Сон в руку

Дельвиг Полина Александровна

Евгений Иванович медленно покачал головой:

– Напротив, я пытаюсь выступить на Его защиту.

– Он не нуждается ни в чьей защите. И уж тем более в вашей! запальчиво воскликнула миссис Харрис.

– Почему же именно в моей?

– Потому что... потому что вы неверующий человек!
– Элиза с трудом находила подходящие слова.

Евгений Иванович рассмеялся:

– Да будет вам известно, что я один из немногих на земле, кто верует в Него до конца! Идите сюда.
– Кержич схватил растерянную хозяйку за руку и почти силком подтащил к окну.
– Посмотрите, посмотрите вокруг! Сколько, выйдя

сегодня на улицу, вы встретите людей, которые верят, что Агасфер до сих пор жив? Что он находится среди нас? А? Я отвечу: ни одного, включая вас.

Миссис Харрис выдернула руку и устремилась к выходу. У самой двери ее настиг Кержич:

– Подождите. Прежде чем вы отдадите прислуге приказ никогда меня больше сюда не впускать, выслушайте меня.

Элиза демонстративно закрыла уши ладонями:

– Я не стану вас слушать.

– Станете, - жестко произнес Кержич и усадил ее на кушетку.

Присев рядом, он продолжил уже несколько спокойнее:

– Хотите, я вам расскажу середину из этой сказки? То, о чем знает лишь горстка посвященных?

Миссис Харрис с отсутствующим выражением смотрела на противоположенную стену.

– Мне абсолютно все равно, что вы скажете. В этом доме вы больше никогда не появитесь.

– Хорошо.
– Евгений Иванович, казалось, даже обрадовался.
– Будем считать, что я осужден на страшную казнь, но вы же не станете вести себя, как Агасфер, вы не откажете обреченному в последней просьбе?

Несколько секунд Элиза молчала, затем кивнула:

– Хорошо. Говорите. Но это будут ваши последние слова в моем доме.

– Вот и прекрасно.
– Кержич устроился поудобнее.
– Итак, начнем с того самого момента, когда, изнемогая от непосильной ноши и жажды, Иисус упал на пороге дома торговца. Ему требовалась самая малость - немного сочувствия и глоток воды. Это почти ничего не стоило, но Агасфер отказал ему. Знаете почему?

Миссис Харрис оставалась безмолвной.

– Агасфер, как и все, не верящие в спасение, боялся Смерти. Небытие страшило его до судорог, до животного отупения, до рвоты... И чем старше становился он, тем больше его пугало даже само упоминание о Смерти. Любую мелочь Агасфер принимал за ее дыханье - а ведь под его окнами проходила дорога на Голгофу. Под его окнами проходила сама Смерть. И вдруг она остановилась и зашла в его дом! К нему с просьбой обратился человек, который уже фактически мертв. Через несколько мгновений он повиснет на кресте и будет медленно умирать, задыхаясь от тяжести собственного тела. Вы можете себе представить его состояние?
– Кержич перевел дыхание.
– Конечно, сейчас бы им занималась целая армия психоаналитиков, но тогда несчастному Агасферу оставалось лишь тихо сходить с ума, не рассчитывая на чью-то поддержку. В то мгновенье он не думал ни о чем, кроме одного - поскорее избавиться от страшного гостя. Только поэтому Агасфер отказал в глотке воды приговоренному.

– К чему вы все это мне рассказываете?
– спросила миссис Харрис, но головы не повернула.
– Вы хотите оправдать Агасфера?

– Нет, разумеется, нет. Хотя и он заслуживает сочувствия и прощения. В голосе Евгения Ивановича появились иронические ноты.
– Я просто пытаюсь описать вам то, что происходило в тот вечер. Иисус оказался единственным, кто понял, ЧТО на самом деле страшит торговца. А поняв это,

испытал сострадание - ведь Он был сыном Бога и потому знал, что всякий человек слаб и нуждается в помощи. Но вместе с тем Он испытал и гнев - ибо, будучи сыном земной женщины, тяжело простить отказ в последней просьбе. И тогда Он даровал Агасферу бессмертие. Как сын Всевышнего, Он сделал это из сострадания к страху торговца перед смертью, но одновременно с тем, как сын человеческий, покарал того за отказ. Вечная жизнь дана Агасферу для вечных мук совести.

– Господи, что вы такое говорите!
– Элиза всплеснула руками.

Слова по-прежнему звучали досадливо, но в лице уже появилась та заинтересованность, которая обычно предвещает прощение.

Евгений Иванович если и почувствовал это, то виду не подал.

– Теперь-то вы понимаете мое утверждение, что истинно верующий человек должен верить в то, что Агасфер и ныне среди нас. А раз так, то значит ничего не остается, как признать существование бессмертия. Вы согласны со мной?

Вскочив с кушетки, миссис Харрис прижала руки к груди:

– Как вы можете задавать мне такие вопросы?!

На это раз Кержич поднялся вслед за ней:

– Да, наверное, мне не стоило быть столь прямолинейным. Но, как Хранитель секрета Бессмертия, я отвечаю за его сохранность. Вас никогда не было среди посвященных. Я бы запомнил женщину с такими глазами. Следовательно, тайна вам была доверена третьим лицом или...
– Он резко повысил голос: - Неужели вам удалось самой ее раскрыть?

Не сказав ни слова, Элиза Харрис рухнула на пол.

Глава 13

1

Едва Даша переступила порог собственной квартиры, где ныне проживала в ожидании нового жилья ее двоюродная сестра, как с двух сторон на нее набросились два маленьких одинаковых чудища:

– Рыжая приехала!

– Рыжик, любимая!

Выскочившая на детский визг Катя, автоматически сделала детям замечание:

– Не Рыжая, а тетя Даша...

– Да ладно тебе, - растроганная тетя промокнула глаза, - пусть зовут как хотят. К тому же какая я тетя, так, одно название...

– Ну, привет.
– Двоюродная сестра обняла гостью и расцеловала.
– Я уже и не надеялась тебя увидеть - три дня бог весть где пропадала. Видишь, как мои бандиты выросли.

– Вижу.
– Даша расцеловала племянников.
– А ну-ка, детеныши, забирайте сумки и ищите себе подарки, только, смотрите, родительские не испортите.

– Все балуешь.

– А кого мне еще баловать?
– Даша грустно улыбнулась.

– Замуж тебе надо выйти и своих завести.

– А за кого замуж-то? Если б знала, давно бы вышла...

– Ты уж и вышла! Тебе активность надо поумерить. Ладно, проходи, Гошка тебя заждался. Кстати, у меня для тебя тоже кое-какой сюрприз есть.

Даша устремилась на кухню, впрочем не ожидая ничего особо экстравагантного от своей сдержанной кузины. А надо бы.

На кухне, у окошка с кружевной занавеской, сидел молодой незнакомый мужчина и читал журнал. Даша еще держала улыбку на лице и на всякий случай обежала кухню глазами - не притаилось ли еще чего интересного. Однако все, кроме мужчины, было хорошо знакомо. Ясно. Этого сюрприза можно было ожидать с самого начала. Очередной "интересный вариант".

Сзади напирала сестра, и Даше ничего не оставалось, как войти в кухню.