Шрифт:
Пара слов для читателей
…Лара…
Эта книга посвящается ей. У каждого свой способ излить эмоции, я нашел именно этот: запечатать их в слова.
И когда закончил рассказ об этой особенной девушке, о нашей любви, стало легче, я освободился и какое-то время не заглядывал в файл. Но история по-прежнему жива, навеки похоронить ее мне не удается. Я помню… И знаю, что не забуду никогда.
Сам не понимаю, зачем дал прочитать текст своему другу Даниэлю. Видимо, хотелось разделить с кем-то груз воспоминаний,
Получилось так, что и Даниэль не смог забыть эту историю. И через какое-то время, когда мы вместе приехали в Москву, он пригласил меня в издательство, к своей знакомой, ведущему редактору одного из отделов. По понятным причинам имя я скрою. Назовем ее, к примеру, Сеньорита Икс. Она оказалась очаровательной и доброжелательной. Мы уединились в «переговорке», пили ароматный зеленый чай и много говорили. Я сердился на друга, как оказалось, он пару месяцев назад отправил файл редактору, решив, что такая книга понравится многим. Мне сообщать не стал, подумав, что если мое произведение получит отказ, то это меня больно ранит.
Сеньорита Икс задавала много вопросов. Первым делом ее интересовало, есть ли вариант на испанском.
– Нет, – ответил я. – Текст только на русском. Я писал на эмоциях, в память о русской девушке Ларе, и на другой язык переводить не собираюсь.
– И у вас эксклюзивные права! – с улыбкой заявил Даниэль.
Сеньорита Икс мило улыбнулась ему и спросила, не является ли мой друг моим литагентом. На что Даниэль отрицательно покачал головой, рассмеялся и сказал, что «мавр свое дело сделал, мавр может уходить».
– Будете издаваться под своим настоящим именем? – уточнила Сеньорита Икс.
Я растерялся, такой вопрос никогда не приходил мне в голову.
– Не стоит, – сказал Даниэль. – Лучше взять псевдоним.
– Псевдоним… – в раздумье повторил я.
Но решение пришло мгновенно.
– Имя оставлю, – твердо произнес я, – а вот вместо фамилии пусть будет название реки. Думаю, из моей книги понятно почему… Диего Дон, как?
– Звучит! – ответил Даниэль.
– Ах да, вы же детство провели в Ростове-на-Дону, – с улыбкой проговорила Сеньорита Икс.
– И все же постоянно ты живешь в Испании, – заметил Даниэль.
– Но часто езжу в Россию и не только, – задумчиво произнес я. – Хотя ты и прав! Тогда пусть будет Диего Дон Валенсия.
– Что ж, отлично! Все так и оставим, – подытожила Сеньорита Икс.
После посещения редакции мое настроение вдруг упало. Честно, я испугался, все произошло так быстро и будто помимо моей воли. И даже захотелось отказаться от публикации. Обнародовать личную историю, выставить напоказ интимные переживания, раскрыть перед незнакомыми людьми тайники своей души – на это нужна определенная смелость.
Но я всегда стараюсь увидеть и понять «знаки судьбы». Этому меня научила Лара. И раз уж так все сложилось, я должен дойти до конца.
И вот книга издана, «Солнечная пыль» у вас в руках. Делюсь сокровенным, дорогой мой читатель.
Ваш Диего Дон Валенсия
Глава первая
Лара. Первая встреча
Закатное солнце слепило глаза,
Я лежал на пляжном полотенце неподалеку и наблюдал за игрой. Август выдался жарким, столбик термометра днем поднимался до 35, и основная масса отдыхающих появлялась у реки ближе к вечеру. Это была закрытая территория ГД «Золотой берег», пляжный участок всегда вычищали, белые пластиковые шезлонги с утра промывали и выставляли ближе к воде (моя мать, владелица гостевого дома, строго следила за порядком), большие зонты защищали от палящих лучей солнца. А оно в Ростовской области жарило до поздней осени. Хутор удачно расположился на берегу Дона, это привлекало людей, дела у мамы шли отлично, и уже не первый год. И я с удовольствием проводил время у нее в гостях. Родители разошлись, когда мне было пять лет, отец остался в родной Валенсии, мама вернулась в Ростов-на-Дону. Я жил здесь до одиннадцати лет, учился в местной школе, поэтому русский язык считаю таким же родным, как и испанский.
Мяч ударил меня в плечо, я вздрогнул и резко сел. Девушка «с солнцем в волосах» бежала ко мне и смеялась. Пряди бились за ее плечами, как светящиеся крылья. Я поднял мяч и вскочил. Она оказалась ниже меня почти на голову. Остановилась, подняв лицо, и смотрела уже без улыбки. Голубые глаза словно погасли и приобрели серый оттенок, в их глубине появилась грусть. Это было странно и даже противоречиво, весь облик незнакомки излучал радость, ее глаза только что искрились весельем, и вдруг на какой-то миг эта лучезарная энергия потухла, ее затемнила печаль. И мне невыносимо захотелось прижать девушку к себе и утешить, сам не знаю почему. Она опустила глаза.
– !Hola! ?Qu'e tal? – быстро произнес я на испанском неожиданно для себя.
– Чего? – с недоумением спросила она, глянула на меня и снова рассмеялась.
Будто солнечные искорки зажглись в ее зрачках и прогнали печаль. И это показалось мне невероятно прекрасным. В груди разлилось тепло, захотелось рассмеяться в ответ. Я стоял и глупо улыбался, глядя на незнакомку.
– Эй! – весело позвала она и прыснула.
– Ой, простите! – опомнился я и протянул ей мяч. – Машинально поприветствовал на испанском.
– Круто! – восторженно заявила девушка. – И чего ты сказал?
– Да ничего такого, стандартная фраза, – ответил я, начиная смущаться, и перевел: – «Привет! Как дела?»
– Ты прикольный, – сказала она. – И на русском нормально говоришь! И чего ты мне выкаешь? А ты переводчик?
Я растерялся от такого количества вопросов.
– Чего молчим? – насмешливо спросила девушка.
– Я журналист, – неловко и не к месту сообщил я, не в силах преодолеть все нарастающее непонятное волнение.