Сон океана
Шрифт:
После обеда капитан, не желая расставаться с Лукрецией, провел для брата и сестры подробную экскурсию по кораблю, рассказывая и показывая, где и что расположено, сколько человек в его команде, кто сегодня дежурит, и кто их сменяет в ночную смену, как быстро поставить и убрать парус. Молчаливый любопытный взгляд Лукреции распылил Николя, и он не заметил, как рассказал все подробности о «Звезде» и ответил на все вопросы Фаррела. Летисия также постоянно была с ними и в свою очередь пыталась сжечь взглядом Лукрецию, называя ее, то божественной, то обворожительной, то сестрой, нежно дотрагиваясь до ее
День прошел незаметно, солнце готовилось упасть в море, и капитан на время откланялся, чтобы дать распоряжение вечерней смене, нежно посмотрев в глаза и поцеловав руку Лукреции. Его сестра отправилась проверить, как идет подготовка к ужину, бросив на прощание горящий от желания взгляд. Названные же брат и сестра остались на носу корабля, наблюдая за приближающимся заходом солнца.
– Ты пользуешься успехом, – с иронией заметил Фаррел.
Альвильда пропустив его слова, сказала:
– Девчонка тоже моя, ты забирай служанок, они милые, их не надо отдавать команде.
– А как же Алан? И с каких пор тебя беспокоит судьба служанок?
– Алану в подарок будет этот корабль. Наша команда вдоволь нарезвится с пленниками, среди них есть несколько симпатичных мордашек. Про девчонок сначала промолчим, а там посмотрим… я сама с ним поговорю, – четко ответила Альвильда и внимательно посмотрела на махнувшего головой в знак согласия Фаррела. Затем она отвернулась и задумчиво сосредоточилась на горизонте. Альвильду беспокоило, что Фаррел всегда с ней соглашается – когда нужно о чем-то промолчать, что-то недоговорить или изменить текст. Он не был привязан к Алану. «Однажды он его придаст», – мелькнула у нее мысль, но она тут же ее отогнала, – «Я буду всегда рядом и увижу это».
Ужин прошел чинно, по всем правилам приличия. Время пролетело быстро – хорошее напитки, для женщин легче для мужчин крепче, жаркое и неспешная беседа обо всем и не о чем одновременно. Уже за полночь Летисия, по предварительной договоренности с Лукрецией, сославшись на усталость, ушла готовиться ко сну. Тициан откланявшись, сказал, что хочет подышать ночным воздухом и полюбоваться на звездное небо, подумав при этом о том, что он сначала заглянет к полненькой служанке, которая его ждет в каюте, в то время как вторая, скорее всего, уже на носу корабля ожидает романтическое свидание. Николь остался с предполагаемой Лукрецией наедине, ото всей души благодаря бога за выдавшуюся возможность.
– Моя прекрасная спутница, очаровательная Лукреция, вы посланы мне всевышним, и я хочу заверить вас в моих самых искренних намерениях, – начал было он, ближе подойдя к девушке и положив ее руку себе на сердце. Но Альвильде за день уже надоели эти высокопарные речи, поэтому она сменила полный наивности взгляд на дерзкий и вызывающий, а лепечущий тон на свою привычную интонацию:
– Николь, давай ближе к делу, а то ночь коротка, многое можем не успеть, – тихо произнесла она и, обхватив шею удивленного капитана, поцеловала его долгим прощальным поцелуем.
Выйдя из каюты, Альвильда нашла Фаррела на носу корабля рядом с лежащей девушкой: – Ну как?
– Полное удовлетворение, – подмигнул ей Фаррел и аккуратно сбросил тело служанки в море.
– Я спрашиваю, ты команду
В ответ Фаррел ей коротко шепнул о месторасположении людей, входящих в ночную смену и они разошлись. Когда все закончили, Фаррел пошел дать сигнал идущей поблизости «Фаусте», в то время как Альвильда зашла в каюту Летисии. Девушка ждала ее абсолютно обнаженной и взволнованной.
– Ну, наконец-то, что так долго? – успела она сказать, прежде чем Альвильда ее поцеловала…
Оставшиеся из людей «Звезды» были застигнуты в врасплох и не смогли дать отпор, их перевели на «Фаусту» и оставили для развлечения команде.
Альвильда и Алан расположились в каюте бывшего капитана. Откинувшись на мягком диване, они наблюдали за догорающими свечами. С «Фаусты» доносились стоны и крики сопротивления. Альвильда обняла Алана:
– Как тебе твой новый корабль, капитан?
– Он прекрасен, хотя не сравнится с тобой, – ответил Алан, крепко прижав ее к себе. – Но тебе что-то не нравится?
– Это не захват, это – резня, здесь не было равенства… Возможно капитан с мечом в руках бы был не плох, – задумчиво ответила Альвильда.
– Но ты, же сама предложила этот вариант.
– Ты хотел получить этот корабль, я понимаю, мы бы его не догнали и не взяли бы на абордаж. Ты же уже оценил его вооружение…
– О, понимаю, тебе не хватает отрубленных голов и шумной драки, – перебил ее Алан и, взяв ее лицо в руки, заглянул в глубокие как окружающие воды глаза. – У нас еще будут сражения, и ты в очередной раз отточишь свое мастерство, – затем он откинулся на подушки и усмехнулся, – хотя о равенстве могла бы не говорить, ты ни кому не даешь шанса. Тебя команда боится больше чем меня.
Альвидьда резко перевернулась, сев сверху на Алана, и приложила к его шее выхваченный из ножен на ноге кинжал: – Шанс я даю всем, но им, почему-то никто не пользуется.
И она медленно разрезала на нем рубашку.
В этот момент в каюту вошел Фаррел. Не обращая внимания на возникшую сцену, он сел в кресло, положив ноги на стол: – Не помешал? Куда мы направимся дальше?
– Думаю, что за Индийским морем есть другие воды, они переходят друг в друга и можно обойти весь мир, мы поплывем на восток… – ответил, подмигнув Альвильде, Алан, в его голове уже началась формироваться карта нового путешествия.
– Ты знаешь, один из римских ученых 3 называл Индийское море океаном, – заметил Фаррел.
И они погрузились в молчаливые мечты, но крики и смех с «Фаусты» вернули их к действительности.
– Что-то ребята расшумелись, видимо не было большой драки и некуда деть энергию, – заметил Фаррел.
– Ну, тогда иди и сожги их к чертовой матери, – раздраженно прорычала Альвильда.
– Хорошо, хорошо, не мешаю…
Фаррел встал и вышел, бурча себе под нос: «Я думал, она после капитана подобреет, нет же – и сестричка его не помогла…».
3
Речь идет о римском ученом Плинии Старшем, лат. Gaius Plinius Secundus, жившем между 22 и 24 годами н.э., прим. автора.