Сон в тысячу лет
Шрифт:
Гладкая зеркальная поверхность помутнела, скрыв отражение. Мико затаила дыхание. А потом чуть не выронила зеркало из рук.
В глубине зеркала появилась Хотару! И она смеялась! Ещё более красивая и ослепительная, чем прежде. В потрясающем красном кимоно, она прикрывала губы золотым веером и шла под руку с мужчиной. Это?.. Это тот самый её возлюбленный? Мико не могла разглядеть его лица – всё, что она видела ясно и чётко – счастливая Хотару.
– Так, значит, у неё всё хорошо, – пробормотала Мико, и тут же её обжёг стыд от прозвучавшей в голосе печали. Она мысленно одёрнула себя: «А чего ты хотела? Чтобы у неё всё было плохо? Вот так ты заботишься о своей сестре?»
Мужчина в зеркале
– Насмотрелась? – хихикнула Бунко и выхватила зеркало. Хлопнула крышка сундучка, повернулся ключ и щёлкнул замок. – А теперь уходи, у меня ещё куча дел. И возвращайся тем же путём, что пришла, двери моего дома, знаешь ли, могут вести в неожиданные места.
Но Мико её едва слышала. Она повернулась и, даже не попрощавшись, побрела к выходу.
Вот, значит, как. Она так самоотверженно бросилась спасать сестру, а Хотару, похоже, даже не нужна была помощь. И сама Мико не нужна. Никто её не похищал, никто не желал ей зла, она просто ушла за своим счастьем и не собиралась возвращаться. И можно ли было её судить? Что её ждало дома? Нищая жизнь с Мико, рис на завтрак, обед и ужин да тяжёлый ручной труд. Женихи, обивавшие порог дома, испарились вскоре после смерти родителей, когда приданое быстро растаяло, пущенное на возмещение долгов и поддержание хоть какого-то подобия нормальной жизни. Хотару никогда не скрывала своего отвращения к той бедной, лишённой радостей судьбе, которая выпала на их долю. Дорогое кимоно, золотой веер, блестящие заколки в волосах, счастливая улыбка на лице – похоже, теперь Хотару ни в чём не нуждалась.
– Вот дура, – поморщилась Мико, петляя по коридорам, почти не разбирая дороги. – Какая же я дура.
Мико не заметила, как добрела до выхода, сунула ноги в дзори [27] и вывалилась на улицу.
Она не сразу поняла, что Акира у выхода её не ждёт, да и вообще это вовсе не та улица, с которой Мико попала в дом Бунко. Это всё ещё был рынок, но не было ни лавки с масками, у которой остался Райдэн, ни прилавка с тканями, что предварял вход в дом. Торговый ряд пестрел яркими сладостями, тонул в запахах жареной рыбы и осьминогов, булькал разливающимся по блюдцам саке и тонул в гомоне ёкаев, которые вовсю ужинали.
27
Дзори – плоские сандалии без каблука, с утолщением к пятке.
Мико ойкнула, развернулась, собираясь снова забежать в дом, но двери за спиной не оказалось – вместо неё нашлись прилавок с лапшой и удивлённого вида ёкай – похожий на кальмара мужик в красном платке.
– Надо же, девчонка из воздуха появилась, – хохотнул он и поскрёб мелкие белые щупальца, что закрывали его рот на манер усов. – Ты к чьему столу пожаловала?
У Мико волосы на затылке встали дыбом, она вжала голову в плечи и попятилась, тут же налетев на чей-то мягкий живот.
– С каких пор сюда пускают людей? – зашипел голос над головой, заставляя Мико молниеносно обернуться. Над ней высилась тучная черноволосая дама с маленькими острыми рожками на лбу. – Мерзость какая!
– Наверное, чей-то ужин сбежал, – осклабился её спутник – невысокий, похожий на крысу мужчина, вокруг левой ноги которого обвивался длинный лысый хвост. – Или питомец.
– Она ещё и уродливая, – рогатая дама наклонилась и вытаращила и без того выпученные глаза на Мико. – Такую только в котёл.
Мико стиснула рукоять меча и гневно вскинула взгляд на двух ёкаев. Когда речь заходила о её внешности, страх куда-то улетучивался, уступая место горячей колкой злости. И если мгновение
Изо всех сил сохраняя остатки самообладания, Мико отвела взгляд и довольно грубо протиснулась между двумя ёкаями. Дама недовольно взвизгнула, а чья-то огромная рука сгребла Мико за шиворот и подняла над землёй.
– Ты как себя ведёшь, блоха! – рявкнул огромный рогатый ёкай с такими же выпученными, как у рогатой дамы, глазами с жёлтыми белками. Изо рта, над жёсткой щетинистой бородой, торчали два кабаньих клыка. – На сковородку захотела?
Мико вскрикнула, забрыкалась, попыталась пнуть ёкая в живот, но не достала. Выхватила меч и полоснула им воздух, срезав клок чёрной бороды. С испугу ёкай выпустил Мико, она плюхнулась на землю, больно ушибив колени, но тут же вскочила и рванула в толпу. Ёкаи кричали и шарахались в стороны от блестящего лезвия.
– Держи её! – громыхал голос за спиной, но Мико не оглядывалась, только прибавляла скорости.
Кто-то пытался хватать её за одежду, но Мико удавалось уворачиваться. Несколько раз она падала, спотыкаясь или цепляясь за прилавки на резких поворотах, сбила с ног двух неспешно гуляющих капп и нырнула в узкий проулок, а оттуда ещё в один и ещё. Сердце бешено колотилось в горле, мешая дышать. Лёгкие жгло жаром, но Мико продолжала бежать до тех пор, пока в очередной раз не упала, поскользнувшись на гнилом кочане капусты, который каким-то, одним богам известным чудом оказался в грязном переулке.
Несколько мгновений Мико лежала на земле, тяжело дыша и не находя в себе сил подняться. Позади размеренно гудела улица, никто уже за ней не гнался.
– Надо же, свинка, каждый раз нахожу тебя валяющейся в грязи, – насмешливый голос Райдэна было ни с чем не спутать.
Сильные руки подхватили Мико и поставили на ноги. Она взмахнула мечом, и Райдэн отпрянул, демонстрируя пустые ладони.
– Не так усердно, свинка, я тебе вообще-то помочь пытаюсь.
– Сам ты свинья, – оскалилась Мико и не очень ловко убрала меч. Попасть остриём в ножны у неё получилось лишь с третьей попытки – руки были ледяными и дрожали после бега.
– Что ж, в таком случае из нас вышла бы неплохая пара, – отшутился Райдэн. Кажется, оскорбление Мико его ничуть не задело. – Многих ёкаев успела изрубить?
– Будешь первым, – огрызнулась Мико. Усталость и потрясение мешали бояться Райдэна, хотелось хорошенько ему врезать, и будь что будет.
– Ну и как с тобой разговаривать? – притворно вздохнул он. – Ладно, пойдём, Акира тебя обыскался.
– Где он? – Мико попыталась заглянуть Райдэну через плечо. Переулок был пуст.
– Мы разделились. Бунко сказала, что ты, должно быть, вышла не в ту дверь.
– Но я же… – Мико опустила глаза и заметила, что на ногах у нее чужие дзори, на размер больше нужного. Вот же… – А ты меня как нашёл?
– По запаху, конечно. Такую свинку я учуял бы и за целый ри [28] .
– Прекрати меня так называть!
Райдэн ничего не ответил, только усмехнулся и достал из-за пояса красную маску тэнгу в виде вороньей головы: массивный клюв с золотой каймой и грива из белой шерсти. Быстрым небрежным движением он нахлобучил маску на голову Мико. На изнанке маски она успела разглядеть незнакомые кандзи.
28
Ри – мера длины, равняется примерно четырём километрам.