Соната для Хелен
Шрифт:
Хелен была озадачена, ведь о концертной деятельности она и помышлять не смела. Она бросила взгляд в сторону столика Келли и Майкла; Келли одобрительно подмигнула ей, и Хелен приняла приглашение Скотта.
Молодой мужчина был крайне общителен. Из-за ярко выраженного шотландского акцента Хелен часто переспрашивала его о том, что он имел в виду во время разговора. Двое много
– Ты знаешь, Келли и Майкл мне как семья! Мне очень повезло, что я встретилась с ними в Лондоне. Даже не знаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы…
На этом моменте Хелен опешила. Она почувствовала, что выпила слишком много шампанского и теперь ей нужно контролировать свои слова, чтобы не наговорить лишнего.
– А не хочешь ли ты подняться ко мне в номер, тут шикарные комнаты. Ты сможешь освежиться, принять ванну и немного отдохнуть. Я не буду к тебе приставать, обещаю…
Неожиданно для себя самой Хелен согласилась. В обычной ситуации она никогда бы не согласилась подняться в номер отеля к первому встречному мужчине. Но Скотт по необъяснимым причинам не казался ей незнакомцем. Кровь хлынула к вискам Хелен, когда он нежно погладил её, убирая волосы со лба в лифте гостиницы. Выйдя из лифта на нужном этаже, не доходя до двери комнаты, Скотт и Хелен слились в страстном поцелуе.
Утром Скотт заказал завтрак в номер. Они провели шикарную ночь. Скотт оказался умелым любовником и смог доставить Хелен такие переживания, о которых она только читала в женских журналах. Хелен не переставало удивлять то, с какой неимоверной лёгкостью она влилась в эту новую жизнь, лишь на короткие мгновения голоса её детей пробивались из подсознания, непременно вызывая учащённое сердцебиение. В такие моменты она старалась делать глубокий вдох и полный выдох. Дыхательные практики йоги, которыми Хелен овладела на курсах перед побегом, оказались незаменимыми в тяжёлые минуты горечи. Скотт заметил смятение Хелен и крепко обнял её.
– Мне было очень хорошо с тобой, я хочу снова встретиться!
Глава 5.
Наступил июнь, и это означало, что пришло время готовить шляпки для светских выходов во время традиционных лошадиных забегов в Аскоте1. Келли не пропускала знаковых мероприятий, она относилось к подготовке нарядов крайне тщательно. В этом году Келли получила особое приглашение принять участие в модном показе именитого британского дизайнера во время церемонии открытия королевских скачек, и она позвала с собой Хелен.
– Я знаю, что мне лучше взять тебя с собой, так как во время такого мероприятия я всегда устаю и не смогу всё контролировать, а мой внешний вид не должен меня подвести. Во время показа у меня один выход: я должна станцевать лишь две минуты как некогда танцевала трёхчасовые спектакли на большой сцене! Теперь это узкий подиум…
Впервые Хелен заметила, что Келли взгрустнула. Танцовщица никогда не показывала свои эмоции; от этого Хелен прониклась к ней ещё больше.
– Ты будешь, как всегда, прекрасна, дорогая Келли, я обожаю тебя!
Келли была явно растрогана откровенным признанием и широко улыбнулась.
– Пойдём, я хочу тебе кое-что показать…
В своей спальне Келли достала из комода большой кожаный альбом с фотографиями и стала показывать его Хелен. Там было множество фотоснимков со спектаклей, где Келли блистала как прима-балерина. Её глаза увлажнились слезой, когда она переворачивала последнюю страницу альбома.
– Я поставила всё на карту ради балета и поэтому отказалась иметь детей. Муж никогда не настаивал, он просто хотел, чтобы я была счастлива. Но как бы хорошо ни складывалась моя карьера, она, увы, очень быстро закончилась. Преподавателем танца я не стала; слишком сложные отношения в коллективе и зависть, от которой я очень устала, довели меня до эмоционального истощения и болезни сердца. Врачи наказали мне бросить профессиональную деятельность, а детей после иметь я уже не могла. Ты прекрасная женщина, Хелен, не упусти свой шанс!
Конец ознакомительного фрагмента.