Солярис
Шрифт:
— Кремовый? — Алек напряженно сдвинул брови, но в его голосе послышались ироничные нотки.
— Ну это между белым и бежевым, — пояснила я, а через миг расхохоталась, осознавая всю нелепость ситуации.
— Ладно, разберёмся, если проедем, дай знак.
— Хорошо, — согласилась я, перекидывая ногу через мотоцикл.
Пока мы ехали по пустой улице, я всё размышляла, о каком именно знаке говорил Алек. Может мне нужно будет похлопать его по руке? Или выкрикнуть что-то? Но только вот он вряд ли меня услышит. В голову моментально пришла
К моему огромному счастью прибегать к особым знакам не пришлось. Парень затормозил именно там, где нужно. Не успела карета остановиться, как я бросила взгляд на окна собственного дома и, к счастью, никого в них не увидела. Шпионы мне не нужны.
— Вот и всё, — не скрывая сожаления, тихо произнесла я, когда Алек заглушил мотор.
— Могу я тебя проводить? — мягко произнёс он.
— Конечно.
— Знаешь, я так рад, что ты никуда не сбежала.
— А я очень рада, что никуда не сбежал ты.
— Выходит это наше первое полноценное свидание, — уголок его губ поднялся в усмешке.
— Выходит, что так, — в ответ хихикнула я.
— Спасибо, что призналась мне сегодня, — сказал Алек, останавливаясь возле крыльца.
— Да, было довольно непросто рассказать о том, что я пою и играю. Спасибо, что поддержал.
— Я не про это.
— Оу, — только и выдала я. Он о моих чувствах. Я смущенно заправила прядь волос за ухо и опустила взгляд на свои балетки.
— Кажется, я так и не дал ответ на твой вопрос.
— Мой вопрос? — я удивлённо посмотрела парню в глаза, боясь даже думать.
Сделав один короткий шаг, он оказался в десяти сантиметрах от меня. Моему сердцу не потребовалось много времени, чтобы пуститься в пляс. Затем Алек медленно наклонился ко мне и зашептал на ухо, я почувствовала на шее его тёплое дыхание:
— Я очень хочу шагнуть с тобой в свет, Мила Арден. Я хочу этого больше всего на свете.
От каждого, произнесённого им слова, по моему телу пробегала новая волна мурашек. А от счастья, кажется, опять захотелось плакать.
Затем Алек медленно, словно в замедленной съёмке, начал выпрямляться, но стоило нашим лицам оказаться друг от друга в нескольких дюймах, как он, также медленно, наклонился и легонько коснулся моих губ своими. Этот поцелуй был совсем не похож на другие. Он был мягким, робким, словно лепесток цветка. Я закрыла глаза, затаила дыхание и ответила. Но стоило мне сделать это, как спокойствие сменилось бурей. Не отрываясь от моих губ, Алек обвил меня руками и прижал к себе так сильно, что у меня закружилась голова. А затем поцеловал снова, и еще раз. Я провела пальцами по его шее, заскользила ими вдоль сильных плеч. Если в мире и существовала «химия» между людьми, то это была именно она. Затем руки вновь нашли шею Алека, я потянулась к нему навстречу, а через мгновение почувствовала, как носочки отрываются от земли. Лёгкие уже горели, но мне не хотелось прерывать момент. Сейчас
— Ты заставляешь меня терять голову, — усмехнулся Алек, ослабевая хватку и опуская меня обратно на землю.
— Из-за тебя я забываю дышать, — не осталась в долгу я.
— Завтра днём у меня дела, но может, мы сможем увидеться вечером?
Я помотала головой.
— Прости, завтра у меня ночует подруга, поэтому я никак не смогу. Может послезавтра?
— Послезавтра вполне подойдёт.
— Отлично, — обрадовалась я.
— Спасибо за вечер, — мягко произнёс парень и поцеловал меня в щёку.
— До встречи, Алек.
— Доброй ночи, Мила.
На этих словах он неспешно вернулся к мотоциклу, а через минуту умчался в темноту. Всё это время я провожала его взглядом, и лишь когда след приятеля простыл, повернулась к входной двери. Потянувшись к ручке, я обнаружила, что всё еще одета в кофту Алека. Я так сильно отвлеклась на поцелуи, что забыла её вернуть. Ну и ладно, зато точно будет повод для новой встречи. Улыбнувшись собственным мыслям, я открыла дверь и шагнула в дом.
***
Когда я ждала Соню в «La Palette», часы показывали почти полдень. Именно на это время была назначена наша встреча.
Удивительно, как часто я стала приходить сюда в последнее время. Очевидно, главной причиной являлась внезапно развившаяся дружба с Глебом.
Я отхлебнула кофе, размышляя о вчерашнем дне. Сразу после свидания я отправилась спать, предоставив мозгу возможность обдумать проблемы на следующий день. Слишком много всего произошло, чтобы ломать над этим голову перед сном. Мне хотелось лишь принять душ и забраться в тёплую постель, а затем снова и снова вспоминать наш с Алеком последний поцелуй, пока я не провалюсь в сон.
Это была хорошая идея, отложить тяжелые мысли на утро. Прямо сейчас я сидела за барной стойкой, попивала первую за сегодня порцию латте и обдумывала, как лучше рассказать Лине про Макса.
Поначалу я хотела позвонить ей и выложить всё по телефону, но вовремя вспомнила о том, что у подруги сегодня важный танцевальный конкурс. А мне не хотелось отвлекать её от соревнования, пускай и хорошими новостями. К тому же, на сегодняшний вечер у нас была запланирована ночёвка, а это значит, что я могла бы объяснить всё, не спеша и не упуская никаких деталей.
— Так значит, ты всё-таки решился? — просияла я.
— Да, — кивнул Глеб — я расскажу ей обо всём сегодня вечером.
— И почему ты так резко передумал?
— По двум причинам.
— И каким это?
— Хочешь — верь, хочешь — нет, но они обе связаны с тобой, — усмехнулся приятель, а я выпучила глаза от удивления.
— Как это?
— Ну во-первых, после того, как я рассказал тебе правду, ты не отвернулась от меня, даже наоборот — поддержала.
— Иначе и быть не могло, — искренне возразила я.