Сон любви

Быковская Наталья

«Его ведь не было даже на горизонте, когда мы спешивались, или я схожу с ума?..» – недоумевал Иоаким, но ум его был приучен действовать, независимо ни от времени, ни от обстоятельств. Он обернулся в сторону моря и увидел спокойное, тихое и вечное океанское полотно, по-матерински нежно окутывающее их Мир, как щит от неведомых демонов Пустоты. Иоаким постарался улыбнуться себе – ничего, в двух днях пути утёс Мудреца, они отправятся к нему за советом, и уже потом вернуться в Чёрную чащу, потому что сейчас здесь нельзя оставаться, невозможно!..

Небо подёргивалось пеленой рассвета, тревога Иоакима становились всё глубже и сильнее, и, хотя страх кошмара остался позади, он больше не

верил, что Перегрин оказался прав, отправив их в эбеновую рощу.

7

Отношения Марии с Марком охладевали так же стремительно, как развивались отношения Марка с его девушкой. Мария впервые ощутила на себе его презрение, отстранение, грубость. Он обвинял её в том, что она копается в его голове. Говорил, что устал от того, что за ним всё время подглядывают Высшие Силы. В итоге он ушёл, вернее, уехал в долгожданный отпуск со своей девушкой. А Мария осталась вдвоём с Танюшей и фондом, который должны были зарегистрировать со дня на день.

Они растерялись, ведь задачей Марка в фонде было привлечение инвесторов и меценатов.

– Танюша, кто будет искать теперь деньги для фонда? – беспокойство Марии росло, как на дрожжах.

– Ничего, выкрутимся как-нибудь. Значит, приведут другого человека на выполнение этой задачи. К тому же у вас с Марком были явные разночтения по этому вопросу, – невозмутимо отвечала ей Танюша.

Эти разночтения состояли в следующем – Марк был уверен в том, что деньги в фонд будут приносить люди, которые ходят к Марии на приёмы. Высшие Силы помогают им в решении проблем, а они за это платят фонду. Такое решение абсолютно не соответствовало принципам работы с людьми, установленные для себя Марией. Более того, Высшие Силы не могут помочь человеку решить его проблемы, если человек сам не захочет изменить себя, свою жизнь и своё мировоззрение. Они наставляют, помогают, дают советы, но Они не могут решать проблемы людей, ибо это прямое вмешательство в судьбу человека. Каждому человеку даётся ровно столько, сколько человек заслуживает на данном этапе своей жизни. Объём получаемой энергии, или благодати, зависит от того, насколько близко идёт человек к пути своего предназначения, насколько развивает свои духовные способности, насколько открыт к созиданию. Таковы законы пространства. Законы пространства не могут нарушать даже Боги.

Мария и Марк часто спорили на эту тему. Она пыталась объяснить, что фонд и личные приёмы – вещи абсолютно разные. Нельзя обещать человеку помощь Высших Сил за сумму, перечисленную в фонд, накладывая тем самым обязательства на Них. К сожалению, убедить Марка Мария так и не смогла.

Он ушёл, а ей было больно и обидно. В очередной раз Марию предал, не оправдав её ожиданий, мужчина. «Ну почему мне на пути попадаются именно такие мужчины?.. – в отчаянии думала Мария. – Всегда наступаю на одни и те же грабли!..».

«Всё будет хорошо, всему своё время, терпение и терпимость. Люди будут уходить, ты должна к этому привыкнуть. Вернуться все, ты примешь каждого и каждому поможешь…» – говорили Высшие Силы.

А тем временем, жизнь продолжалась. Приёмов становилось всё больше, фонд был зарегистрирован, в личной жизни Марии ничего не менялось. Она пыталась играть счастливую женщину, ощущая себя безумно одинокой и ненужной.

И вот, июльским воскресным днём, Мария с мужем и дочерями пошли на природу. Летом они частенько выходили на берег канала отдохнуть, пожарить шашлык, позагорать. Так было и в тот роковой

день. Ничего не предвещало бури. Они прекрасно посидели, муж Марии, правда, чуть перебрал с алкоголем. Она напряглась, когда поняла, что он агрессивен. Они быстро собрались и пошли домой.

Тем вечером муж Марии поднял руку на её дочь. Сначала она даже не поняла, что он не балуется, а делает больно. И только сильный крик Дашки, практически визг, включил в Марии инстинкт матери-тигрицы. Она вскочила и начала защищать ребёнка, как во сне, и в ответ получила удар по лицу. В состоянии шока, Мария ещё пыталась разобраться в ситуации, просила мужа не уходить из дома, плакала. Но он оделся и ушёл, сказав при этом, что больше не может, что надо разводиться.

Дверь за ним закрылась, а жизнь Марии разделилась на до и после. Она сидела в комнате и рыдала, обвиняя Высшие Силы в том, что Они допустили такую ситуацию и не защитили её ребенка и её саму. Она не понимала, что в тот момент больше болело – разорванное в клочья сердце или разбитая губа с опухшей щекой. Он, конечно же, вернулся через полтора часа. Вот только в дом зашёл уже совсем чужой человек. Мария решила, что не имеет права держать мужчину насильно возле себя.

«Я должна его отпустить, я должна подать на развод…» – крутилось в её голове. В тот момент её переполняло чувство ненависти к мужу. Она была хорошей женой. Она растворялась в этом мужчине полностью и без остатка, тащила всю жизнь всё на себе, потакая его прихотям и слабостям, практически ничего не требуя взамен, кроме любви, нежности и уважения по отношению к себе. Все эти годы для Марии не существовало других мужчин.

«И что я получила за это?» – с горечью думала она. Мария проклинала тот день, когда впустила его в свою жизнь. Она хотела собрать его вещи и выставить его из своей квартиры, но вмешались Высшие Силы, сказав Марии о том, что у них общий ребёнок, что нельзя завязывать кармические узлы, что они должны научиться дружить друг с другом.

«Господи, как всё сложно! Я не справлюсь!» – Мария уже не знала, чего ждать от жизни, которая подкидывала ей всё новые испытания, одно тяжелее другого.

* * *

Жизнь Марии продолжалась. Фонд был создан, они начали работать. Марк отдыхал, не выходя на связь. С мужем Мария не разговаривала, холодная война между ними была в самом разгаре. Приёмов становилось всё больше.

Мария по-прежнему много считывала. Учителя с ней говорили о разном. Но однажды…

< image l:href="#"/>

VII

Острие заката – так называли тот утёс, на котором в поверьях жителей Эла напротив Чёрной чащи росла Рассветная роща. Белый дуб, находившийся в самом центе пёстрого буйства весенних красок окрестных цветов и трав, служил пристанищем Мудрецу.

Мудрец, или верховный оракул, или Высокий-из-Тихих, как называли его сами пророки, жил уединённо, созерцал звёзды и был погружен в тайны Мира глубже, чем корни тысячелетнего Белого дуба в почву обширного утёса, оканчивающегося выступом, который и послужил причиной прозвания этого места.

Если удачливый путник добирался до Острия в минуту, когда солнце падает в сапфировое летнее облачение, он мог увидеть свой путь в Мире, предназначение, ради которого он родился на свет. Этот миг созерцания, когда солнце соединяется с каменным выступом и морем, считался самым древним ритуалом познания.

Когда сам Мудрец появился на утёсе – неизвестно, однако Перегрин рассказывал Иоакиму, что ещё его дед в год великой засухи советовался с ним в Рассветной роще.

«И что произошло? – спрашивал маленький Иоаким. – Засухи не стало?».