Соломенные облака

Мета Син

– Хэй. Стойте, милсдарь. А куда это с Вами такая загорелая дамочка идет? Неужто воевать, с копьишком-то? – молокососы засмеялись так, что у самих копья попадали, но они спешно исправились, подняв оружие.

–

Хах, держите, парни, свои копья в руках: девка-то моя. Будь на то божья воля, и вам перепадет от аделантадо 5 одна. Лет эдак через пять, – рыцарь посмеялся и шпорами погнал коня.

Юнцы же раскрыли рот, прошептав: “Сам Писсаро?”, – и проводили жадными глазами дикарку, талия которой пряталась под великим плащем.

5

Предводитель завоевания Южной Америки

Прохладный бриз растрепал рыжий комок волос на голове Армандо. Что-что, а воздух здесь, за воротами, был вольнее, прекраснее. Как и виды: дорога, извиваясь, спускалась по чуть зеленоватому ковру, а далее, до самого горизонта, расстилалось бескрайнее полотно, с грациозными изгибами; кое-где серые копья пронзали пушистые облака. Идальго за четыре года завоевания так и не привык к этим пустынным, но более живым видам, чем на родине. И, положившись на скакуна, смиренно изучал декорации, а дикарка, опустив голову, обогнала его. «Родившись здесь, пожалуй, сложно ценить такую красоту», – подумал он.

«Облегчать участь бедных», –

Армандо вспомнил четырнадцатое правило устава Бенедикта. Пара проезжала мимо плантации, на которой работали инки. Те выглядели больными, инструменты падали из рук, но земледельцы их вновь поднимали, продолжая безвольно разгребать почву. На взгляд индейцев было около дюжины, хотя терраса раскинулась настолько широко, что и полсотни человек не могло бы обработать ее как следует. Армандо услышал рядом утробное сопение из-под меха. Но идальго чихнул и повернул голову к незыблемым горам, по которым прыгали ламы. За годы скитаний рыцарь перестал верить в помощь ближних: денег не хватало ни на сапоги, ни на починку кольчуги. Единственным заработком в непростое время были бои во всех уголках Европы. «Каждый должен сам выбить место под Солнцем. Кровью и никак иначе.»

Глава 2

Солнце ускоренно бежало к горизонту, теряясь среди ковра листвы исполинских деревьев. Еще утром почва под ногами Армандо сменилась на глинистую, водянистую, и рыцарь спешился. Растительности становилось больше, как и всякого рода гадов, что сильно замедляло путь. В джунглях он почти не бывал, только пару раз мимоходом, но наловчился фальшионом рассекать заросли. За очередным кустом показался привлекательный овраг, углубляющийся на пару метров. Если через верх перекинуть покрывало, то вышло бы тесное, но укрытие от дождя. Мужчина кивнул своей спутнице, отпрыгнул от незаметного муравейника, и привязал лошадь к дереву у вала.

Конец ознакомительного фрагмента.