Сон разума

Ливадный Андрей Львович

– Ты удивлен? – Она по-своему истолковала его замешательство. – Раны затянулись, я проверяла.

Андрей покосился на свой правый бок и только сейчас заметил, что на нем нет боевой брони, только рубашка со следами замытой крови да заштопанные вдоль бедра узкие бриджи.

– Сколько прошло времени? – спросил он.

– Уже рассвет, – ответила Лана.

– Всего-то?! – Андрей был поражен. Отодвинув массивное кресло, явно не рассчитанное на человеческую анатомию, он сел напротив Ланиты и пошевелил левой рукой, которая несколько часов назад отнималась

от боли, но ощутил лишь слабое натяжение кожи в том месте, где должна была вспыхнуть отчаянная резь намеренно потревоженной раны.

– Ранения не могли затянуться так быстро, – произнес он, обобщая свои ощущения и мысли.

– Я помогла твоему организму, – скупо пояснила Лана, вставая из-за стола. – Подожди, я сейчас вернусь. – Она взяла из ниши в стене какой-то предмет и исчезла в плотном сумраке коридора.

Андрей не стал препятствовать ей. Оставшись один, он осмотрелся. Тусклый свет установленного посреди стола форсфайта разгонял мрак, у стены стояло два автомата, рядом раскрытый рюкзак и шесть магазинов к «АРГ-8». Оба металлокевларовых доспеха лежали бесформенной грудой в дальнем углу помещения около квадратной ниши в стене, которая хранила отчетливые следы копоти.

На столе рядом с сияющим шаром по-прежнему в хаотичном беспорядке громоздились непонятные предметы и устройства, но книги, которые он видел накануне, куда-то исчезли – очевидно, Лана убрала их.

Она долго не возвращалась, и Андрей приподнял рубашку, взглянув на рану, из которой он накануне вечером собственноручно выдернул осколок бронепластины.

В том месте, где острый кусок кевлара уродливо раскроил плоть, сейчас тянулся длинный розовый рубец…

Невероятно…

– Это умел делать каждый житель нашей страны, – внезапно дошел до его сознания голос Ланиты. – Раньше, – скупо добавила она, ставя на стол объемистый кувшин, в котором отчетливо плеснулась вода. – Пока не появился Храм и его воины не истребили тех, кто обладал древними знаниями, – закончила она свою мысль, доставая из ниши в стене два потускневших медных кубка.

Она старалась говорить спокойно и ровно, но по внешнему виду Ланы, ее мимике, жестам, по следам недавних слез и резким сменам настроения нетрудно было догадаться, что в ее душе идет жестокая, но непонятная постороннему борьба.

– Я отправила Ромеля на разведку. – Лана налила воду в потемневшие от времени кубки и достала два брикета пищевых концентратов из того памятного пакета, который принес Андрею карлик.

– Это все, что есть у нас из провизии… – Ланита села в кресло напротив Андрея и внезапно произнесла, глядя ему в глаза: – Ромель сказал мне, что ты не из нашего мира. Это правда?

– Да, – ответил Андрей, отпивая глоток ледяной воды, явно набранной из подземного источника. Заданный Ланой вопрос заставил его мысли совершить резкий переход от окружающей обстановки к более глобальным проблемам. Сутки назад он полагал, что в этот мир его привело стечение роковых обстоятельств, но накануне вечером, наблюдая, как всплывают над кладкой

бастиона энергетические тела призраков, он понял, что это не так. Здесь работала неизвестная ему физика аномалии, управляемая чьей-то целенаправленной волей.

Станет ли она отвечать на мои вопросы? – с сомнением подумал Андрей. Ланита старалась вести себя непринужденно – это выдавало в ней незаурядную силу воли, учитывая те признаки жесточайшей внутренней борьбы, которые наблюдал Кречетов.

– Лана, мы можем поговорить откровенно?

– В смысле? – нахмурилась она, вопросительно посмотрев на Андрея.

– Скажи, старые женщины, которые были убиты на плоскогорье, принадлежали к тем, кто хранил древние знания? – напрямую спросил он.

Лана вздрогнула всем телом, едва не пролив воду, которую наливала из кувшина в свой кубок.

– Откуда ты знаешь про Круг?! – Ее глаза разительно изменились, потемнели, в сузившихся зрачках мгновенно вспыхнуло подозрение. При всей своей симпатии к Андрею она быстро и здраво рассудила, что человек, не ведающий элементарных законов этого пространства, не может быть сопричастен к его высшим, тщательно скрывающимся на протяжении последнего времени силам.

Она медленно поставила кувшин на стол.

Глядя на ее реакцию, Андрей решил, что лучше разговаривать честно, чем пожинать впоследствии плоды собственных недомолвок. В конце концов, от того, смогут ли они понять друг друга, зависело ближайшее будущее обоих.

– Я не знаю, что такое Круг, – честно признал он. – Но я думаю, что мое появление тут в некоторой степени предопределил странный сон, в котором девять существ пытались предупредить меня о назревающих событиях… – Он на секунду умолк, а затем внезапно спросил: – Ты была одной из них?

– Нет. – Лана отрицательно покачала головой. – Почему ты так решил?

– Вчера я слышал от тебя слова, похожие на монотонный речитатив. Они тоже произносили нечто подобное.

Выслушав Андрея, Лана помрачнела, откинувшись на спинку кресла. Ее взор как будто угас, черты лица вдруг заострились, словно одно упоминание о девяти таинственных существах заставляло ее душу поникнуть тело.

– Я всего лишь вероотступница, рядовой воин Храма, перешедший на сторону старого учения, – негромко произнесла она. – Я воин, призванный охранять Круг. – Ланита плотно поджала губы, немного помолчала и вдруг добавила: – Как видишь, я не справилась…

На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Андрей понимал, что она тяжело переживает некие роковые события, которые произошли до того, как «Нова» совершила аварийную посадку на плоскогорье, но он был вынужден возобновить начатый разговор.

– Лана, расскажи мне о своем мире, – попросил он. – Я ничего не знаю о нем и едва ли могу понять, что за силы играли мной последние дни…

Она вскинула взгляд, вырвавшись из омута горьких мыслей.

– Что тебя интересует? – тихо спросила Лана, понимая, что не может отказать ему, как бы больно, горько ни было на душе.