Солтинера. Часть первая

Ледок Диана Дмитриевна

На самом же деле, у нее имелись и дополнительные причины не присоединяться пока к ним - от одной мысли о том, что придется вести себя "естественно", находясь рядом с Леоном, ей становилось не по себе и начинали дрожать коленки. Эллен Леруа - это одно, с ней еще можно было играть роль благодарной гостьи, но ее сын - дело совсем другое. Вести себя с Леоном так, как раньше, было отныне невозможно, и она это прекрасно понимала. Как бы она не старалась убедить себя в том, что сможет перебороть себя и продолжить вести себя с ним независимо - это выглядело бы просто неестественно и глупо. А после всего

того, что случилось, она не может себе больше такого позволить, и не может делать вид, что ее не беспокоит его мнение о ней. Как не прискорбно было это сознавать, но факт оставался фактом - ей больше не было все равно, и следовательно, она стала уязвима. А к этому еще следовало привыкнуть.

Спускаясь вечером на первый этаж, Роза то и дело ловила себя на том, что завидует самой себе в прошлом, когда она еще имела возможность без опаски бросаться, в разговоре с Леоном, необдуманными фразами, смеяться и выглядеть при этом глупо - золотое было время!

Фыркая над самой собой, и над тем переполохом, что случился в ее голове, она вскоре успешно добралась до нижнего этажа и, решительно вздохнув, мысленно дала обещание вести себя примерно. Пусть с ней и творится невесть что, но узнать об этом никто не должен.

Как она и ожидала, на первом этаже дома уже успели собраться все его обитатели, включая и вернувшегося с работы Тео Леруа. За окном-стеной, в сумерках, сверкали электрическим светом остальные дома, а кроны деревьев и кусты цветов внизу были подсвечены веселыми зелеными, розовыми и синими огнями. И такими же веселыми, хоть и на свой лад, были сидевшие на диванах Леруа и Филлипсы. Оживление, как сразу же поняла вошедшая Роза, вносили преимущественно трое - Ранди, Джон и Леон. Очевидно, морской бой в бассейне сделал свое дело - в доме стало на двух смущающихся гостей меньше. Близнецы вели себя так же необузданно, как и в Реймсе. О чем-то весело болтая с Леоном, они явно не слышали ни слова из того разговора, что велся между их родителями. Но зато сам Леон время от времени поворачивался либо к гостям, либо к родителям, и вставлял пару фраз.

Роза отважно вышла на центр комнаты и села на свободный краешек дивана, оказавшись прямо перед сидевшем напротив нее Тео Леруа. И, к ее облегчению, тот не стал прерывать своей беседы с Рафаэлем, поприветствовав ее лишь добродушной улыбкой и кивком.

Поначалу Розе показалось, что обсуждаются две никак не связанные друг с другом темы, но уже спустя минуту она поняла, что говорят о школе Сулпура и о Тео Леруа, который работал там учителем. Он как раз рассказывал о преимуществах этого учебного заведения, о преподаваемых там предметах, и о том, как там будут рады новым ученикам - младшим Филлипс.

Услышав это последнее утверждение, Роза, удивившись лишь теоретически, первым делом глянула на нарочито беспечных братьев, якобы совсем не прислушивающихся к разговору. Она подавила улыбку и повернулась к мсье Леруа:

– А разве можно записаться туда под конец учебного года?
– спросила она.
– Как же мы сдадим финальные экзамены?

– Именно тебе и не придется их сдавать, - успокоил ее Рафаэль.
– В августе тебе стукнет восемнадцать, а по закону в этом возрасте можно только записаться на отдельные курсы. Здесь совсем другая система образования.

–

Какого именно числа у тебя день рождения?
– подала голос Эллен Леруа.

– Десятого, - Роза повернулась к ней.
– А что?

– Тогда тебе уже восемнадцать, - сообщила та, улыбнувшись.
– Если, конечно, считать по нашему календарю - сегодня двадцать второе августа.

Роза недоуменно воззрилась на нее, еле удержавшись от того, чтобы не раскрыть в изумлении рот. Она не повернулась к родителям, но боковым зрением увидела, как и те замерли, совершенно ошеломленные этим известием.

– Видимо, Лео не рассказал вам об этом, - чуть обеспокоено пробормотала Эллен Леруа.
– Он ведь увез вас всех с весны, но здесь-то уже и лето подходит к концу. Да это и неважно, - продолжала она, взмахнув рукой, - по сути, вы ведь можете в любой момент вернуться обратно в весну. Достаточно только выбрать нужное вам событие.

Какое-то время они с мужем и сыном смотрели, как Филлипсы пытаются проглотить это сообщение, а потом Тео Леруа продолжил, словно этой вставки про время и не было вовсе:

– Занятия начнутся в первые дни сентября, так что уже на этой неделе мы сможем уладить все дела, связанные с документами. Занятия ведутся на французском и на английском, так что проблем у вас возникнуть не должно.

Совершенно растерявшись, Роза медленно кивнула, а потом, собравшись с мыслями, спросила:

– А что это будут за курсы?

– Данные о Солтинера и Сулпуре, - ответила за мужа Эллен Леруа.
– Раз-два в неделю, ничего сложного. Такие курсы и созданы специально для тех, кто только недавно сюда приехал, и поэтому нуждается в информации. Вот, Алексис Рой, к примеру, - добавила она, повернувшись к сыну.
– Лео, Алекс же еще их посещает?

Повернув голову, Роза увидела ответный кивок Леона, и подавила желание тут же, быстро, отвести взгляд.

– Конечно, Алекс приехал сюда уже будучи довольно хорошо подготовленным, - продолжала Эллен, - и, ко всему прочему, еще и подающим большие надежды, но все-таки и он посещает эти курсы - говорит, что для обретения "базы". Ты понимаешь, что он под этим подразумевает?

Эллен Леруа вновь повернулась к Леону, и на сей раз тот ответил не только одним лишь кивком:

– Он же приехал из Люксембурга, поэтому нуждается в данных именно о нашем городе. Хотя, на мой взгляд, это не так уж и важно, - добавил он, пожав плечами.
– Парень только вчера был в Умео, и там ему удалось удрать от целой группы Сетернери. Конечно, состояние его по возвращении нельзя было назвать идеальным, но все-таки он от них сбежал. Я, к примеру, не уверен, что смог бы это сделать.

На его лице появилось загадочное выражение, похожее и на скромность, и на шутливую игривость одновременно. Смесь получилась настолько интересная, что Роза не сдержалась и улыбнулась. Тео Леруа хмыкнул и сказал:

– Только не строй из себя воплощение беззащитности, это нелепо. Кого, как не тебя, отрядили ловить этого Плутона? Если я не ошибаюсь, это именно его считают пока что самым опасным из всех известных нам Сетернери.

Но на Леона эти слова не произвели должного впечатления. Он беспечно откинулся на спинку дивана и также беспечно улыбнулся родителям.