенатором Рима стал конь. Сонька смеялась, удивляясь, зачем я храню такую бесполезную информацию в своей голове.
Конец ознакомительного фрагмента.