Солтинера. Часть первая
Шрифт:
Последний вопрос относился уже явно не к телефону, который мадам держала в руках, так что стоявший рядом в Мартой Леон вопросительно поднял брови. Но мадам лишь открыла дверь здания, пропустила всех вовнутрь и сказала, обращаясь к Хади:
– Идите, мы с Леоном вас догоним.
Тот коротко кивнул и поманил Марту с Розой за собой. Обе обернулись посмотреть на оставшегося стоять Леона, потом взглянули друг на друга, и поспешно зашагали вслед за Хади.
По сравнению с освещением холла предыдущего здания, этот поражал не только обилием света, но также и размерами всего помещения - обилие свободного пространства,
Хади подвел обеих девушек к одной из них и нажал одну из имеющихся в рамке кнопочек. Потом повернулся и взглянул на Марту с Розой. Обе молчали и смотрели в разные стороны.
– Флорес, - обратился он к Марте, - Мейер и Рою следует сообщить о Плутоне. Займешься этим.
Марта недовольно сморщила нос.
– Они так и так обо всем узнают, - буркнула она.
– Лена тоже патрулирует Берлин, Леон наверняка что-то передал ей перед своим возвращением сюда.
– А Рой?
– холодно поинтересовался Хади, переводя взгляд на загоревшуюся зеленым кнопочку и отворяя дверь.
– Он же в Умео.
Хади зашел в кабинку лифта и окинул вошедшую следом Марту пытливым взглядом. Та нехотя кивнула.
– Тогда вечером приходите на собрание в конференц-зал, - продолжил он, закрывая за вошедшей Розой дверь и нажимая на кнопку десятого этажа.
– Беккеру я, так уж и быть, сообщу сам.
Марта отвернулась к стене и закатила глаза. Роза это заметила и подавила улыбку.
– А что до тебя...
– Хади перехватил ее взгляд, и она невольно выпрямилась.
– То, считаю, тебя стоит поселить где-нибудь в северной части Сулпура. Там есть несколько пустых квартирок.
Роза недоуменно воззрилась на него.
– Или ты предпочитаешь вернуться в Реймс?
– задал риторический вопрос Хади, иронически изогнув бровь.
– Там, кажется, вы с Леруа видели Плутона.
Судя по всему, с вопросами Хади не ладил - они у него выходили либо риторические, либо вообще никакие. Говорило ли это об его неумении идти на компромиссы, или же он просто время от времени забывал о том, что есть такая штука, как вопросительный знак, но в глазах Розы его это не очень красило. По крайней мере она тут же почувствовала жгучее желание нахмуриться. Вместо этого, она изобразила на лице выражение интереса, и спросила:
– Неужели вы думаете, что я теперь не вернусь домой? У меня там родители, братья...
– Этим займется Леруа, - равнодушно отозвался Хади.
Роза улыбнулась.
– На самом деле, без моей помощи ему никогда не удастся уговорить их переехать из Реймса сюда - если вы это имеете в виду. Они его знают исключительно как моего врача.
Марта, до этого хмуро разглядывающая кнопки этажей, перевела на нее удивленный взгляд:
– Леон - врач?
– переспросила она.
– Он никогда не учился на врача.
– Да он и не лечил меня, - Роза неопределенно взмахнула руками.
– Он... Просто у меня были проблемы с питанием, так что требовалось его присутствие, чтобы поставить меня на ноги.
– Что?
– Стояла кошмарная погода, - пояснила Роза.
– Целыми днями лили дожди, и
– А Леон-то тут при чем?
Во взгляде Марты появилась подозрительность, и Роза почувствовала себя глупо. Теперь она просто не понимала, как ее угораздило попасть в компанию, в которой от нее требуют новой, совершенно странной манеры поведения. Такое и раньше с ней бывало, но тогда ей удавалось выкручиваться с помощью какой-нибудь шутки, но с Мартой, похоже, такой трюк не сработает. Нет, она явно ожидает от нее какого-то диковинного объяснения... Ни тебе логики, ни смысла.
– Сейчас это совершенно неважно, - подал голос Хади.
– Эти мелочи не имеют никакого отношения к той задаче, какую предстоит решить Леруа. Если твои родители, Филлипс, знают его, они ему поверят.
Довольная тем, что может отвернуться от Марты, Роза попыталась изобразить на лице неуверенность.
– Не думаю, - сказала она голосом, каким вполне могла бы выпалить "Да вы их не знаете, так что не спорьте!"
Лифт остановился и Хади вышел первым, предоставив Розе возможность почувствовать на себе всю силу его взгляда. Марта вышла последней и они пошли по пустому коридору, постукивая каблуками или шлепая кедами по плитке пола.
– С вашего позволения, я еще подниму этот вопрос о переезде мамы с папой, - заметила Роза, когда они остановились у одной из дверей и Хади принялся возиться с ключами.
– В конце концов, это мои родители.
Тот промолчал, и довольная Роза первой вошла в залу - настолько ярко освещенную, что ей пришлось в который раз сощуриться. Секрет этого освещения был прост - вместо одной из стен было одно сплошное окно. А так как конференц-зал находился на десятом этаже, от открывающейся глазам панорамы Сулпура вполне могло сделаться нехорошо даже человеку с железным желудком - в том случае, если этого человека ни о чем заранее не предупредили, разумеется.
Роза замерла у самой двери и округлившимися глазами всмотрелась в сверкающие полотно синего неба за стеклом - бесконечное, без единой погрешности в виде облаков, и настолько яркое...
– Какой ужас, - пискнула она, медленными шажочками приблизившись к стеклу и замерев там, настигнутая волной ужаса и восторга одновременно.
Раскрашивая яркую зелень оазиса вертикальными полосами, вверх уходили десятки зданий. Некоторые были так близко, что можно было без труда разглядеть людей за их стеклянными стенами, а другие издали казались яркими лентами, уходящими своим основанием прямо в зеленое море деревьев. Волнующиеся на ветру кроны пальм превращали оазис в яркий круг, который резко обрывался у одной из особенно высоких дюн, уступая место бесконечной, подобной беспокойному золотому морю, пустыне.
Роза не сразу опомнилась, и вздрогнула лишь когда ее несколько раз позвали. Несколько ослепленная всем увиденным, она отвернулась от стены-окна и только тогда заметила вошедших в залу мадам Ришар и Леона. Марта и Хади уже подошли к ним совсем близко, и Леон что-то им негромко объяснял.
Когда она подошла к ним, мадам Ришар вновь окинула ее серьезным взглядом, а Леон смолк.
– Хади, - обратилась мадам, отведя взгляд от Розы.
– Мы все обсудим, а ты можешь пока идти. Ты, Марта, тоже. Сообщите Лене и всем прочим о том, что случилось.