Сон
Шрифт:
Он открыл дверь и шагнул в комнату. В следующий миг рукоятка меча врезалась ему под дых, отбрасывая обратно в коридор, перед самым лицом что-то мелькнуло, а затем Лерка с мечом разобрались, что к чему, и нанесли удар.
Это и вправду была роза – точнее, вьющийся шиповник. Отрубленная клинком ветка корчилась на полу, как корчилась бы половинка червяка. Лерка подумал и сказал заклинанье огня. Получилось – побег вспыхнул и опал невесомым пеплом.
– Можно, –
В кресле у окна, спиной к Лерке, сидел человек, из которого росла роза. Росла, шевелилась, тянулась к мальчишке, словом, это было растение-хищник, никаких сомнений. Человек умирал. Затем он вдруг заговорил, и Лерка вздрогнул. Это был стопроцентный, чистейший английский.
– Не подходи, Рыцарь, – сказал человек в кресле. – Сделать уже ничего нельзя. Ты опоздал со своей местью.
– Я…
– Я хотел извиниться перед тобой, рыцарь, – сказал человек.
– Вы – Зирт?
– Да… Был. Теперь, видишь ли, я – розовый куст… Тебе следовало убить меня тогда, тысячу лет назад…
– Расскажите по порядку, – Лерка решил не тратить времени на объяснения. – С самого начала.
– С начала… Сначала было пророчество о моей смерти, рыцарь. Самое смешное пророчество на свете…
– Смешное? – удивился Лерка.
– Смешно, когда ты создаешь оракула, а он предсказывает тебе смерть, разве не так?
– Тысячу лет назад?
– Да. Кристалл тогда еще был игрушкой в ваших руках, о демон… Но смешнее стало потом – когда оно не сбылось, это пророчество…
– То есть?
– То есть ты меня не убил. Рассмеялся в ответ на мое проклятие и ушел, хлопнув дверью. Оскорбил оракула, – человек в кресле усмехнулся, затем застонал. – Избил моего священного тигра, как будто это был слепой котенок, и ушел…
– Дальше, – Лерка уже понял, что его принимают за другого, по крайней мере, он точно знал, что не бил никаких тигров тысячу лет назад. – Что случилось потом? Я думал – оракулы не ошибаются.
– Ты думал правильно, – человеку в кресле, судя по всему, было очень больно, но воля, звеневшая в его голосе, была гораздо сильнее этой боли. – Оракул не ошибся. Он солгал.
– Солгал? Зачем?
– Чтобы в нужное время и в нужном месте прозвучало проклятие, которое сделало Кристалл настоящим миром, Рыцарь. Прости – я был лишь игрушкой в руках судьбы.
– Как сделало? – Лерка подался назад, когда очередной побег выстрелил в его сторону, махнул мечом. За его спиной Ика пробормотала заклинание огня. – Что случилось с Кристаллом?
– Не спрашивай, Рыцарь. – Зирт вздохнул. – Я потратил тысячу лет, пытаясь это понять, но сейчас знаю не больше, чем тогда. Просто – родился новый мир, взяв за основу вашу дурацкую игру.
– Вы знаете…
– Да. Мне рассказал смотритель маяка перед смертью. От старости, не подумай… Но теперь это настоящий…
– Что произошло со временем? – опять перебил его Лерка. Он торопился. Меч говорил, что к маяку приближается новый враг.
– Он ушел в прошлое, на тысячу лет, – отозвался маг. – Ты не знал об этом, когда его покинул, а возвращаясь назад…
– Я смог вернуться…
– Это все из-за моего проклятия, – усмехнулся Зирт. – Ты можешь возвращаться, путешествуя между мирами, но только ты. Более – никто.
– Ясно, – сказал Лерка. – И теперь время Кристалла сдвинуто назад.
– Да… Прости…
– Не могу, – сказал Лерка. – Понимаете, Зирт… Я не рыцарь Света.
– Что?! – фигура в кресле попыталась повернуться к Лерке, но с громким стоном упала назад. – Как так? Но ты говоришь на Древнем…
– Кристалл будет создан в моем мире только через пятьдесят восемь лет, сказал Лерка. – Я и еще около двухсот человек оказываемся здесь каждую ночь, мы… Мы просто видим сны…
– Через полвека… – прошептал Зирт. – Как… как вы научились этому искусству – видеть сны?
– Что-то, связанное с вашей магией. В нашем мире был убит маг отсюда. Он еще носил на шее изумруд…
– Изумруды… – Зирт осторожно рассмеялся. – Не зря Гевол боялся магов Зеленого Сна. Скажи, Рыцарь… кем бы ты ни был… Есть ли у вас…
– На шее. – Подтвердил Лерка. – Изумруды. Что с ними делать?
– Ничего. Они свою роль уже сыграли. Ах, как же ты ошибся Гевол…
– Мы теперь всю жизнь будем видеть эти сны?
– Нет, – с некоторой жалостью ответил умирающий. – Заклинанье продержится еще месяц-два и развеется.
– Всего два месяца… Почему? Так мало!
– Заклинанья сна всегда непрочные, – объяснил Зирт. – Это оказалось долговечнее других просто потому, что на него наложилась смерть мага.
– Я… – Лерка подумал, что он и сам мог бы повторить заклинанье, если знать как. – Почему у меня получаются только заклинания «зажечь» и «потушить»? – спросил он.