Сомнения Габриэль
Шрифт:
Михаил, новый генерал Небесной Армии, призывал её встать на сторону Света. Он был твёрд и убеждён, что правильный путь – верность ЕМУ. Он напоминал ей о том, как сильно ОН любит своё творение, как дорожит каждым ангелом. Михаил говорил, что ОН хочет дать каждому то, чего тот желает: свет, покой, гармонию.
– ОН заботится обо всех нас, – твердил Михаил, его голос был полон благоговения
Но Габриэль не могла избавиться от мучительного вопроса, который не давал ей покоя: если Люцифер искал свободы и самостоятельности, то почему ОН скинул его с Небес? Разве не противоречит это тому, что ОН дарит каждому то, чего тот жаждет? Почему же свобода стала для Люцифера наказанием, а не благословением? Это было трудно принять. Она, как никто другой, знала, что без свободы творчество теряет свой смысл. Она чувствовала себя загнанной в угол этим противоречием, словно её крылья стесняли невидимые оковы.
От напряжённых раздумий у Габриэль затрепетали крылья за спиной. Луна отражалась в их серебряных перьях, и свет её создавал иллюзию, будто на крыше небоскрёба зажёгся маячок. Снизу людям казалось, что они видят мигающий свет, символ надежды и путеводной звезды. Для них это был просто огонёк на вершине города, но для Габриэль – напоминание о её собственной роли в этом мире, о её величии и силе, которые теперь подверглись сомнению. Она стояла в одиночестве на краю, между светом и тьмой, и небо над ней казалось бескрайним полотном, на котором ей предстояло нарисовать свою собственную судьбу.
Габриэль никогда особо не следила за жизнью людей. Это было личное творение ЕГО – одна из редких затей, в которых ангелы играли лишь вспомогательную роль. Она видела начало человеческой истории, как за одним из своих многочисленных шедевров, но это не захватило её внимание. Сначала был Адам и Лилит, созданные равными. Но Лилит ушла, отвергнув покорность, и исчезла в ночной мгле. Тогда ОН создал вторую женщину – Ною. Но Адам отказался
Габриэль видела эту историю, но тогда равнодушно отнеслась к ней. В те времена её интересовала только великая работа над Вселенной, сотворение миров, звёзд и галактик. Человеческая жизнь казалась ей мелким, едва заметным событием на фоне космического полотна.
Но прошли тысячелетия, и Габриэль увидела, как потомки Адама и Евы изменили мир. Люди стали настоящими творцами, способными преобразовывать реальность вокруг себя. Они построили города – огромные, величественные мегаполисы, такие как Лос-Анджелес, что сейчас лежал у её ног. Они прорвали границы Земли и полетели в космос, достигая всё новых горизонтов. Они углубились в природу материи, раскрыв тайны атомного ядра и энергии, заложенной в его недрах. И при этом они развили невероятное разнообразие искусства, музыки, культуры, моды. Это было удивительно, и Габриэль, глядя на эти достижения, почувствовала трепетное восхищение.
Она понимала, что за всем этим стояло нечто, чего у неё самой никогда не было – душа. Именно душа делала людей такими свободными и жаждущими нового. Душа была тем огоньком, что заставлял человека искать истину, стремиться к справедливости, задавать вопросы о смысле жизни и вечности. Люди не были просто исполнителями чьей-то воли; они были творцами своего пути, своими решениями определяли свою судьбу.
Габриэль не могла не признать, что именно душа была тем даром, который ОН отказался дать ангелам. Она всегда ощущала эту неполноценность, даже не осознавая её до конца. Они, ангелы, были созданы могущественными, бессмертными, наделёнными знаниями и силой, но лишёнными той искры, что зажигала в людях огонь жизни и поиска. Души не было ни в ней, ни в её братьях и сёстрах. Их предназначение было служить, творить по указу ЕГО замысла, но не создавать что-то своё, не искать ответы вне установленных рамок.
Конец ознакомительного фрагмента.