Солнце для двоих

Лэннинг Салли

— Ты не представляешь, сколько раз за последние три года я мысленно видел себя стоящим на палубе судна. Может быть, только поэтому я сохранил рассудок.

— Твое место здесь, в этих краях, — с вызовом сказала Дебора.

— Ты думаешь? А может, я просто пытаюсь вернуть прошлое? — неопределенно пожал широкими плечами Мартин, и Дебора явственно ощутила скрытые рубашкой мышцы.

— Видишь просвет в скалах? Это и есть Островная бухта.

Бухта была небольшой, но исключительно Красивой, если бы не вид заброшенного жилья,

наводящий на грустные размышления о бренности человеческого существования. Некоторые дома переехали с их жильцами на новое место. Другие просто развалились, и высокая трава выглядывала в проемы, которые когда-то были окнами. Дворы заросли травой и цветами. Прямо за ними вздымались в небо высокие скалы, защищавшие бухту от северных холодных ветров.

Бросив якорь, Мартин подтянул за канат шлюпку, и они поплыли к песчаному берегу.

— Что, если поставить нашу палатку прямо здесь, на самом берегу? — предложила Дебора. — Я так люблю убаюкивающий шум волн.

— Конечно, дорогая. Сейчас только схожу за дровами.

Недалеко от воды возвышались остатки фундамента двух домов, окруженные кустами одичавших роз, чей терпкий запах наполнял воздух сладковатым ароматом. Дебора смотрела, как Мартин собирает выброшенный на берег сушняк, и думала:

— Можно ли заниматься любовью с тем, кого не любишь? Если нет, тогда почему же ей так хочется отдаться этому мужчине. Может быть, она в него все-таки влюблена?

Так и не ответив на этот вопрос, Дебора открыла мешок с палаткой, чтобы поставить ее на том небольшом и единственном кусочке пляжа, на котором росла трава. Накануне Мартин одолжил у кого-то из друзей двойной спальный мешок. Разложив его поверх надувного матраса, Дебора отстегнула оконные застежки, чтобы внутри проветривалось, и выползла наружу.

Мартин заканчивал сооружение очага из камней рядом с кучей собранных им дров.

Может, именно так и надо начинать семейную жизнь, подумала Дебора. Вдали от цивилизации, вдвоем на необитаемом острове, где все так просто и естественно.

Впрочем, о чем это она? Они же не собираются пожениться. Очень скоро их будут разделять тысячи километров. Но любить его сегодня ночью я буду. И спать рядом с ним. А утром проснусь в его объятиях.

Взволнованная такими мыслями, Дебора побрела вдоль берега, подбирая на ходу выброшенные волнами сучья и вспугивая отдыхавших на песке птиц. Набрав большую охапку, она повернула обратно.

Какое-то время Мартина нигде не было видно. Минуту спустя она увидела его вылезающим из палатки. Дебора пошла сначала быстрее, а потом и вовсе побежала, бросая на ходу сучья. В двадцати шагах от него она остановилась и стала ждать его приближения. В этот момент для нее не существовало ничего кроме этого мужчины, которого она так страстно желала. Она знала, что все эти чувства написаны у нее на лице. Но это почему-то совершенно ее не смущало.

11

Мартин

взглянул на Дебору. Ее щеки пылали, в широко раскрытых глазах не было и тени смущения или притворства. Вся ее поза и выражение лица свидетельствовали о желании и готовности предаться любви.

— Ты невыразимо прекрасна, Деб, — произнес Мартин, кладя пальцы на ее губы.

— Какое замечательное место ты выбрал! — оглядевшись вокруг, сказала Дебора.

— Ты хочешь сказать, какое хорошее начало. — Глаза Мартина потемнели от желания. — Я хочу, чтобы ты легла со мной в постель. Прямо сейчас.

Взявшись за руки, они пошли к палатке. Дебора встала на четвереньки и первая заползла внутрь.

— Каждый раз ты застаешь меня врасплох, — раздался ее дрогнувший голос. — Никогда не видела ничего более романтичного.

Вдоль стен палатки лежали розы, образуя рамку, в центре которой находилось их ложе.

— Надеюсь, что не занес вместе с цветами еще и муравьев, — стараясь скрыть смущение, произнес Мартин.

— Вот это будет уже совсем не романтично. — Дебора рассмеялась.

— Все, что связано с тобой, всегда романтично.

Он протянул руку к верхней пуговице, осторожно расстегнул ее, потом остальные и решительным движением распахнул рубашку. Под ней не оказалось лифчика, и кремово-розовые груди с темными набухшими сосками явились его восхищенному взору. Сняв с нее рубашку, Мартин привлек Дебору и стал нежно гладить тыльной стороной ладони ее спину. Запустив пальцы в его густые волосы, она прильнула к его губам, одновременно лихорадочно сдирая с него рубашку.

После короткой заминки ей все же удалось это сделать, и прямо перед ней во всей красоте появился мускулистый мужской торс с тугими крошечными сосками и мохнатой грудью. Положив на нее ладонь, она ощутила тепло его кожи и сильное биение сердца.

— Твое сердце стучит так, будто ты только что пробежал марафонскую дистанцию.

— Я уже прибежал туда, куда хотел.

Они обнялись, целуя и лаская друг друга, чувствуя все нарастающее желание. Потом Мартин осторожно положил ее на спину и стал освобождаться от джинсов. Теряя последние остатки терпения, Дебора сняла с головы обруч, рассыпав по простыне волосы.

Она боялась, что будет стыдиться своей наготы, но вместо этого испытала чувство гордости при виде того, с каким вожделением Мартин пожирал ее глазами. Вслед за джинсами он сбросил трусы, и она второй раз только уже вблизи увидела его обнаженным. И не только увидела, но и прикоснулась, потому что теперь он принадлежал ей.

Мартин предстал перед ней во всем великолепии самца в расцвете сил. С гордостью она отметила, как напрягся и прямо у нее на глазах поднялся его член. Она знала, что это ее тело так возбудило Мартина. Тело самки, жаждущее, чтобы им обладали. Неизвестно, что ждет ее в будущем. Зато она абсолютно точно знает, что ей надо сейчас.