Солнце в зените
Шрифт:
'Она никогда ни о ком не волновалась, кроме как о нем', - со злостью произнесла Елизавета. 'Хотя, Бог знает, почему, ведь Джордж, в свою очередь, заботится исключительно о себе'.
Бесс стояла позади Елизаветы потрясенная и молчаливая. Она слушала разговор, и в памяти возникали турнир в Смитфилде и привлекательный Джордж, испрашивающий милости у сестры. Улыбающийся и красивый, да, думалось ей, но лживый и недостойный, раз мог предать такого брата, как Эдвард.
'А еще', - продолжала королева, - 'они намерены забрать твой трон, может статься, даже твою жизнь, Эдвард. Уорвик ненавидел меня с самого дня нашей свадьбы.
Эдвард расхохотался трескучим и неприятным смехом. 'Да, вот только в человеке рядом Уорвик ошибся. Если он думает поставить на мое место Джорджа -' Внезапно король поднял колокольчик и громко им позвонил. Появившегося на звук пажа Эдвард отправил за герцогом Глостером, через несколько минут после чего в дверном проеме возникла худощавая фигура.
'Ты звал меня, брат?'
'Да', - ответил король и протянул письмо.
Ричард прочитал его и затем, аккуратно сложив, положил на стол. 'Джордж попал под влияние. Ты же знаешь его. Уорвик выставил в качестве соблазнения свою дочь, богатство, обещание еще лишь Господу понятно чего, вот Джордж и заглотил наживку. Со мной Уорвик также пытался проделать этот фокус'.
'Неужели пытался, Бога ради', - поразился Эдвард. 'Ты мне не рассказывал'.
'Данная история не имела значения', - пожал плечами Ричард. 'Уорвик пригласил меня присоединиться к нему и Джорджу в замке Уорвик на прошлое Рождество, напомнив, что я провел детство под его опекой, словно без этого нельзя было обойтись! Он намекнул на возникшие планы крайне мягко, но мне стало ясно, - только с целью оторвать меня от тебя, хотя я не осознавал, насколько мрачна эта цель, в противном случае, я бы с тобой поговорил'.
Эдвард бросился в кресло у погасшего камина. 'И какой же приманкой он размахивал у тебя перед носом?'
'На словах не было сказано ничего'. Ричард отвернулся, чтобы окинуть взглядом крутой склон, уходящий ко рву. Позади выступающей навесной башни расположилась группа деревьев, на вершинах которых свили гнезда вороны. 'Лето должно быть теплым', - проронил молодой человек безотносительно к теме разговора и прибавил: 'Но намеки делались в сторону леди Анны'.
В зале воцарилась тишина. В конце концов, Эдвард произнес: 'Я знаю, о чем ты думаешь, Дикон. Однако, ты отказался от предложенной тебе морковки из любви ко мне'.
'И я повторил бы свой отказ, возникни у меня подобная возможность. Эдвард, я принадлежу себе. И тебе'.
'Понимаю', - лицо короля смягчилось. 'Если это окажется в моей власти, твое желание обязательно исполнится'.
Ричард направился к двери. 'Если Господу будет угодно, Анна окажется рядом со мной'.
В течение получаса о случившемся знал уже весь замок, и в войске на полном ходу совершались приготовления, дабы приготовиться слиться с армиями лорда Герберта и лорда Стаффорда. Обед прошел торопливо, - трапезничая, король советовался со своими капитанами, тогда как королева с фрейлинами предпочла перекусить в личных покоях. На середине обеда в зал впустили посланника, и тот сразу же рухнул перед Эдвардом на колени.
'Милорд! Сир! Я прибыл из Кеттлторпа и привез вам это'. Он достал сложенный лист бумаги. 'Через
'Редесдейл!' - воскликнул Гастингс. 'Хорошо, приятель, расскажи Его Величеству, сколько там было людей и что это за бумага?'
'Людей было много, милорд, и на всех на них мы видели хорошее оружие. Что до бумаги, ее прикололи к дверям нашего храма. Я не могу это прочесть, сир', - объяснил посланец Эдварду, - 'но наш священник сказал, что документ нужно немедленно отослать к вам'.
Эдвард схватил бумагу. Мгновенно вспыхнувшая ярость достигла такой степени, что он ударил по столу кулаком, не произнеся ни слова. Лорд Гастингс забрал у короля документ и громко прочел его вслух: 'Тогда как мы... кто, во имя Господа? ... проклинаем графа Риверса и всю его семью... проклинаем его наглость...как алчного фаворита, наживающегося на нашем королевстве, на нашем собственном благополучии и на нашем несчастье...Боже, что за мешанина!'
Граф Риверс стоял, омертвев, его покрывшиеся крапинками щеки приобрели еще более яркий оттенок, когда сын вельможи недовольно произнес: 'Узнаю руку Уорвика! Да, Уильям, тут больше этого-этого-'
'О, да', - Гастингс снова заглянул в документ. 'Мы собираемся привести их к суду и положить конец...'
'Довольно!' Эдвард вскочил на ноги. 'Энтони, ты в огромной опасности, да и вы, милорд Риверс. Позаботьтесь о себе. Я не позволю выдать вас двоих на расправу подобных злоумышленников, даже если дела у нас пойдут неважно. Оставьте разбирательство с ними мне'.
Энтони принялся возражать, но и граф Риверс, и его младший сын Джон колебались, бормоча о своем желании находиться рядом с монархом, пусть и не так искренне, как их родственник.
Эдвард махнул рукой в направлении зала наверху. 'Милорд, простит ли меня ваша дочь, если я позволю им схватить вас или же ее братьев? Нет, я король, и со мной обязаны считаться. Они отведают мой суд, и только тогда вы вернетесь'.
'Не понимаю', - позже сказала Бесс Хамфри. 'Уйти, когда монарх нуждается в каждом солдате, - проявление трусости. Да и куда Риверсам уезжать?'
'Это был приказ Эдварда', - справедливо указал Хамфри. 'Что еще они могут сделать? Создается впечатление, что наши противники охотятся именно за их головами, и Эдвард не дурак. Что до места их назначения, Энтони поделился со мной, - он направляется в свои владения в Норфолке, а граф и сэр Джон, как мне кажется, поедут на границу с Уэльсом'. Чета двинулась к выделенной им комнате, и Бесс попыталась сохранить жизнерадостность, отпустив пажа Хамфри и лично пристегивая меч к поясу мужа, лишь бы паре получилось хоть несколько минут побыть вдвоем.
Хамфри улыбнулся, взглянув на неуклюжие пальцы супруги. 'Ты не привыкла к выполнению этой задачи, дорогая моя. Не бойся. Эдвард - великий полководец, с Божьей милостью мы скоро положим восставших в землю. Если же говорить об Уорвике, - хотел бы я, чтобы его душа могла гореть в аду'.
Бесс поежилась. 'Поверить не выходит, что он так повернулся против своей собственной крови'.
'Уорвик никогда не простит Эдварду женитьбы на нынешней королеве. Как и того, что потерял таким образом влияние на него. Тем не менее, думаю он совсем быстро обнаружит, насколько Кларенс ненадежен'.