Солнце
Шрифт:
— Это мой член, — прорычал он в ответ. — И да, он твёрдый. Хочешь посмотреть, любовь моя?
— Воздержусь, — она сверлила его гневным взглядом. — Думаю, я насмотрелась на него прошлой ночью… в тех бл*дских шоу фриков в секс-клубах Лондона, — она снова стала бить его, и он заблокировал первый удар, приняв второй удар по груди. Всё ещё тяжело дыша, она закусила губу, и её глаза сверкали. — Видимо, твои эксгибиционистские тенденции никуда не делись, да, муж? Раз ты хочешь сделать это здесь, перед
— А почему бы и нет, бл*дь? — прорычал Ревик. — Раз ты угрожаешь уйти от меня, если я тебя не трахну… угрожаешь спать с другими мужчинами… тогда, наверное, мне стоит тебя трахнуть, не так ли, жена? Разве не этого ты от меня хочешь?
Когда Элли заизвивалась под ним, хрипя от ярости, он сдвинулся выше по её телу, придавив бёдрами её бёдра и ноги.
— Ну же, любовь моя. Нельзя сказать, что мы прежде никогда не делали этого со зрителями. Не будь скромницей. Не только я научился устраивать хорошее шоу.
— Да отъе*ись ты!
— Я и пытаюсь пое*аться, — сказал он холодно, но с лёгким весельем. — Открой ротик, милая. Ведь так ты делала в Пекине, верно? Это была твоя специальность? — помедлив мгновение, он добавил уже холоднее: — Может, тренировки Джейдена прошли не совсем впустую. Это ведь он познакомил тебя с групповым сексом, не так ли, любовь моя? Может, ты права. Может, я слишком суров с ним. Чёрт, да мне надо быть благодарным. Может, мне стоит купить ему пива за то, что подготовил тебя для нас остальных…
Она застыла, уставившись на него.
Джон тоже напрягся, чувствуя, как его сердце замерло в груди.
Он не до конца понимал, что сказал Ревик, и на что он ссылался, но он чувствовал расчётливость в его словах, просчитанность этой подколки.
Он ощутил, как дрогнуло сердце Элли, противореча злости на её лице.
На мгновение эта злость отступила, и Джон увидел там обиду. Он увидел это достаточно ясно, чтобы это выпотрошило его, заставив отвернуться.
Она знала, что Ревик задел её намеренно. Она знала, что он пытается вывести её из себя, но этого знания было недостаточно, чтобы смягчить его слова или свет, который он в них вложил.
Джон и Элли были не единственными, кто ощутил этот удар.
В толпе воцарилось молчание.
Посмотрев по сторонам, Джон увидел, что все люди и видящие стоят там, ошарашенно глядя на двух элерианцев.
Но никто не отворачивался.
В те несколько секунд Элли лишь смотрела Ревику в лицо, тяжело дыша.
Затем её глаза вспыхнули, засияв ярко-зелёным светом. Джон почти видел, как она пыталась использовать телекинез… а потом её лицо исказилось от боли. Ошейник сработал, заставляя её остановиться, и теперь она просто лежала там с напряжённым лицом, тяжело дыша.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы оправиться.
Как только это случилось, её лицо исказилось от слепой ярости.
Элли замахнулась на него по-настоящему, рванувшись всем телом прежде, чем он успел отреагировать, и
На сей раз она так сильно забилась под ним, что Джон забеспокоился, как бы она не навредила себе.
— Ну же! — рыкнул Ревик. — Я знаю, что ты не настолько слабая, бл*дь!
Ощутив импульс света и в этих словах тоже, Джон вздрогнул.
Он снова увидел, как злость на лице Элли исчезает ровно настолько, чтобы Джон ощутил резкую боль в сердце, ещё сильнее, чем прежде.
Рефлекторно стиснув свою грудь, он посмотрел на Врега, сжимая челюсти.
«Нам стоит уйти, — послал он. — Всем нам. Всем, кто здесь. Оставить их одних нахер».
Помедлив при виде встревоженного выражения на лице Врега, он добавил:
«Всё хорошо. Думаю, я знаю, что делает Ревик. Понятия не имею, сработает ли это, но мы не помогаем им, находясь здесь. Мы лишь упрощаем ей возможность избегать того, что он пытается заставить её прочувствовать. Если бы он мог запереться от всех нас, подозреваю, он так и сделал бы. Я предлагаю вышвырнуть всех отсюда и поставить охранников у двери… даже если охранниками будем мы сами».
Врег на мгновение поджал губы, затем кивнул.
Послав резкий сигнал через конструкцию, он подождал, пока все взгляды и лица обратятся в его сторону. Как только достаточно людей посмотрело на него, он сделал рукой резкое круговое движение и показал на лестницы, приказывая всем уходить.
На лицах многих сразу появилось понимание.
Некоторые почувствовали приказ Врега через конструкцию и пошли к лестницам, не поворачиваясь. Тёмные глаза Врега сурово посмотрели на тех, кто колебался, чьи выражения лиц и света показывали, что им не хочется уходить.
В итоге они все повернулись к выходу.
Джон видел затылок Данте в толпе, пока она уходила, скрестив руки перед собой.
Слегка хмурясь, он проводил её взглядом и напоследок глянул на боксёрский ринг, где Ревик всё ещё прижимал свою жену к мату.
Ревик по-прежнему пригвоздил её своим телом, но теперь Элли плакала.
Слёзы катились по её лицу, но она не издавала ни звука. Она как будто обмякла, хотя не переставала бороться с ним, пытаясь скинуть его с себя.
Джон собирался отвернуться, но тут свет вырвался из неё ударной волной.
Её спина выгнулась, словно это исходило откуда-то из глубин её груди.
Она задыхалась, несколько раз тихо всхлипнув.
Ревик ахнул, сильнее навалившись на неё своим весом, опустив своё тело так, что их груди соприкоснулись. Он склонился к её уху, и Джон видел, что он что-то шепчет, говоря слишком тихо, чтобы это можно было расслышать.