Сон демона

Брюссоло Серж

– Да, – подтвердила собака. – Они очень несчастны. Они советуют тебе повернуть назад, если ты не хочешь попасть в ловушку. Я плохо их слышу: их голоса смешиваются. Похоже, что они нас окружают со всех сторон. Ты не замечаешь ничего странного?

– Нет. – У Пегги Сью мороз прошел по коже, несмотря на ужасающую жару. Повсюду простиралась одна и та же гуляющая волнами под ветром желтая пыль.

Вдруг внимание девочки привлекла удивительная табличка, гласившая:

«ОСТОРОЖНО: МИРАЖИ!»

– Что это значит? – прошептала Пегги, не

отдавая себе отчета, что говорит вслух.

– Это значит, что в пустыне надо держать ушки на макушке, – произнес мужской голос, раздавшийся за ее спиной.

Пегги вздрогнула. Позади нее пожилой мужчина только что вышел из тени. Индеец или мексиканец, одетый во все белое, в выгоревшей шляпе. Он казался очень старым, его кирпичного цвета кожу изрезали многочисленные морщины.

– Ты не знаешь, что такое мираж? – спросил незнакомец. – Это картинка, создаваемая жарой. Нечто, чего на самом деле не существует. Она отражается от песка… солнце вырисовывает призрачные пейзажи, чаще всего оазисы. Когда смотришь прямо перед собой, различаешь лагуны, озера… Обычно, когда приближаешься к такой картинке, она исчезает.

– Спасибо, что вы меня предупредили, – сказала Пегги Сью, – но все это я знаю.

Мужчина грустно улыбнулся. Его глаза с трудом можно было различить в тени, создаваемой полями шляпы.

– Да уж, – рассмеялся он. – Ребятня всегда все знает. Однако здесь все по-другому! Миражи вовсе не безобидны. Напротив, они опасны.

– Как так?

– Они не исчезают, когда к ним приближаешься. Наоборот, они становятся все более и более реальными. Это двери, которые открываются в другие вселенные. Не нужно туда входить. Ты слышишь меня? Если ты заметишь в пустыне что-нибудь необычное, не приближайся!

– Пако! – взвыл вдруг хозяин буфета. – Сто раз тебе говорил, чтобы ты не задуривал головы клиентам! Убирайся, пока я не напинал тебе под зад! – И, обернувшись к Пегги, добавил: – Не сердитесь на него, мисс. Это просто чокнутый старик, от постоянной жары у него помутился рассудок. В молодости он однажды умирал от жажды в пустыне, вот и тронулся умом.

Пегги Сью хотела стать на защиту мексиканца, но того и след простыл.

«Он испарился, как тень, – подумала девочка. – Тень, которая не исчезает на солнце».

Ей стало не по себе. Она присоединилась к родителям, сидящим под допотопным вентилятором, гул которого делал всякую беседу невозможной. Все заказали содовую. А для синей собаки принесли плошку свежей воды. Пес все время оставался настороже.

– В пустыне находится нечто живое, – протранслировала мысленно Пегги Сью. – Старик в сомбреро не солгал. Нам нужно быть начеку.

Из-за жары ни у кого не было аппетита. Джулии вовсе не нравилась идея надолго застрять в этом месте.

– Это только на время, – оправдывался папа. – Скоро я найду другую работу. И, кроме того, это может оказаться занятным – я имею в виду старые самолеты, забытые в ангарах. Когда я был маленьким, я мечтал стать военным летчиком.

– Ты уже

тогда был мальчиком, – возразила Джулия. – А я девочка, и железяки наводят на меня тоску.

Тронулись в путь. Усаживаясь за руль, папа тоже обратил внимание на странную табличку, предупреждающую водителей о миражах в пустыне. Он пожал плечами.

– Обычный трюк, чтобы пощекотать нервы туристам, – усмехнулся он. – Отпускники любят, чтобы их понарошку пугали.

Как только он произнес эти слова, к машине подошел мальчуган, одетый во все белое, с корзиной под мышкой.

«Индеец, – подумала Пегги Сью. – Он так бедно одет, и вид у него испуганный».

Она заметила, что корзина мальчика наполнена солнцезащитными очками со странными раскрашенными стеклами.

– Совсем недорого, – пробормотал паренек, протягивая пару очков мистеру Фэрвею. – Мы делаем их сами… Эти очки волшебные: они защитят вас от миражей.

– Каким образом? – усмехнулся отец Пегги Сью.

– Стекла… – произнес мальчик еле слышно. – Они помешают вам видеть злые изображения, появляющиеся из песка. Возможно, они спасут вам жизнь. Знаете, на этой дороге люди пропадают один за другим. Находят брошенные машины с вещами в багажнике. Это потому, что люди пошли навстречу миражам.

– Что за чепуху ты несешь? – нервно бросил мистер Фэрвей, не любивший, чтобы ему вешали лапшу на уши. – Я что, по-твоему, похож на дурака?

– Но это правда! – захныкал юный индеец. – Я вас не обманываю! Картины, выходящие из песка, проглотят вас, если вы меня не послушаете.

Больше он ничего не успел сказать, потому что хозяин забегаловки прогнал его так же, как перед этим несчастного Пако. Мальчишка убежал, унося свои забавные очки.

– Хм, – буркнул Бэрни Фэрвей. – А что, у вас тут и впрямь люди исчезают с дороги, ведущей через пески?

Буфетчик замялся.

– Вы ведь знаете, – сказал он наконец, – туристы – народ любопытный и неосторожный. Они часто сворачивают с дороги, чтобы сделать фотографии. А пустыня шутить не любит. Здесь быстро теряешь чувство ориентировки.

– Я не турист, – обиженно фыркнул отец Пегги Сью. – Я приехал сюда работать. Я новый сторож аэродрома «Виста Дьябло».

Услышав эту новость, буфетчик широко раскрыл глаза.

– Да там нечего делать, – пробормотал он. – Уж лет тридцать, как аэропорт не используется.

– Почему? – поинтересовалась Пегги Сью.

– Слишком много аварий, – вздохнул мужчина. – Все из-за миражей. Иллюзии, возникающие из песка, обманывают пилотов. Им кажется, что они видят… предметы… и они приземляются прямо на острые скалы. Тут в песках полно разбитых самолетов.

– Но почему миражи возникают именно в этом месте? – настаивала Пегги.

– Понятия не имею, – пожал плечами хозяин. – Наверное, из-за жары, из-за слишком яркого света… Да какая разница.

Видно было, что разговор ему неприятен. Он поднялся и собрался уходить.