Солтинера. Часть первая
Шрифт:
– Этому есть объяснение, - Леон все никак не мог оставить в покое свой чай, но при этом взгляд его был устремлен на лицо собеседницы.
– Если конкретнее, их даже несколько. Все эти способности, которые тебя так напугали, на самом деле доступны всем людям нашего типа. Про то, кто именно эти люди, я пока говорить не буду, но суть в том, что стать одной из нас сложно. Скорее, такой надо родиться. А если ты, прожив... Тебе, кстати, сколько лет?
– Сколько мне... лет?
– от неожиданности, Роза чуть не вспылила.
– Семнадцать, но при чем здесь это? Ты рассказывай,
Леон чуть прищурил глаза, но продолжил:
– То, что с тобой произошло, это достаточно редкий случай. Возможно, причиной всему стала сила убеждения - это самое простое объяснение. Также возможно и то, что все произошедшее - исключительно моя ошибка, но это маловероятно. И третье, самое правдоподобное объяснение - ты просто одна из нас.
– Леон передернул плечами, словно эта гипотеза показалась ему настолько очевидной, что даже скучной. Помедлив, он добавил: - Вероятно, раньше эти силы дремали в тебе, как совершенно ненужные, а потом, с моей помощью, проснулись. Да, есть еще и четвертое объяснение...
Он смолк, и Роза еле удержалась от того, чтобы не начать в нетерпении постукивать ногой по полу.
– Какое же?
Но на сей раз Леон не ответил. Он пробормотал что-то о том, как не хочет разбрасываться своими личными догадками, и Розе не оставалось ничего другого, кроме как пасмурно глядеть на него, жуя свою булочку. Свой чай она уже давно допила, а что до этого странного, тянущего резину парня, так от своего напитка он и вовсе не выпил ни капельки.
На какой-то момент Роза даже позавидовала самой себе в прошлом, когда у нее не было иных проблем кроме школьных, и не было знакомых, которые с таким изяществом играют на струнах ее терпения, словно то были струны какой-нибудь арфы. Правда, у нее не было и настолько ярких, эффектных знакомых, но если все люди такого типа так же виртуозно запутывают собеседника, как то делал с ней Леон, то и жалеть об их отсутствии в ее жизни не стоит.
– Мне пора домой, - буркнула она, отъезжая на стуле от стола и нащупывая рукой свою сумку.
– Рада была свидится с... хм, братом по способностям, но время мое не терпит подобного общения по душам.
Она глянула на Леона и тот тоже встал, глядя на нее странным, затуманенным взглядом. Роза с досадой подумала, что он намеревается проводить ее, но тот не сделал и попытки предложить ей это. Он перевел взгляд на прилавок и обескуражил стоящий там букетик цветов, вместе с пластиковыми пчелками, тяжелым, донельзя угрюмым взглядом. Но потом взял себя в руки и улыбнулся Розе.
– Конечно, - тихим, низким голосом произнес он и в глазах его что-то потухло.
Как скептически и холодно ни была настроена Роза, она тут же почувствовала необходимость как-то сгладить собственную резкость - вид у Леона сделался самый несчастный, а все попытки казаться невозмутимым и вовсе могли, казалось, растопить самое ледяное сердце. Во всяком случае Роза почувствовала себя не в силах просто так повернуться и уйти. Она неуверенно улыбнулась и протянула ему руку для рукопожатия.
Но Леон, в ответ на это, лишь нахмурился и покачал головой.
–
– Я ведь тебе объяснил...
Тут Роза поняла, что ее терпение, после стольких проволочек, наконец кончилось. Чувствуя неприятный жар, растекающийся по щекам, она порывисто схватила стоящего перед ней парня за руку, тряхнула ее, и метнулась вон из булочной.
Глава 6
Болезнь
Словно грозная туча промчалась Роза по бульвару и перешла дорогу, чудом не угодив при этом под автобус, который, проезжая мимо, окатил ее фонтаном из грязи. Она чувствовала себя настолько разъяренной, что в первую секунду даже не обратила на это внимания, и лишь спустя несколько секунд испуганно вскрикнула, увидев собственное отражение в витрине магазина. С ее джинсов лениво стекали на асфальт серо-коричневые капли, а о кедах и вовсе лучше было просто не думать... Но даже и это было не самое страшное.
Передернувшись от отвращения, Роза устремила взгляд на свое лицо, желая обменяться со своим отражением жалостливым взглядом, и тут же в ужасе раскрыла рот. Ее волосы, все еще стянутые резинкой и переброшенные через левое плече, блестели на солнце всеми оттенками серебра. Они стали платинового цвета, так же, как и брови с ресницами, и на их фоне глаза искрились ярко-зеленым.
Роза едва поборола искушение осесть прямиком в ближайшую лужу, и ограничилась тихим поскуливанием. Она была просто не в силах поверить в увиденное. После всех этих бесед с родителями, сказок о выгоревших прядях, вопросов Ноеми и Полин... Она просто не выдержит опять быть блондинкой!
Не отводя глаз от своего побледневшего отражения, Роза медленно стянула резинку с волос и те царственно скользнули белой волной по ее плечу и за спину. Вдобавок к цвету, они теперь стали совершенно прямые, словно после ламинирования, и доставали ей до самых бедер.
– Все, - глухо поведала Роза своему отражению.
– Теперь мне конец.
В следующий раз, когда она увидит Леона, то не подпустит его к себе и на метр. Или с визгом убежит, если он вздумает к ней приблизиться, или... ну да, или пустит в дело ту самую биту, которую он так предупредительно рекомендовал ей носить с собой.
И когда он умудрился это с ней проделать? Он даже специально не прикасался к ней... Ну да, не прикасался. Это она сама вежливо пожала ему руку на прощание, обжегшись перед этим о его запястье.
Роза сморщила нос и зажмурилась, не желая видеть свое отражение. Какое-то время она стояла так, и потом понуро поплелась прочь от злополучной витрины.
Она уже предвкушала будущее разбирательство с родителями, где в ход наверняка пойдут и угрозы, и приказы, и, может даже, шантаж. Скучными ее отношения с ними никак нельзя было назвать, хотя, до всех этих перемен с ее несчастными волосами, жаловаться на незаслуженные придирки ей все-таки не приходилось... То ли дело сейчас.