Сон
Шрифт:
— Разойтись! — громко прокричал Аид, и толпа как по команде начала дико орать, в предвкушение крови. Толпа за секунду разошлась в стороны, встав по краям дороги и оставив двух стрелков одних на изъеденной кислотными дождями дороге.
Стрелки в последний раз посмотрели друг на друга. Гадюка широко растянул свою улыбку, показав не только свою самоуверенность, но и отсутствие передних зубов.
Катя ни как, не отреагировав на самодовольный вид Гадюки, развернулась к нему спиной и спокойным уверенным шагом, словно была на прогулке, стала отсчитывать десять шагов. Гадюки это не сильно
— Готовься сдохнуть, сосунок! — ломающимся голосом подростка крикнул, Гадюка вслед Малыша и, подняв руки, стал жестикулировать толпе, чтобы та его еще громче стала поддерживать. Толпа в мгновение отреагировала на жестикуляцию гадюки и радостно взревела, в один голос скандируя: — Кровь! Кровь! Кровь!
Стрелки отошли на положенное расстояние и встали. Гадюка, словно депутат перед своими избирателями, широко улыбался своей беззубой улыбкой и сильно размахивал руками.
Малыш же наоборот, словно одинокий монах, закутанный в длинные полы плаща, спокойно стоял, опустив голову вниз, и ждал. Только по медленному движению большого пальца, поглаживающего холодную сталь оружия, можно было догадаться о том волнение, что он испытывал.
— Готовься! — заорал Аид и поднял правую руку. Толпа разом прекратила орать и над улицами Южного квартала воцарилась тишина.
Что означают эти несколько секунд тишины, томительного ожидания. Старшан как воин, побывавший во многих переделках, знал, что именно в этих нескольких секундах перед началом битвы решается все: будет человеком победителем или нет, будет он жив или в следующую секунду, закатив остекленевшие глаза, упадет мертвым грузом на холодный асфальт. Все решалось в эти несколько предбоевых секунд. Поединок уже начался. Начался с битвой с самим собой. Кто сейчас лучше справиться со своим волнением, со своими внутренними страхами, тот уже победит, не сделав даже еще ни одного выстрела. Психология победителя решала сейчас все.
Андрей крепко стиснув зубы с напряженным от волнения лицом наблюдал за поединком. Он очень сильно переживал за этого маленького светловолосого бойца. И не только из-за того, что боец был очень симпатичной девушкой, с редким для их времен цветом волос, но и потому что Катя понравилась ему своей человечностью и заботой, она старалась прежде рассуждать, а уж потом действовать. Потому Андрей был готов броситься Кате на помощь.
Аид, выждав томительную паузу, опустил поднятую руку, закричав:
— Пли!
Стрелки, одновременно развернулись друг к другу лицом и, вскинув револьверы, нажали на курки. Грянуло два выстрела. Выстрелы были сделаны почти одновременно, но один выстрел был сделан раньше. Это был выстрел Гадюки.
Толпа замерла, ожидая, кто упадет первым. Сердце Андрея сжалось от страха за жизнь Кати.
Издав слабый стон, первым упал Гадюка. Упав на асфальт, он схватился двумя руками за простреленной левое бедро и, с искаженным от боли лицом, стал громко стонать.
Аид, как и многие другие, не веря своим глазам, посмотрел на своего подстреленного стрелка, а затем перевел свои змеиные глаза на Малыша.
Малыш был невредим.
Гадюка, перенервничал, и потому поспешил с выстрелом.
Катя выстрелила, так как ее просил Старшан: «Не убивай его» — так попросил Старшан Катю, и она это сделала. Катя метила в бедро, но не в кость и ей это удалось. Гадюка был повержен, но жив. И плюс еще не мог больше продолжать дуэль, так как Аид сам сказал, дуэль продолжается до того момента, пока оба стрелка стоят на ногах.
Осознав, что они победили оба безымянных и Степан бросились радостно обнимать Малыша. Андрей был под присмотром Степана и решил, что не стоит тому, забывать о его присмотре и также радостно поспешил за Степаном обнимать Катю.
Старшан позволил себе на секунду расслабиться и облегченно улыбнуться, но затем он мигом собрался, прогнав, прочь любую радость с лица и с угрюмым сосредоточенным видом направился к обескураженному Аиду.
— Ты победил солдат, — обратился Аид к подошедшему к нему Старшану — Твой стрелок оказался удачливее моего, с чем тебя и поздравляю.
Аид направился к Малышу, принимающему сейчас поздравления от своих друзей. Старшан последовал за ним следом, с тревогой размышляя, что задумал Аид еще.
Аид подскочил к Малышу и схватил его за руку. Катя не успела и глазом моргнуть, как ее рука оказалась в скользких ладонях Аида. Аид стал ее судорожно трясти, выкрикивая поздравления.
— Поздравляю тебя Малыш! Ты выиграл у одного из самых метких стрелков Внешнего города. Подстрелить Гадюку и при этом остаться невредимым — это много стоит! Сними свой капюшон и покажи нам свое лицо, чтобы мы все могли видеть лицо чемпиона! Покажи нам лицо!
— Да, покажи нам лицо чемпион! Покажи лицо! — в миг поддержала толпа клич своего вождя. Раненого Гадюку куда-то унесли, и толпа вновь обступила Старшана и его спутников, криками требуя показать им лицо чемпиона.
Старшан со злостью посмотрел на хитрого Аида, который видимо, почувствовал, что Малыш не просто так скрывает свое лицо под капюшоном. Его взгляд встретился с растерянным взглядом Кати, которая не знала, что ей делать. Вид живой светловолосой девушки приведет эту толпу к эмоциональному взрыву и погубит команду Старшана. Что делать? Старшан не знал, и потому его рука медленно стала расстегивать замок на плаще, чтобы суметь быстро достать из-под плаща автомат. Дело принимало не шуточный оборот.
— Уважаемый Аид, позвольте мне с вами переговорить, — неожиданно для всех и для Кати в первую очередь, из-за спин двух безымянных возник Андрей и встал между Аидом и Катей, загородив ее от взгляда Аида. Катя, воспользовавшись растерянностью Аида, выдернула свою руку из его липких ладоней и убрала ее в карман своего плаща.
— А ты кто такой? — недоуменно спросил Андрея Аид и злобно сощурил свой здоровый единственный глаз.
— Я? — словно не понимая, зачем его об этом спрашивать, когда и так все ясно, всплеснул руками Андрей. — Я старший брат Малыша. Сколько раз я ему говорил, не лезь поперек батьки в пекло. Подстрелят, кто потом будет виноват? А? — Андрей, словно умелый актер, вопрошающе посмотрел на собравшихся вокруг толпу зрителей.