Солнечные дни
Шрифт:
— Ты хотела, чтобы мы расстались, и я пошел тебе навстречу. Вот и все. Что здесь непонятного? Это вовсе не означало, что я хотел расторжения нашего брака.
Но ей-то всегда казалось, что Ол…
— Ты пытаешься меня убедить, что не хотел развода? — недоуменно проговорила Макси.
— Я об этом твержу тебе уже который раз. А ты почему-то не хочешь слышать.
Макси с трудом попробовала собраться с мыслями.
— Послушай, Ол, каковы бы ни были твои взгляды на наш с тобой брак, мы с тобой уже
Ол задумчиво смотрел на Макси.
— Разумеется. Ты вряд ли объявила бы о своей помолвке с другим мужчиной, если бы не считала себя свободной. Это вовсе не в твоих принципах.
— Ну и что это все значит?
— Да ничего не значит! — сказал Ол, делая еще один шаг к ней.
— Кстати, когда я прощалась с бабушкой, она выглядела значительно лучше, — залепетала Макси, пытаясь перевести разговор на другую тему, но, похоже, на Ола это не подействовало.
Макси вспомнила тяжелый период перед разводом. Когда она сказала Олу, что больше не вернется в их квартиру, ей пришлось пережить несколько бурных сцен. Затем они больше не встречались и не разговаривали друг с другом в течение года. Все общение между ними ограничивалось только перепиской через адвокатов. Ол подписал все документы без проволочек, а вот теперь он заявляет, что не хотел этого развода. Уму непостижимо!
— Лучше? — повторил Ол, как будто не понимая, о чем она говорит.
— Да, — быстро подтвердила Макси. — Эвелина все еще очень слаба физически, но в ней опять появился тот юношеский задор, который всегда отличал бабушку от других дам ее возраста. Кстати, она была очень недовольна из-за того, что ты так поспешно ушел. — Макси не могла упустить такую возможность уколоть Ола.
— Макси, я обычно с большим удовольствием обсуждаю проблему здоровья бабушки, но сейчас, я думаю, не самое подходящее время для этого, — заявил Ол с непонятным упреком. — Ты лучше скажи мне, почему ты обручилась с Майклом Слейтером?
— Почему? — удивленно спросила его Макси, совершенно не готовая говорить сейчас о своей личной жизни. Правда, у нее тут же появилась слабая надежда, что это может отвлечь внимание Ола от обсуждения их взаимоотношений. — Потому что я люблю Майкла, конечно, почему же еще… Потому что я собираюсь выйти за него замуж!
Теперь Ол стоял совсем близко и внимательно и пристально смотрел на нее.
— Ты в этом уверена? — Его голос был низким и чуть хрипловатым.
Макси закашлялась, ощущая, что такое близкое соседство Ола все сильнее волнует ее.
Он стоял теперь так близко, что Макси видела темные крапинки в его серых глазах, чувствовала тепло его тела, могла рассмотреть мельчайшие поры на его коже, ощущала запах его дорогого одеколона, который в ее памяти
Может, Ол прав? Разве стоит думать о другом мужчине, о браке с ним, если ты так реагируешь на уже ставшего чужим человека, который когда-то был твоим мужем? У Макси было такое ощущение, что ее собственный честный ответ на этот вопрос вряд ли мог ей понравиться. Но Олу знать об этом вовсе не обязательно.
Макси решительно расправила плечи и прямо взглянула в глаза стоявшего перед ней мужчины.
— Уверена! — сказала она твердо. — А теперь прошу меня извинить. Уже поздно, и я хотела бы…
— Как ты собираешься объяснять Слейтеру мое присутствие в твоей спальне? — неожиданно спросил Ол, как будто не слыша ее.
Зачем же он так бестактно напоминает ей о том неприятном факте, что это объяснение ей придется давать в самое ближайшее время? Неотвратимая беседа с Майклом пугала Макси все сильнее. Слишком многое ей придется объяснять ему. Прежде всего, она будет вынуждена рассказать Майклу о том, что Ол — ее бывший муж. Когда она сообщит ему об этом, поверит ли Майкл всему остальному?
— Его зовут Майкл, — напомнила Макси, все больше сердясь на Ола за вторжение в ее тихую и благополучную личную жизнь. — И что я ему скажу, тебя вовсе не касается.
— Твоя книга прекрасно расходится. — Ол неожиданно поменял тему, к радости Макси.
— Моя книга? Почему ты об этом заговорил?
— Я слышал, что в прессе на нее очень хорошие рецензии. Поговаривают, что, когда выйдет твоя вторая книга, тебе могут предложить участвовать в рекламной компании по ее продвижению на рынок. Поклонники, цветы, пресс-конференции… Будешь раздавать автографы благодарным читателям.
— Да, такие переговоры уже ведутся, — подтвердила Макси, удивляясь тому, как эта конфиденциальная информация могла дойти до него. Хотя… Чему тут удивляться! Ол Сазерленд мог узнать что угодно, если это было нужно ему.
— Наверняка на твоих встречах с читателями будет присутствовать и пресса, разные там акулы пера. Сама знаешь, сегодняшним читателям подавай не только новые бестселлеры, но и душещипательные истории из личной жизни авторов. Никуда от этого не денешься!
— Ты так считаешь? — перебила его Макси, уже догадываясь, куда он гнет.
Почему она сразу не рассказала Майклу о том, что была замужем? Тогда бы на ее плечи не свалилось столько проблем сразу!
— Сейчас твоя главная проблема заключается вовсе не в том, что ты скажешь Слейтеру о нас с тобой. Опасность поджидает тебя совсем с другой стороны — журналисты просто взбесятся, когда узнают, кто такая писательница Максимилиана Кемпбелл.
— Бывшая жена Ола Сазерленда? Это, конечно, ужасно компрометирующие сведения! — презрительно хмыкнула Макси.