Сон-жизнь
Шрифт:
Мирза
Ах, отец, всему виною
Не Рустан, а раб Занга.
Как пришел он в этот дом,
Нет с тех пор покоя в нем.
Хитрой лестью непрестанно
Он смущает дух Рустана.
Правда, и Рустан ребенком
О боях любил послушать,
Сердцем к подвигам стремился,
Испытать себя хотел.
Плохо ль это? Он мужчина.
Но умел он в миг единый
Положить страстям предел.
Но потом Занга явился,
Льстил
Сдул он с угольев золу,
Жаркий пламень обнажился.
Я подслушивала их!
Если мне пообещает
В горы не идти Рустан,
У окна тихонько сядет,
То Занга уж тут как тут.
Разговор он начинает
О победах, о боях…
И тотчас Рустана щеки
Зажигаются румянцем,
Жилка каждая дрожит,
Руки сжаты в кулаки,
Брови сдвинуты угрюмо,
Молнией сверкает взгляд.
Миг еще - конец терпенью,
Со стены он лук хватает,
И, колчан привесив сбоку,
Мчится в горы и леса!
Масуд
Ах, бедняжка! Иль не видит
Этот шалый человек
Всю печаль твою, весь страх?
Мирза
Страх, отец? Какой же страх?
Ведь Рустан силен и ловок,
Он не ведает боязни,
Да к тому же с ним Занга.
Масуд
Их лишь двое.
Мирза
Он отважен.
Масуд
Ночью….
Мирза
Тропы знает он!
Масуд
Может хищный зверь внезапно…
Мирза
Зверь охотника боится.
Масуд
Или…
Мирза
Или… Говорите!
Сразу я удар приму.
Масуд
Вот он, твой печальный жребий!
Если вас святые узы
Свяжут, то терзаться вечно
Будешь ты.
Мирза
Прохладна ночь.
В хижину, отец, пойдем.
Наш Рустан вернется скоро.
Пусть все будет так, как было!
Боги нам укажут путь.
Почему он нынче медлит,
Я, пожалуй, знаю…
Мирза
Вы?!
Говорите же!
Масуд
Твой дервиш,
Скромный, тихий человек,
Что живет близ нас в лесу,
Мне сказать велел с посланцем:
По округе ходят слухи,
Что с охотником в горах
Наш Рустан затеял ссору.
Мирза
Он повздорил? С кем?
Масуд
С Осмином,
Сыном нашего эмира.
В Самарканде тот живет
И приписан к царской свите.
С разрешенья государя
Он к отцу приехал в гости.
С юношей Рустан повздорил
И…
Мирза
И что ж?
Масуд
Они
За оружье.
Мирза
За оружье?
Масуд
Но их быстро развели.
Прекратилась ссора.
Мирза
Может…
Масуд
Нет, Осмин домой вернулся,
Нет причин для опасенья.
Но предчувствует Рустан,
Что про ссору дядя знает,
И со мной боится встречи.
Лишь сгустится мрак - он тайно,
Взгляда моего страшась,
Проскользнет к себе на ложе.
Потому, Мирза, уйдем.
Может быть, Рустан не хочет
В дом войти, пока мы здесь.
Мирза
Вы расстроены?
Масуд
Конечно.
Ты уже глядишь с мольбой?
Знаю, каждый мой упрек,
От груди его могучей
Отразившись, точно дротик,
Пущенный рукою слабой,
В грудь вонзается твою.
Ну, пойдем! Бранить не стану.
Оба уходят в хижину.
Пауза. Крадучись входит Занга, глядит по сторонам.
Занга
Господин! Они ушли.
Входит Рустан с луком и колчаном.
Занга
Господин, бодрее будьте,
Отчего так хмуры вы?
Неужели оттого,
Что мальчишке-хвастуну,
Встретившему вас издевкой,
Вы отпор достойный дали?
Только-то. А что еще?
Дядя ваш браниться станет?
Пусть его! Вам что за дело?
Рустан
Думаешь, меня страшат
Укоризны и упреки?
Ни пред кем не покраснею -
За свершенное отвечу,
А не то б я не был здесь.
Мне не страшен гнев его.
Я таюсь лишь оттого,
Что, гневясь, он сам страдает.
Если б мог он все заботы,
Страх свой вечный за меня
Мне излить мгновенно в сердце,
Точно пламенный ручей,
И не ведать гнева боле,
У меня в груди все боли
Остудив на склоне дней.
Но, увы, стремленья наши,
Точно диких два коня,
Из одной упряжки рвутся
Оба в разные концы
И семейное единство
В клочья разорвать грозят.
Вижу я, как мы с Масудом,
Точно двое чужеземцев,
Друг на друга все косимся,
Злобствуем и негодуем,
Хоть любовь у нас в сердцах,
Не понять нам с ним друг друга:
На одном наречье «хлеб»
Значит на другом - «отрава».
«Милый мой», - сказали губы,
Слышит ухо: «Проклят будь!»
– Вот что больно ранит грудь.
Занга
Вы его язык учите:
Ваш язык он не постигнет!
И, быть может, старичок