Солнце за облаками

Уильямс Кэтти

Услышав приглушенный смешок Николаев, Ли не удержалась и тоже улыбнулась.

Еще через двадцать минут, миновав бесчисленное количество поворотов, автомобиль медленно проехал между двумя внушительными колоннами, возвышающимися у въезда во внутренний двор, и остановился перед солидным широким фасадом с окнами, увитыми нежным плющом.

Шумный город остался далеко позади, и теперь их со всех сторон окружала мирная сельская идиллия. Но едва Ли вышла из машины, как смутно ощутила, что цивилизация не слишком отступила и лишь ожидала подходящего момента,

чтобы, подобно прожорливому хищному чудовищу, вторгнуться в этот тщательно охраняемый уголок первозданной природы.

И все же как прекрасно здесь, за пределами Лондона! Гораздо лучше, чем она воображала, хоть уже почти притерпелась к уличной суматохе и шуму. Сейчас деревенская тишина и чистый воздух, заполнивший легкие, сразу напомнили ей обаяние прежней жизни.

Она с удовольствием прошлась по траве, разминая затекшие в автомобильной тесноте ноги. Потом вытащила из багажника свою дорожную сумку.

– Оставь, – поморщился Николас. – Дворецкий сам отнесет ее наверх. Нет нужды исполнять чужую работу.

– Конечно. Вот глупая, – пробормотала Ли с шутливым упреком в собственный адрес. – Когда же я научусь использовать других для того, что прекрасно могу сделать сама?

– Что-что? – якобы не расслышал Николас.

– Ничего интересного. Просто разговариваю сама с собой.

Из дверей выскочил Джерри. На нем были шорты, украшенные яркими изображениями тропических птиц, и белая рубашка с короткими рукавами. Леди Джессика тут же защебетала, рассказывая о пробках на автостраде, и ее громкий голос доносился через двор, туда, где все еще стояли Ли и Николас.

– Наш бедный дорогой Николас совершенно выдохся, – с манерными ужимками пожаловалась леди Джессика, всплеснув руками.

Ли невольно хмыкнула, а когда они с Никола-сом двинулись по направлению к входной двери, спросила таким же, как у леди Джессики, приторным голоском:

– Так бедный дорогой Николас действительно выдохся?

Он лениво посмотрел на нее сверху вниз и буркнул:

– Не больше, чем ты, я полагаю.

Серые глаза сверлили девушку, словно призывая прочесть нечто скрытое в его словах, но она предпочла ответить вежливым взглядом.

– Действительно, я немного устала от поездки, но чувствую, что здесь прекрасно отдохну, – без напора произнесла она. – Воздух тут намного чище, чем в Лондоне.

– Но все же не такой чистый, как в Йоркшире?

– О да, безусловно, – сказала она серьезным тоном. – Нет ничего более свежего и здорового, чем тамошний воздух. В ясное утро даже не верится, что на свете существуют такие вещи, как кислотные дожди или парниковый эффект.

Метнув на них подозрительный взгляд, леди Джессика решительно подошла и взяла Николаев под руку.

– Мы с тобой в зеленой комнате, – шепнула она ему интимным тоном.

Ли сделала над собой усилие, чтобы сохранить безмятежное выражение. Однако мысленно тут же представила Николаев и леди Джессику на большой кровати посреди зеленой спальни.

Подойдя к Джерри, она хотела небрежно чмокнуть его в щеку,

но он вдруг притянул ее к себе и, наклонив голову, неожиданно поцеловал в губы. Она инстинктивно отпрянула, но Джерри, словно не замечая этого, мягко, но достаточно уверенно обнял ее сзади за плечи.

Ли сознавала, что Николас стоит совсем рядом и внимательно наблюдает за происходящим, но, повинуясь какому-то дьявольскому импульсу, коротко ответила на поцелуй Джерри, прежде чем освободиться из его объятий.

– Какая теплая встреча! – Ли удалось спрятать растерянность под усмешкой. Откинув с лица волосы, она поинтересовалась:

– Ты всегда подобным образом приветствуешь гостей женского пола?

Джерри разразился довольным смехом.

– Нет, только избранных, – ответил он озорным тоном. Как бы то ни было, а на Джерри невозможно сердиться. Парень вел себя так трогательно просто и мило, что ему многое прощалось.

– И представительницы прекрасного пола появляются здесь регулярно, – понимающе произнес Николас.

– А вот и нет – с тех пор как я встретил это потрясающее создание, нет, – возразил Джерри и, взяв за руку, повел ее в дом.

У Ли глаза разбежались от роскоши и изящества обстановки. Со времени переезда в Лондон она достаточно поднаторела, чтобы оценить столь изысканный стиль. Приглушенные, великолепно подобранные тона драпировок придавали дому благородный вид воспитанного человека, каких теперь осталось так мало. У нее появилось странное ощущение: подумалось, что, если бы дом умел говорить, то подсказал бы молодому хозяину, что ему следует вести себя респектабельней и не носить столь кричащие, попугайские шорты. Ведь именно Джерри, оживленно жестикулирующий рядом, должен в один прекрасный день унаследовать поместье. Хотя к тому времени он, надо полагать, станет гораздо более сдержанным и консервативным в выборе одежды.

Николас и леди Джессика оставались с ними недолго. По всей видимости, они довольно хорошо знали расположение дома и вскоре исчезли в своей спальне. Все верно, подумала Ли, ведь леди Джессика обещала помочь ему расслабиться, а где найдешь место лучше, чем в интимной обстановке?

Прогнав от себя эту мысль, она последовала за Джерри вверх по величественной лестнице, расспрашивая о доме и о портретах его предков, украшавших стены. Этот дом переходил по наследству из поколения в поколение, и теперь люди, в то или иное время жившие тут, смотрели на гостью, вежливо прислушиваясь к их разговору.

– Когда-нибудь и я буду владеть всем этим, – горделиво произнес Джерри, делая широкий, уверенный жест рукой.

Ли криво улыбнулась.

– И сделаешься самым настоящим феодальным владыкой, – пошутила она. – Но тебе будет трудно заниматься уборкой. В этом доме, наверное, тысяча комнат.

– О, у нас есть люди, которые регулярно приходят убираться.

– В самом деле? – Ли взглянула на него с притворным недоверием. – Никогда бы не подумала!

Он засмеялся и, придвинувшись ближе, положил руку ей на плечо.